Биологически Активные Добавки, изготовленные в Москве)
В далеком прошлом русский город Москва.
Это столица Чуркистании
Есть такая заноза в *опе России.
столица оккупированного и почти уничтоженного государства.
Это такое место в зазеркалье, которое все ругают и русские и нерусские, но все туда валом едут.
Такое место, которое со времен Наполеона, а то и раньше, от татар до турков, каждый хотел прикарманить, да прикарманился сам.
Это самый развитый цивилизованный город России, где культура и развитость сводится к калькулятору.
город где живут мусульмане
Короткая память у москвичей, если они читали этот вопрос и не вспомнили.
На месте храма Христа спасителя предполагалось ещё до Великой Отечественной построить Дворец Советов со статуей Ленина на высоте около 110 метров.
Война «перебила» эти планы. Тогда соорудили на том месте бассейн «Москва», который немецкие туристы и проживающие немцы быстренько окрестили в «Москвабад». Это не требует сложного перевода с немецкого и означает всё тот же бассейн «Москва».
Бассейн долго не прожил, так как источал-испарял влагу, вредную для картин в ближайшем музее изоискусств им. А. С. Пушкина. И в соседних культурных очагах была повышенная влажность.
Так будет называтся столица Великой Тартарии что появится на картах после распада России. А это будет уже скоро.
Пиндосы обиделись, что их страну начали называть Пиндостан, а не Пиндосией. Вот и придумали.
А ты как попка повторяешь, чего сам и не понимаешь.
Москва плавно превращается в Москвабад
Москва плавно превращается в Москвабад, в метро уже сложно увидеть славянское лицо, а Курбан-байрам по размаху давно превзошёл Рождество и Новый год, вместе взятые. Не удивляйтесь, если через несколько лет правоверные потребуют запретить эти шайтанские праздники, не вписывающиеся в законы шариата и оскорбляющие их религиозные чувства.
Мне не нравится слово «эмигранты», потому что в России за ним скрываются ещё два явления, имеющих совершенно другую природу: беглецы и беженцы.
Сама по себе миграция — явление абсолютно нейтральное. Ну хотят люди сменить место жительства, так и пускай себе едут на все четыре стороны. Кто-то едет работать, у кого-то семейные обстоятельства, а кого-то просто манят в далёкие края экзотические пальмы и шум прибоя. Кто-то уезжает, кто-то приезжает, и жизнь продолжается.
У нас, на первый взгляд, с этим всё неплохо: в страну приезжает больше людей, чем её покидает. За последние десять лет по данным Росстата из России уехало 1,47 млн человек, а приехало 4 млн.
На практике обе эти цифры можно смело умножать минимум на 2, потому что они не учитывают нелегальную иммиграцию в РФ, и тех, кто уехал из страны без оформления выезда на ПМЖ.
Про перемещение «россиян» из Чечни и Дагестана в Москву и Петербург — отдельный разговор, в иммиграционной статистике их нет, так как они — полноправные граждане РФ. Впрочем, чеченцев всего 1,4 млн, дагестанцев — ещё около 3 млн.
Кроме количества приехавших имеет значение и их «качество», а вот с этим всё несколько хуже. Покидают Россию люди преимущественно с европейским менталитетом, а замещают их исповедующие ислам выходцы из Средней Азии, часто даже не владеющие русским языком.
Лидируют по числу иммигрантов Узбекистан, Казахстан, Армения, Таджикистан и Киргизия — только из них (по официальным данным) к нам приехало 2,2 млн человек.
Поэтому Москва плавно превращается в Москвабад, в метро уже сложно увидеть славянское лицо, а Курбан-байрам по размаху давно превзошёл Рождество и Новый год, вместе взятые. Не удивляйтесь, если через несколько лет правоверные потребуют запретить эти шайтанские праздники, не вписывающиеся в законы шариата и оскорбляющие их религиозные чувства.
Из относительно хороших новостей: «Крымнаш» и война в три раза увеличили поток мигрантов из Украины в РФ, всего за 10 лет их приехало как минимум 800 тыс человек.
Уезжают из РФ учёные, программисты, бизнесмены, деятели культуры, спортсмены и высококвалифицированные специалисты, а взамен приезжают дворники, грузчики и продавцы.
Экономические последствия этого оценить сложно, но общее направление интуитивно понятно и без точных расчётов: такая миграция двигает нашу экономику в сторону Таджикистана и Узбекистана, а не Европы и Америки.
Если очень-очень грубо прикинуть стоимость обучения эмигрировавших из страны, цифра получится впечатляющая.
Когда из страны эмигрируют обычные люди — это статистика. Когда известные или даже выдающиеся — это событие, причём событие знаковое, потому что уезжают они не за куском колбасы, а из более серьёзных соображений.
Когда в Швецию уезжает математик Григорий Перельман, доказавший гипотезу Пуанкаре, это можно понять. За рубежом учёных ждут гранты, публикации, научное сообщество, преподавание на престижных кафедрах, великолепные лаборатории. У нас — мракобесие, интриги и нищенское финансирование, потому что все недоразворованные деньги ушли на спецслужбы и армию.
Когда теннисистка Мария Шарапова перебирается в США, а боксёр Костя Дзю — в Сидней, становится обидно за наш спорт с его мельдониадами и самым дорогим в мире стадионом, крышу которого разворовали ебланы расклевали бакланы, но спорт он везде спорт — тренироваться можно и вдали от Родины.
Когда уезжает писатель Акунин, певцы Валерий Леонтьев, Игорь Николаев, Елена Катина (ТаТу), профессор Лебединский и Фёдор Чистяков, актёры Алексей Серебряков и Наталья Андрейченко, галерист Марат Гельман и другие деятели культуры и искусства, как уезжали когда-то Фёдор Шаляпин и Сергей Рахманинов, это настораживает, потому что их работа и жизнь слишком тесно связаны с Россией, чтобы уехать безболезненно.
Да, они могут приезжать и уезжать, но связь артиста и его аудитории вещь очень хрупкая, она плохо переносит транспортировку. Значит, резоны уехать оказались слишком существенны.
Но это же единицы! Разве это повод для беспокойства? — скажете вы, и будете, безусловно, правы. Давайте возьмём более массовый сегмент эмигрантов. Например, за последние 13 лет из России уехали 20 тыс миллионеров и миллиардеров (долларовых, разумеется), то есть каждый пятый из них. Причём особенно активно они начали уезжать в последние три года.
Суперуспешные, заработавшие здесь состояния, активные, с деловой хваткой и связями, с чутьём — бегут, как крысы с корабля, не глядя на перспективы роста российской экономики, самый гуманный в мире суд и непрерывно улучшающийся (по словам госчиновников) инвестиционный климат.
Сами госчиновники, депутаты, телеведущие и прочие столпы нашей суверенной и самобытной демократии тоже живут «на два дома»: про патриотизм и скрепы рассказывают здесь, а виллы, семьи и банковские счета держат за границей. Причём не у наших геополитических союзников — в Сирии, Венесуэле и Северной Корее — а в богопротивной Европе и враждебных США.
— Дочери Путина до недавнего времени жили в Голландии и Германии.
— Дочь президентского пресс-секретаря Пескова живёт и учится во Франции.
— Депутат Пехтин живёт с сыном в США.
— Министр транспорта Московской области Кывцева с сыном — в США.
— Дети депутата Железняка — в Швейцарии.
— Дети Астахова, «защитившего» наших сирот от усыновления иностранцами, находятся один во Франции, другой в Англии.
— Дети и внуки главы РЖД Владимира Якунина — в Англии и Швейцарии.
— Дочка министра иностранных дел Сергея Лаврова живет и учится в США.
— Сын вице–спикера госдумы А.Жукова жил и учился в Лондоне.
— Дочь вице–спикера гос.думы С.Анденко учится и живёт в Германии.
— Старший сын депутата Ремезкова недавно закончил военный колледж в Пенсильвании (США). Младшая дочь живёт в Вене, представляла сборную Австрии на детских соревнованиях.
— Дочь депутата В. Фетисова — выросла и выучилась в США. Писать и читать по-русски так и не научилась.
— Дочь Светланы Нестеровой, депутата гос.думы от фракции «Единая Россия» живет в Англии.
— У главного борца за православные ценности Е.Мизулиной сын Николай учился в Оксфорде и переехал жить в Бельгию, где разрешены однополые браки.
— Дочь депутата Воронцова проживает в Италии, переехав туда из Германии.
— У единоросса Елены Раховой, назвавшей «недоблокадниками» ленинградцев, проживших менее 120 дней в блокаде, дочь живет в США.
— Дочь экс-спикера Госдумы, члена Совбеза Бориса Грызлова живёт в Таллине и недавно получила эстонское гражданство.
— Сын бывшего министра образования Андрей Фурсенко живёт в США.
— Телепропагандист Соловьёв имеет дачу в Италии, на озере Комо.
Ну а им-то, хозяевам жизни, это зачем? Неужели опасаются революции и готовятся драпать из страны? Не думаю. Гораздо вероятнее две других причины.
Во-первых, это банальное качество жизни «там», которое нельзя получить ни в одном элитном посёлке «здесь». Построить дворец можно и у нас, но к нему придётся проложить коммуникации и новую дорогу, разогнать вороватых и враждебных аборигенов, снести их лачуги, чтобы не портили вид, очистить берег озера от гор мусора, перенести подальше промзону, полигон ТБО и свинарник по соседству, и всё равно это будет «не то» по тысяче причин, которые сейчас бессмысленно обсуждать.
Во-вторых, с 1563 года, со времён князя Андрея Курбского, одного из приближенных Ивана Грозного, смекалистым и расторопным холопам ведомо, что расположение государя переменчиво, а на чужбине всяко лучше, чем на плахе.
Олигархи и медиа-магнаты Березовский и Гусинский, непотопляемый мэр Москвы Юрий Лужков, депутат-аферист Денис Вороненков, строитель дворца для Путина Колесников, министр печати Лесин, первый зампред ЦБ Сергей Алексашенко — все эти люди, принимавшие самое активное участие в строительстве современной российской государственной машины, оказавшись по разным причинам в опале, предпочли сбежать от созданного их же усилиями монстра за рубеж и, внезапно, стали чуть ли не революционерами.
Судьба известных эмигрантов, уезжавших от хорошего к лучшему, тоже меня не слишком волнует — они сами о себе позаботились, с ними всё в порядке. Сам факт что в нашей стране некомфортно жить даже таким людям это, безусловно, плохо, и ситуацию нужно менять.
Но самая неприятная история связана у нас с беженцами. В России не идёт война, но люди из неё буквально бегут. Не спокойно и осознанно меняют место жительства, а срочно, бросая всё, уезжают из страны. И они очень сильно отличаются от тех беженцев, которых мы привыкли видеть в мировых новостях. Со всякими сирийцами или пресловутыми рохинджа их объединяет только одно: они покидают родную страну, спасая себя и своих близких от опасности.
Бегут бизнесмены: Евгений Чичваркин (Евросеть), Павел Дуров (Вконтакте), Владимир Ашурков (Альфа-груп), Михаил Слободин (Билайн), Михаил Брудно и Михаил Ходорковский (ЮКОС). Они вовремя не договорились, перед кем надо не прогнулись, с кем-то не поделились, не поняли чьего-то намёка и вот результат. Кому-то из них удалось сохранить больше, кому-то меньше, но в обозримой перспективе бизнесом в РФ им заниматься не стоит.
Бегут политики: Илья Пономарёв, единственный депутат госдумы, проголосовавший против присоединения Крыма; Вячеслав Мальцев, лидер движения «Артподготовка»; Дмитрий Некрасов, экс-секретарь Координационного совета оппозиции; Гарри Каспаров, шахматист и соучредитель партии «Солидарность». Они хотят сделать жизнь в России лучше, но не спешат последовать за Борисом Немцовым или повторить путь Ходорковского.
Бегут публицисты: блогеры Илья Давыдов (Мэддисон) и Рустем Адагамов (drugoi), журналисты Андрей Пионтковский, Аркадий Бабченко и Юлия Латынина. Они говорят правду, а им за это угрожают в России физической расправой, поджигают их автомобили, и заводят на них дела по «экстремистским» статьям.
Бегут учёные: Сергея Гуриева, доктора экономических наук и кандидата физико-математических, ректора Российской экономической школы, затаскали по допросам из-за «неправильной» экспертизы по делу ЮКОСа.
Бегут художники: даже удивительно, что Петр Павленский так долго прожил в РФ после своих акций.
Вот и выяснилось, наконец, в чём мы впереди планеты всей. У нас поганые автомобили, отвратительные дороги, невкусные продукты, но наши беженцы — лучшие в мире. Самые образованные, самые активные, самые неравнодушные. Власть не особенно мешает им уезжать, а скорее наоборот, всячески к этому подталкивает — отъезд неугодных создаёт ей минимум проблем.
Политические убийства и политзэки в современном мире — моветон, поэтому раздражать общественность в странах, где хранишь наворованное и планируешь встретить старость, никому (кроме полных отморозков) не хочется без особой необходимости.
95 лет назад эту проблему решали более прямолинейно. Вероятно, лучшее, что сделал в своей жизни дедушка Ленин — предложил добавить в Уголовный Кодекс возможность замены расстрела высылкой за границу. А ещё чуть позже настоял на принудительной высылке двух сотен неугодных советской власти интеллигентов.
Сложно сказать, чем именно был продиктован этот поступок, потому что как раз в этот период (с мая 1922 года) его мозг начал разрушать то ли атеросклероз, то ли нейросифилис. Однако вне зависимости от истинных причин и побуждений, это точно спасло жизнь многим выдающимся русским людям: Николаю Бердяеву, Семёну Франку, Ивану Ильину, Льву Шестову, Николаю Лосскому и многим другим.
Мало того, никогда больше — ни до, ни после этого случая — позиция государства по отношению к интеллигенции не формулировалась с такой безупречной чёткостью, как в словах, приписываемых Троцкому — «Мы этих людей выслали потому, что расстрелять их не было повода, а терпеть было невозможно» или во фразе Дзержинского — «На каждого интеллигента должно быть дело».
Семь лет спустя Троцкого самого выслали из СССР, затем лишили советского гражданства, и в конце концов, в 1940 году, убили руками агентов НКВД — образцовый путь для одного из главных идеологов людоедского режима.
«Философский пароход» уплыл, «дела на интеллигентов» пошли в ход, а сами интеллигенты — либо в лагеря, либо под расстрел.
Смягчились нравы гораздо позже. Диссидентов перестали расстреливать, а место их пыток из подвалов НКВД переехало в палаты психбольниц, хотя сути это не изменило. В 1972 году из СССР выслали Бродского, в 1974 — Солженицына, в 1976 — Буковского. Двое из троих стали лауреатами Нобелевской премии.
Удивительно наблюдать, как на протяжении сотни лет наша страна буквально отторгает талантливых и принципиальных людей, а США и Европа их впитывают, как губка, давая возможность раскрыться их потенциалу.
В 1919 году уезжает гениальный авиаконструктор Игорь Сикорский, в 1929 — Илья Пригожин, будущий лауреат Нобелевской премии по химии, в 1974 — Михаил Громов, лауреат Абелевской премии по математике, в 1990 — Андрей Гейм, в 1991 — Алексей Абрикосов, в 1999 — Константин Новосёлов, лауреаты Нобелевских премий по физике, и многие другие.
Насколько губительно для страны терять выдающихся поэтов, художников, певцов, спортсменов, учёных, писателей, журналистов и предпринимателей — можно только гадать. А ведь это только вершина айсберга: мы видим тех, кто уехал и чего-то добился, а сколько остались и просто сгноили здесь свои таланты?
Представление об этом может дать та же Нобелевская премия: за всё время её получили 360 лауреатов из США, 364 лауреата из Западной Европы и лишь 23 из СССР/России при сопоставимом числе жителей.
И вот тут мы подходим к главному вопросу: что вы, лично вы делаете в России?
Если вы высококлассный профессионал и любите свою работу, себя и свою семью больше, чем шорох берёзок и могилы предков, то вам, очевидно, светит эмиграция.
Если вам дороги судьбы родного Отечества и вы боретесь с коррупцией, мракобесием, произволом и махинациями на выборах, то ваши усилия Родина в конце концов заметит, оценит и вы станете беженцем.
Если вы настолько успешно участвовали в строительстве властной вертикали, что возомнили себя одним из её архитекторов с соответствующими правами и амбициями — готовьтесь либо отказаться от них, либо бежать, когда удача в интригах или благоволение первого лица вам изменят.
Чем бы вы ни отличились, Родина неизменно укажет вам пальцем на дверь. Не нравится что-то? Вали! Слишком умный? Вали! Её сердцу милы лишь безликие, молчаливые и серые.
Быть серым тоже не просто: в постоянно меняющихся оттенках серости нужно разбираться, тонко чувствовать их и подстраиваться под них с ловкостью хамелеона.
Сегодня мы коммунисты-атеисты, завтра — демократы-православные, а послезавтра — православные коммунисты. Вчера мы играли в теннис, а сегодня у нас дзюдо, лыжи и бадминтон. Вчера мы клялись в верности КПСС, затем любили Ельцина, а сегодня Ельцина клеймим позором, любим тряпку-Николая II, но не выкидываем на помойку расстрелявшего его Ленина и при этом восхищаемся Сталиным.
Всё сложно, всё меняется. Поэтому говорить нужно мало, делать — ещё меньше, а писать вообще ничего не следует. И всё это — ради того, чтобы жить никак и умереть никем из страха, что плохая жизнь станет ещё хуже — уволят, оштрафуют, посадят — или вообще внезапно закончится ударом тупым тяжёлым предметом по голове в тёмной подворотне.
Другой жизни в этой России нет и быть не может.
Если вы, как вам кажется, не вписываетесь в серую массу, но ещё не почувствовали на своём затылке холодный взгляд Отчизны, это означает одно из двух: либо вы плохо стараетесь, либо до вас ещё не дошла очередь. Потерпите, и всё вам будет.
Значит ли это, что тем, кому такая жизнь не по душе, пора паковать чемоданы? Зависит от того, во что вы верите.
Если верите, что современное Российское государство вошло в терминальную фазу, вот-вот (само или с помощью неравнодушных граждан) отбросит кирзовые сапоги, а на его окоченевших останках родится Прекрасная Россия Будущего — оставайтесь.
P.S. И ещё одна мысль для тех, кто в скорое завершение окружающей нас вакханалии не верит, но кого до чёртиков пугает любая мысль об эмиграции: вы не переживаете, когда из одной комнаты своей квартиры переходите в другую. Не паникуете, меняя квартиру в одном районе на другой, поближе к центру города. Не считаете, что жизнь окончена, переезжая из одного города в другой. Так почему же смена страны проживания должна беспокоить вас сильнее?
— Получите загранпаспорт.
— Сделайте шенгенскую визу.
— Выучите язык.
Последнее — самое важное. Языком нужно владеть не на уровне «май нейм из Вася». Чтобы сломать культурный барьер, вы должны быть способны читать газеты и профессиональную литературу на иностранном языке, смотреть новости и фильмы без перевода, общаться с носителями языка на свободные темы.
Это не так сложно и не так дорого, как кажется. Выберите себе способ обучения по вкусу и идите.
Лично мне очень понравилось он-лайн обучение в SkyЕng (я уже писал об этой школе, они классные). Если решите пойти туда — вот вам от меня промокод на два дополнительных бесплатных урока: ZHARTUN (действует один месяц, для новых учеников, при первой оплате учебного курса).
Даже если вы никуда не уедете, вы станете жителем целого мира, а не узником одной страны. Это — принципиально иное качество, которое снимет большую часть ваших опасений.
Неоднократно встречал на Пикабу утверждения людей, живущих где угодно кроме Москвы, что Москва превратилась в Москвобад.
Более всего поражает абсолютная уверенность людей в своей правоте и такое же абсолютное нежелание знать\видеть правду.
Оговорюсь сразу, я не толераст и не люблю хамоватую, горно-кишлачную гопоту, которая пожаловала к нам из своего 13-го (примерно) века. Однако, при всём моём резко отрицательном отношении к «объективным интеграционным процессам», не могу констатировать, что проблема «понаехавших» весьма и весьма преувеличена.
Начнём с того, что я родился и прожил в Москве всё свою жизнь, покидая родной город максимум на месяц (в детстве отдыхал в пионерских лагерях), т.е. знаю Москву настолько хорошо, насколько её может знать взрослый, наблюдательный уроженец этого города. Жить мне доводилось в разных районах,: в раннем детстве в коммуналке на Фрунзенском валу, потом в Бирюлёво, где отцу дали квартиру, на Университете прошла моя юность, одна квартира у меня в Тушино, а живу, в данный момент в Люблино.
Так вот. Есть несколько абсолютно неоспоримых фактов:
2) В Москве действительно много абреков, но сама Москва по кол-ву населения сопоставима с такой страной как Белоруссия, однако по площади значительно (в сотни раз) меньше. Естественно, при таких условиях все, кто населяет Москву, приезжает сюда на работу\учёбу\туристом\в гости рано или поздно попадается на глаза. В Москве не только много Ашотов, но много негров, китайцев, немцев, украинцев, прибалтов, турок и т.д. Однако всех вышеперечисленных в Москве не более 10-12% остальные, это славяне, евреи и татары (татар, кстати, совершенно не отличишь от русских и в Москве их не более 1-2 %%);
3) Кого в Москве действительно много, так это азиатов. Таджики, узбеки, киргизы, казахи и т.д. Но во первых, они в массе своей, совершенно нормальные и бесконфликтные люди (в отличии от, если верить СМИ, кавказцев), во вторых, работают они как наши вахтовики на севере (приехали, заработали, уехали), в третьих, их наличие в Москве обусловлено тем, что эти ребята освоили нишу низкооплачиваемого, малоквалифицированного труда, на который мои дорогие москвичи не согласны по целому ряду причин (санитары, уборщики, дворники, водители маршруток и т.д.);
Разумеется, я периодически ругаю Ашотов находясь за рулём и иногда рявкаю на них опустив стекло, но точно также я ругаю и наших баранов, когда они вдруг вздумают перестроится из крайнего левого ряда в правый, не включив поворотник. С нашими ругаюсь гораздо чаще в силу арифметического превалирования наших баранов над горными;
5) Разумеется, есть места, где кол-во Ашотов зашкаливает. Например (кто бы мог подумать) рынки. Да, там можно столкнуться со всеми проявлениями кавказского менталитета. Однако, ходить туда совершенно необязательно. Ашаны сейчас есть в каждом районе, а где их нет, есть ОКеи, Пятёрочки, Магниты, Седьмые Континенты, Азбуки Вкуса, Ленты, Биллы, Магнолии, Дикси и тд. и т.п. Кроме того, рынки есть в любом городе и там правят бал те же самые Ашоты;
Кто осилил, прошу прощения за излишнюю многословность. Просьба не ругать, т.к. не хотел никого обидеть.
Москвабад – Москва наизнанку
Мусульманский мегаполис внутри российской столицы
Как правило, приехавшие в столицу гастарбайтеры, привыкшие к определённому образу жизни, стараются адаптировать мегаполис под себя. Именно массовый характер трудовых мигрантов обусловил появление такого явления, как Москвабад, – цивилизация, территориально совпадающая с Москвой, но живущая по другим правилам, в другом измерении и времени…
Риторика, направленная против иммигрантов, в России сейчас на подъёме. Это в тренде и имеет под собой реальную почву.
По некоторым оценкам, число обитающих в столичном мегаполисе мигрантов приближается к 4 млн, причём меньше половины из них имеют официальную регистрацию.
В Европейских столицах: Париже, Берлине, Лондоне и др. – миграционная толерантность сегодня дорого обходится населению. Градус противоречий между населением и «понаехавшими» постепенно приближается к опасной черте. В безуспешной истерике Евросоюз пытается выдворить цыган и заставить мусульманские общины жить по законам Евросоюза…
Инъекция гуманитарности и толерантности для парижан – утренние пробуждения от призывов муэдзинов, для лондонцев – привыкание к грабежу мигрантами-«бородачами» в подворотнях… Однако осознание перспектив такой «свободы» для мигрантов в Евросоюзе только началось, и, вероятно, прозрение не за горами.
Разрастание мусульманской общины в Европе, где права человека превыше самого человека, – ставит правящие элиты Европы в тупик. И они не в состоянии нормализировать отношения между мигрантами и коренным населением.
А что в Москве? Здесь наблюдается развитие похожего сценария.
Изо дня в день тревожные сводки столичных правоохранителей сообщают о совершённых приезжими изнасилованиях, грабежах, драках, убийствах. Понятно, что такое происходит из-за отсутствия вменяемой миграционной политики.
В Москве уже подросло второе поколение мигрантов. Это – молодёжь, в основном со столичной пропиской. Однако в социальную жизнь столицы они по большому счёту не интегрированы. Это обусловлено и этнической, и языковой, и культурной обособленностью, и мусульманским образом жизни с его нормами и правилами. Плюс к этому – в страну постоянно прибывают всё новые и новые «партии» трудовых мигрантов, которые пополняют существующие анклавы квази-москвичей. Этот социальный слой на сегодня уже настолько окреп, что способен по своим правилам организовать свой быт, бизнес, досуг. И такая субкультура на наших глазах начинает развиваться в систему Москвабад.
Это, можно сказать, некий параллельный мир, функционирующий в виде «второго дна» обычной столичной жизни. В Москвабаде – тоже столица, но оформлена она с учётом запросов её обитателей. Коренные москвичи ощущают пульс Москвабада, когда то там, то сям в столице открываются фантомы «другой» столицы в виде какой-нибудь чайхоны, или кафе национальной кухни, или халяльных лавок, или «магазинов для мусульман» и т. д. Для рыночной экономики это нормально. Просто некоторым диссонансом в жизни Москвы звучат отзвуки мира Москвабада с колоритным налётом специфической субкультуры.
Реальные масштабы миграции начинаешь понимать во время празднования Уразы или Курбан-байрама, когда оказываешься в районе любой московской мечети, где все примыкающие улицы буквально «непроходимо» заполнены молящимися мусульманами. Конечно, это не вызывает у москвичей восторга. Но вместо пересмотра миграционной политики и её кардинального изменения московские чиновники пытаются задобрить армию мусульман, разрешая строительство всё новых мечетей. При этом мнение москвичей о постройке мечетей в Текстильщиках или Митино, конечно же, не учитывалось…
Такой бесконтрольный рост мечетей имеет свою оборотную сторону. Проблема в том, что ислам, в отличие, к примеру, от христианства или иудаизма не имеет чёткого конфессионального структурирования. В исламе нет «церкви», и в каждой мечети есть свой мулла, который проповедует ислам согласно своим воззрениям и убеждениям. Поэтому всё чаще на территории московских мечетей появляются ваххабитские вербовщики. 27 сентября с. г. в «Ютьюбе» выложили запись пламенного выступления на несанкционированном митинге мусульман у мечети Ярдям возле московской станции метро «Отрадное».
На видео мусульманский оратор провозгласил войну против России и призвал верующих мусульман к священному джихаду. И это открыто происходило в сердце России средь бела дня!
Если решать проблему всерьёз…
Безынициативная позиция московских властей, делающих много заявлений, но не принимающих при этом конкретных мер, однозначно загоняет проблему в угол, подспудно расписываясь в неспособности обуздать коррупцию, из-за которой система госконтроля в области миграции попросту не работает. И это в то время, как процесс сращивания ваххабизма, бюрократии и бизнеса идёт семимильными шагами, в результате чего образуются так называемые «ваххабитские холдинги», которые, собственно, и лоббирует существование оторванного от гражданского мегаполиса «второсортного» бесправного социума под названием Москвабад.
Конечно, проблему Москвабада надо разрешить как можно скорей, даже несмотря на необходимость прибегнуть к непопулярным или весьма жёстким мерам. Чтобы успеть до «точки невозврата» что-то сделать, уже сейчас можно начать с принятия закона о въезде мигрантов в Россию исключительно по заграничным, а не внутренним паспортам их стран…
А вообще, о подготовке и запуске комплексной программы по подбору и использованию мигрантов не грех бы побеспокоиться первым лицам государства…