Корейская мифология
Персонажи
Поиск персонажей
Группы персонажей
Дочь начальника уезда Мирян.
В корейской шаманской мифологии — дух безвременно (до 7 лет, т.е. до помолвки) умершего мальчика. Арен обладал сверхъестественной силой. Считалось, что прорицатели похищали душу умершего ребёнка для ворожбы. Образ, возможно, возник под влиянием буддийских и даосских мифов, в которых изображались святые отроки.
Это злой дух японца в образе красного перца, который появляется в сумерках и пытается соблазнять корейских девушек.
Период наибольшего распространения суеверий, связанных с ёбосан, начинается в конце XIX века и продолжается до конца 1940-х годов и большей частью совпадает с японской аннексией Кореи.
Царь драконов, живший в подводном дворце; хозяин водной стихии, главный из водяных духов (мульквисинов).
Дух ветра, дующего с горы Халласан (на о-ве Чеджу), ставший также духом-защитником селения.
Огромные морские существа, которые мечтают стать драконами.
Русалка, обитающая в Восточном (Японском) море около острова Чеджу.
У доброго корейского дракона есть злобный подданный — дракон Канчхори, чей приход влечет за собой засуху и гибель всего живого. Существовало народное изречение: «Куда ни придёт Канчхори, там сытая осень становится голодной весной».
Призраки, чаще всего злые. Они появлялись после насильственной или несправедливой смерти человека, душа которого не могла найти упокоения. Отдельной категорией были призраки незамужних девушек. Они злились, потому что не успели при жизни выйти замуж и родить сына — то есть выполнить главную, по меркам корейцев того времени, женскую задачу. Они появлялись в белом траурном ханбоке и с распущенными волосам.
Существо из корейской мифологии, представляющее собой женщину-оборотня, способную превращаться в лису с девятью хвостами.
«Золотой лягушонок», в корейской мифологии правитель государства Восточное Пуё, обладавший зооантропоморфной природой, муж Люхеа и приёмный отец Чумона, наследовал престол после Хэбуру. Миф о К., хронологически следующий после мифа о Тангуне, состоит из нескольких не очень связанных эпизодов и помещён с некоторыми вариациями в тексте мифа о Чумоне и Тонмёне. Видимо, вокруг центрального мифического персонажа Тонмёна процесс циклизации различных мифов об основателях северокорейских племён. Иногда К. связывают с японским мифическим персонажем Окуни-нуси. Сходный персонаж имеется и во вьетнамском фольклоре.
Дух-покровитель лошадей. Звезде Чхонсасон, охраняющей дух Маджо, начиная с 10 в. и до конца 19 в. совершалось государственное жертвоприношение у алтаря к югу от столицы — в середине весны, обычно во 2-ю луну.
В корейской мифологии персонаж времен Тангуна.
Дух, ведавший делами загробной жизни.
По происхождению Менбусин относился к буддийским десяти великим правителям (махараджа). Считалось, что после смерти душа человека тут же становилась в очередь в павильон десяти великих правителей, где вершился суд над покойными. Совершавший добрые деяния при жизни, попадал в рай, а совершавший дурные поступки, соответственно отправлялся в ад, где подвергался вечным мукам.
Злые духи. Ими становятся, согласно народной традиции, души людей, умерших насильственной или преждевременной смертью, души девушек, умерших незамужними, и вдовцов, не оставивших потомства.
Общее название водяных духов. Считалось, что мульквисины обитали в морях, реках, прудах, болотах и колодцах. По поверьям, душа утопленника становилась мульквисином.
Богиня-защитница дома, которая привлекала в семью богатство и удачу. Корейцы представляли ее в виде змеи, крысы или жабы. Если в дом попадало одно из этих животных, то считалось, что его посетила богиня. Убивать их было плохой приметой.
Фаллический дух. В посвященных Пугыну святилищах вывешивались на стене деревянный фаллос и ритуальные бумажные деньги. Этот древний культ был настолько распространён, что в 1517 был издан государев указ о его запрещении, но он сохранялся до начала 20 в.
«Ямсовый мальчик», персонаж поздней корейской мифологии, неправомерно отождествляемый в «Самгук юса» с предпоследним правителем государства Пэкче Муваном.
Также существует варианты перевода, как Сонансин или Сонхвансин. Дух-покровитель городов и селений.
Женщина-призрак, которая заражала людей оспой.
Существо, отдаленно напоминающее нашего домового. Однако у корейцев эти создания вступают в контакт с человеком на равных — могут навредить или помощь, наградить за хорошие поступки золотом, а также стать собеседниками и даже собутыльниками. При этом выглядят токкэби не слишком симпатично — их тело покрыто шерстью, лицо спрятано за звериной маской, а голова украшена рогами.
Дух умершей от оспы девочки, являющийся, чтобы предсказать будущее. Согласно народным представлениям, тхэджагви не имел зримых очертаний. О его присутствии свидетельствовал только человеческий крик, раздававшийся в воздухе. Считалось, что тхэджагви был хорошо осведомлен о всех прошлых и будущих делах того, перед кем он явился. Особенно в этого духа верили женщины.
Персонаж корейской мифологии. Являлся внуком Хвангуна, одного из четырёх Людей Неба, в корейских мифах считался предком всего корейского народа. В более поздних мифах Хванин сам являлся Владыкой Небес, а его сын Хванун и внук Тангун выступали как основатели Кореи.
Хванину досталась фамильная ценность, с помощью которой он повелевал огнём и солнцем. По причине этого в более позднее время, когда в Корее было сильно влияние буддизма, Хванин ассоциировался с Индрой, владыкой Неба и Земли.
Мифологический лев-единорог, который, согласно поверью, служил для защиты дворцов от огня. Согласно Пхунсучжири, вокруг гор Кванаксан находился огненный элемент, для того, чтобы защитить дворец от огня с гор, у ворот были прикреплены эти пожирающие огонь Хэтхэ.
Могущественные духи, защищающие селения от нечистой силы и напастей. Изображения чансын в качестве фетишей устанавливались у входа в селение или монастырь, на обочине и у развилки дорог. Эти изображения представляли собой деревянные (позже каменные) столбы, в верхней части которых вырезались мужские и женские головы с выпученными глазами и оскаленными зубами. По своим функциям чансын были сходны с Сонан и горными духами (сансин). В позднюю эпоху чансын служили также пограничными знаками. Происхождение столбов-фетишей чансын возводили либо к фаллической символике, либо к обители духов-сотто, выполнявших функции духа-покровителя.
Первое впечатление о дораме «Однажды разрушение вошло в дверь моего дома»
Дорама «Однажды разрушение вошло в дверь моего дома» сильно выделяется среди остальных. Главные герои устали от мира, где с каждым днем люди становятся все более жестокими. Их встреча становится роковой. Впервые за долгое время они находят радость в жизни несмотря на то, что дни их сочтены.
Вот, что нам безумно понравилось в первых двух сериях этой дорамы!
Осторожно, спойлеры!
1. Судьба жестока
В то время как Мёльман полностью здоров, Сонеошин – хрупкая молодая девушка, которая страдает от сердечного заболевания. «Такова цена нашего существования», — говорит она Мёльману. Он страдает эмоционально, а она физически.
В первых двух эпизодах также преобладает идея о садовнике Сонеошин, где мир и люди рассматриваются как ее сад, а Мёльман – бабочка, которая касается каждого цветка, каждого человека. Это прекрасная аналогия, однако Мёльмана на самом деле не любят. Нет никого, кто был бы благодарен за разрушения и рад, когда случаются плохие вещи. Однако в мире должно быть равновесие, поэтому если Мёльман долгое время ничего не делает, то может случиться нечто еще более ужасное.
В мире этой дорамы страдают даже божества. Интересно, как идея о жестокости судьбы будет развиваться дальше.
2. Мёльман жаждет смерти, но не может умереть
Что делает образ Мёльмана таким освежающим и выводит его за рамки обычного образа божества, влюбляющегося в обычного человека (см. «Невеста речного бога», «Гоблин», и «Сказание о кумихо»), так это то, что депрессивное состояние Мёльмана выходит за рамки обычной усталости. Он возмущен своим существованием и тем фактом, что он приносит гибель и разрушение везде и всюду. Мёльман мог бы оставить все как есть, и мир погрузился бы во тьму. Однако, зная о таком исходе, он пытается жить дальше и делать то, что должен.
Когда Мёльман впервые услышал желание Дон Гён, он задумался. Впервые кто-то думает также, как и он. Если нет людей, то нет и причины для его существования. Он наконец-то сможет исчезнуть, и ему не нужно будет больше страдать. В тот день он решает положить всему конец и стать свободным. Однако встреча с этой девушкой оказывает на него влияние. Он очарован тем, что она не просит его о сохранении своей жизни или выигрыше в лотерею. Он обещает ей покончить с миром, как только ее 100 дней истекут!
Похоже, что что-то интересное есть в прошлом Мёльмана, поскольку Сонеошин говорит о том, что он отказался от мира. Он холоден, но по-своему мечтает о привязанности и любви. Например, он просит Дон Гён взять его за руку, чтобы «убедиться, что она не разорвет контракт». Герой очарован ею, и это невозможно не заметить!
3. Героиня, которой все равно
Дон Гён могла бы быть обычным персонажем, однако ее усталость от жизни и достаточно интересное отношение к смерти выделяют ее. Она не очень веселая и энергичная, так как постоянно сталкивается с различными трудностями. Она даже заранее сделала свой собственный портрет для похорон! У нее есть все признаки депрессии: нет амбиций, целей, девушка просто плывет по течению, потому что должна. Однако появление Мёльмана полностью меняет ее жизнь.
Изначально Дон Гён старается избегать Мёльмана. В дальнейшем все становится ясно. Девушка переживает худший день в своей жизни и узнает, что жить ей осталось совсем немного, а этот парень появляется из неоткуда и говорит о том, что она умрет, если не возьмет его за руку.
По сути, он вынуждает ее заключить с ним контракт, согласно которому после того, как она умирает, наступает конец света. Если она захочет разорвать с ним контракт, то он оставляет ее в живых, однако человек, которого она любит больше всего, умрет вместо нее. Как сказал Мёльман, он очень плохой парень!
Несмотря на все это, Дон Гён в конечном итоге начинает интересоваться Мёльманом. Но что случится, если она не сможет выполнить свою часть сделки?
4. Злодей
Главный злодей этой дорамы — судьба. Мёльман сознательно создал игру, в которой он проиграет независимо от результата. Если Дон Гён захочет покончить с миром, он исчезнет вместе со всеми людьми, но если она передумает, то скорее всего умрет он. Казалось бы, все просто, но у Сонеошин есть козырь в рукаве. Она говорит Мёльману делать все, что в его силах, и заявляет, что намерена претворить свои собственные планы в жизнь, так что еще неизвестно, как будут развиваться события!
Но до тех пор, пока не наступит конец света, мы можем понаблюдать за развитием отношений Дон Гён и Мёльмана, который, похоже, даже знает о том, как быть хорошим мужем!
Истории второстепенных персонажей еще не затрагивались. Вероятно, что они привнесут человечности в эту трагичную историю.
Поскольку наша основная пара собирается жить вместе, стоит ожидать множество интересных моментов в следующих эпизодах!
Понравились ли вам первые эпизоды дорамы?
Если Вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
Корейская мифология
Персонажи
Поиск персонажей
Группы персонажей
Дочь начальника уезда Мирян.
В корейской шаманской мифологии — дух безвременно (до 7 лет, т.е. до помолвки) умершего мальчика. Арен обладал сверхъестественной силой. Считалось, что прорицатели похищали душу умершего ребёнка для ворожбы. Образ, возможно, возник под влиянием буддийских и даосских мифов, в которых изображались святые отроки.
Это злой дух японца в образе красного перца, который появляется в сумерках и пытается соблазнять корейских девушек.
Период наибольшего распространения суеверий, связанных с ёбосан, начинается в конце XIX века и продолжается до конца 1940-х годов и большей частью совпадает с японской аннексией Кореи.
Царь драконов, живший в подводном дворце; хозяин водной стихии, главный из водяных духов (мульквисинов).
Дух ветра, дующего с горы Халласан (на о-ве Чеджу), ставший также духом-защитником селения.
Огромные морские существа, которые мечтают стать драконами.
Русалка, обитающая в Восточном (Японском) море около острова Чеджу.
У доброго корейского дракона есть злобный подданный — дракон Канчхори, чей приход влечет за собой засуху и гибель всего живого. Существовало народное изречение: «Куда ни придёт Канчхори, там сытая осень становится голодной весной».
Призраки, чаще всего злые. Они появлялись после насильственной или несправедливой смерти человека, душа которого не могла найти упокоения. Отдельной категорией были призраки незамужних девушек. Они злились, потому что не успели при жизни выйти замуж и родить сына — то есть выполнить главную, по меркам корейцев того времени, женскую задачу. Они появлялись в белом траурном ханбоке и с распущенными волосам.
Существо из корейской мифологии, представляющее собой женщину-оборотня, способную превращаться в лису с девятью хвостами.
«Золотой лягушонок», в корейской мифологии правитель государства Восточное Пуё, обладавший зооантропоморфной природой, муж Люхеа и приёмный отец Чумона, наследовал престол после Хэбуру. Миф о К., хронологически следующий после мифа о Тангуне, состоит из нескольких не очень связанных эпизодов и помещён с некоторыми вариациями в тексте мифа о Чумоне и Тонмёне. Видимо, вокруг центрального мифического персонажа Тонмёна процесс циклизации различных мифов об основателях северокорейских племён. Иногда К. связывают с японским мифическим персонажем Окуни-нуси. Сходный персонаж имеется и во вьетнамском фольклоре.
Дух-покровитель лошадей. Звезде Чхонсасон, охраняющей дух Маджо, начиная с 10 в. и до конца 19 в. совершалось государственное жертвоприношение у алтаря к югу от столицы — в середине весны, обычно во 2-ю луну.
В корейской мифологии персонаж времен Тангуна.
Дух, ведавший делами загробной жизни.
По происхождению Менбусин относился к буддийским десяти великим правителям (махараджа). Считалось, что после смерти душа человека тут же становилась в очередь в павильон десяти великих правителей, где вершился суд над покойными. Совершавший добрые деяния при жизни, попадал в рай, а совершавший дурные поступки, соответственно отправлялся в ад, где подвергался вечным мукам.
Злые духи. Ими становятся, согласно народной традиции, души людей, умерших насильственной или преждевременной смертью, души девушек, умерших незамужними, и вдовцов, не оставивших потомства.
Общее название водяных духов. Считалось, что мульквисины обитали в морях, реках, прудах, болотах и колодцах. По поверьям, душа утопленника становилась мульквисином.
Богиня-защитница дома, которая привлекала в семью богатство и удачу. Корейцы представляли ее в виде змеи, крысы или жабы. Если в дом попадало одно из этих животных, то считалось, что его посетила богиня. Убивать их было плохой приметой.
Фаллический дух. В посвященных Пугыну святилищах вывешивались на стене деревянный фаллос и ритуальные бумажные деньги. Этот древний культ был настолько распространён, что в 1517 был издан государев указ о его запрещении, но он сохранялся до начала 20 в.
«Ямсовый мальчик», персонаж поздней корейской мифологии, неправомерно отождествляемый в «Самгук юса» с предпоследним правителем государства Пэкче Муваном.
Также существует варианты перевода, как Сонансин или Сонхвансин. Дух-покровитель городов и селений.
Женщина-призрак, которая заражала людей оспой.
Существо, отдаленно напоминающее нашего домового. Однако у корейцев эти создания вступают в контакт с человеком на равных — могут навредить или помощь, наградить за хорошие поступки золотом, а также стать собеседниками и даже собутыльниками. При этом выглядят токкэби не слишком симпатично — их тело покрыто шерстью, лицо спрятано за звериной маской, а голова украшена рогами.
Дух умершей от оспы девочки, являющийся, чтобы предсказать будущее. Согласно народным представлениям, тхэджагви не имел зримых очертаний. О его присутствии свидетельствовал только человеческий крик, раздававшийся в воздухе. Считалось, что тхэджагви был хорошо осведомлен о всех прошлых и будущих делах того, перед кем он явился. Особенно в этого духа верили женщины.
Персонаж корейской мифологии. Являлся внуком Хвангуна, одного из четырёх Людей Неба, в корейских мифах считался предком всего корейского народа. В более поздних мифах Хванин сам являлся Владыкой Небес, а его сын Хванун и внук Тангун выступали как основатели Кореи.
Хванину досталась фамильная ценность, с помощью которой он повелевал огнём и солнцем. По причине этого в более позднее время, когда в Корее было сильно влияние буддизма, Хванин ассоциировался с Индрой, владыкой Неба и Земли.
Мифологический лев-единорог, который, согласно поверью, служил для защиты дворцов от огня. Согласно Пхунсучжири, вокруг гор Кванаксан находился огненный элемент, для того, чтобы защитить дворец от огня с гор, у ворот были прикреплены эти пожирающие огонь Хэтхэ.
Могущественные духи, защищающие селения от нечистой силы и напастей. Изображения чансын в качестве фетишей устанавливались у входа в селение или монастырь, на обочине и у развилки дорог. Эти изображения представляли собой деревянные (позже каменные) столбы, в верхней части которых вырезались мужские и женские головы с выпученными глазами и оскаленными зубами. По своим функциям чансын были сходны с Сонан и горными духами (сансин). В позднюю эпоху чансын служили также пограничными знаками. Происхождение столбов-фетишей чансын возводили либо к фаллической символике, либо к обители духов-сотто, выполнявших функции духа-покровителя.
Мифологические существа Кореи
Сегодня поговорим о 10 мифологических существах Кореи
Токкэби далеко не всегда зловредны. Они вредят только дурным людям, хорошим людям они, напротив, помогают. Они могут наградить богатством, могут составить компанию одиноким, при этом оказываясь неплохими собеседниками или чаще собутыльниками. Но если слишком часто общаться с токкэби, можно самому превратиться в существо, подобное им.
Ён (용) — корейский дракон, одна из разновидностей мифологического змея, которая ассоциируется с корейской мифологией. Корейский дракон имеет ряд специфичных именно для Кореи черт, которые отличают его от драконов других культур. Корейские драконы в мифах обычно выступают как положительные существа, покровительствующие водоёмам и рисовым полям. Считается, что они приносят на землю дождь. Живут драконы обычно в реках, озёрах, океанах или глубоких горных прудах.
В одной из корейских легенд говорится о великом ване Мунму, который на своём смертном одре пожелал стать «Драконом Восточного моря, чья цель — защита Кореи». Корейский дракон, в отличие от многих драконов других культур, не имеет крыльев, зато обладает длинной бородой.
Кумихо (구미호, где 구 — девять, 미 — хвост, 호 — лиса) — существо из корейской мифологии, представляющее собой женщину-оборотня, способную превращаться в лису с девятью хвостами. Согласно большинству легенд, кумихо может стать любая лиса, которой удаётся прожить тысячу лет. После превращения лиса получает способность превращаться в красивую девушку, которая в легендах практически всегда играет отрицательную роль, часто соблазняя мужчин, после чего убивая их и съедая их сердце или печень. В некоторых легендах указывалось, что истинную сущность Кумихо можно увидеть, только если снять с неё всю одежду.
Хэтхэ (해태) – это мифологический лев-единорог, который, согласно поверью, служил для защиты дворцов от огня. Согласно Пхунсучжири, вокруг гор Кванаксан находился огненный элемент, для того, чтобы защитить дворец от огня с гор, у ворот были прикреплены эти пожирающие огонь Хэтхэ.
Корейцы считали, что они должны были поклоняться Опщин, чтобы быть богатыми, так как она была богиней хранения, которая держала деньги. Таким образом, корейцы не вредили и не отгоняли змей и крыс, даже, когда те вошли в дом. Когда крыса, змея, или жаба покинула семью, считалось, что богиня покинула дом. Поскольку отсутствие Опщин считалось причиной банкротства, корейцы мешали животным покидать их дом.
В честь Чхонван в древнекорейском государстве Силла близ столицы (ныне город Кёнджу) в 679 был возведён монастырь Сачхонванса. Чхонван были воплощены в настенной живописи, рельефах, на иконах и в глиняных статуях. В даосской интерпретации они соответственно несут пагоду, меч, два меча и дубинку с шипом. Их скульптурные изображения представлены также в пещерном храме Соккурам.