Л значит люди лукьяненко
Он лег спать человеком. Ритмично билось сердце, прогоняя кровь по сосудам, ныла ушибленная при посадке лодыжка. Две руки, две ноги, загорелая кожа, короткая стрижка. Все как положено.
Среди ночи он проснулся. Слабый свет из залитого бронестеклом окна падал на стул у изголовья. Поблескивала серебристая нашивка на рукаве куртки: «Ингвар Вистин, 37 лет. Космофлот. ГРИМ».
Ингвар полежал, чувствуя, как расползается по телу жгучая, мучительная боль. Словно тысячи крошечных москитов впиваются в него изнутри тонкими отравленными жалами.
Все как положено. Он уже четвертый час на планете. Пора.
Яркие лампы на потолке коридора были почти невидимы. Зато в стенах проступила пронзительно-синяя мерцающая паутина: кабели и провода, линии энергопитания и связи. Он начинал видеть в нечеловеческом спектре.
Люк шлюзовой камеры Ингвар открывал несколько минут. Пальцы на руках у него уже исчезли, превратившись в длинные, твердые как сталь шипы. Почти таких же усилий стоило закрыть люк. Зато теперь Ингвар оказался у цели.
С внешним люком он рассчитывал управиться быстрее. Отравленный кислородом воздух жег легкие, голова слегка кружилась. Но люк упорно не хотел открываться. Наконец до Ингвара дошло, что автоматика не собирается выпускать его из станции без скафандра.
Джунгли подступали к Станции почти вплотную. Лишь в пяти метрах от купола, там, где начиналось действие подавляющего поля, деревья не росли. Здесь они образовывали непроходимую стену: сотни, тысячи сплетенных, ощетиненных иглами стволов.
Он закашлялся. Взглянул на небо, где тлела багровым огоньком Малая звезда.
Он дернулся. Вытянул руки, медленно свел их. Между шипами заструились шелестящие белые молнии. Живительный ультрафиолет лился на аккумулирующие чешуйки. Каскадные жабры, разрастающиеся в груди, жадно впитывали аммиак. К утру Ингвар должен был полностью перестроить обмен. У него еще масса времени.
. В коридоре Станции он наткнулся на человека. Не то техник, не то просидевший ночь за приборами ученый неспешно вышел из лифта. И попятился назад, в сдвигающиеся створки лифта, бормоча вполголоса:
— Господи. Пресвятая дева.
— Я Ингвар Вистин. Я из группы Имитации. Грим. Я прилетел на Станцию вчера, вы могли меня видеть.
— Три внешних выхода вне очереди! Ясно? Повтори! Три выхода за пределы Станции! Повтори!
Оно было двух метров длиной и не более метра в высоту. Больше всего напоминало крокодила, покрытого прозрачной, слегка поблескивающей чешуей. Короткий и тонкий хвост чудовища заканчивался полуметровой, зазубренной на конце иглой. Вдоль туловища были вытянуты и плотно прижаты длинные, жутковато похожие на человеческие, руки. Вместо пальцев руки заканчивались когтями.
Чудовище, удивительно быстро перебирая четырьмя толстыми лапами, оказалось у стола. Ему было трудно дышать в кислородной атмосфере, и клыкастая пасть открывалась часто и широко.
«Л» – значит люди
Сергей Лукьяненко – имя, которое для всех истинных ценителей российской фантастики не нуждается ни в комментариях, ни в представлениях. Имя, которое говорит само за себя.
Эта книга – сборник рассказов и повестей, которые сам автор считает лучшими в своем творчестве. Каждое из произведений сборника оригинально и своеобразно. Меняются сюжеты и персонажи, меняется манера повествования, однако неизменным остается одно – фирменный, неподражаемый стиль Сергея Лукьяненко.
В сборник вошли произведения:
• Дорога на Веллесберг
• Мой папа – антибиотик
• Поезд в Теплый Край
Человек, который многого не умел
• За лесом, где подлый враг…
• Способность спустить курок
• Человек, который многого не умел
• Ласковые мечты полуночи
• Восточная баллада о доблестном менте
Писателю нечасто доводится говорить с читателем без посредства своих героев.
Можно придумать любого персонажа. Человека или инопланетянина, мужчину или женщину, взрослого или ребенка, убийцу или святого. И каждому из них – вот ведь что удивительно – можно вложить собственные слова и мысли. Обычно я так и делал. Не знаю лишь, всегда ли удавалось услышать мой голос.
Но сейчас мы вдвоем. Вы и я. Читатель и писатель. Я постараюсь не надоедать Вам. Все-таки Вы взяли в руки эту книгу для того, чтобы прочитать рассказы и повести, а не для выслушивания моих монологов. Я просто стану рассказывать что-то, обычно остающееся за рамками литературного текста.
«Л» – значит люди скачать fb2, epub, pdf, txt бесплатно
XXVIII в. Российская директория Галактики вынуждена вступить в «необъявленную войну» с межзвездными кочевниками – «джипсами».
О таких войнах не пишут в газетах, не говорят с «голубых экранов», не упоминают в учебниках истории.
Таких войн просто не существует ни для кого, кроме участников!
Кошмар этой войны примут на свои плечи отчаянные кадеты Военно-космической академии, пилоты-истребители «без году неделя».
Нет, война – уже сегодня! Только знают о ней – немногие!
На далеких мирах, затерянных где-то в глубинах космоса, схлестнулись две цивилизации — люди, жадно колонизирующие планету за планетой, и Чужие, издавна считающие себя хозяевами Галактики. Отныне тот, кто не убивает, — умирает. Отныне действуют жестокие законы звездной войны — выживает тот, кто успел выстрелить первым. Много тысячелетий Чужие не знали поражения. Но девиз человечества — «Смерть или слава»… Пилот космической яхты принял выгодное предложение — взять на борт груз, за доставку которого будет заплачено целое состояние. Так началось нечто, еще не бывалое даже на просторах открытого космоса. Даже для лихих звездолетчиков, привычных к любой опасности, к любой игре со смертью. Так началась ЧЕРНАЯ ЭСТАФЕТА… Гонка на выживание. Проигравшие просто гибнут, и никто не вспомнит о них. Победитель получит ВСЕ. Только вот… останется ли хоть кто-то, чтобы стать победителем.
Иногда достаточно просто ступить за порог собственного дома, чтобы навсегда изменить свою жизнь.
Встретить странных людей, которые вовсе не являются людьми.
Побеседовать со своей предыдущей реинкарнацией.
Или испытать подлинный шквал эмоций на другой земле, под разноцветными небесами.
Каждое ВЕЛИКОЕ ПРИКЛЮЧЕНИЕ начинается с обыкновенного шага.
Космогонщик, потерпевший аварию, оказывается на удивительной планете, где люди переносятся вперед и назад во времени, законы устанавливает Патруль Единения, ведут вечную борьбу силы Стрелы и Круга — и свято верят в легенду о таинственных Желтых Кораблях…
Горд, годами осаждаемый варварами-кочевниками, держится лишь благодаря торговле с “летучим народом” — однако контакты с “летучими” строго запрещены. Но однажды мальчишка из Города спасает жизнь пилоту “летучего” корабля…
Планетаа, на которой ВСЕ РАВНЫ. Здесь обитатели городов живут по строгому распорядку. Здесь запрещены эмоции — страх, ненависть, сострадание, любовь… И только за стенами городов зреет глухое сопротивление всемогущему ПОРЯДКУ…
01 Тринадцатый город
02 Пристань желтых кораблей
03 Восьмой цвет радуги
04 Предание о первом атеисте
07 Спираль времени
08 Поймать пятимерника!
09 Последний герой
10 Офицер особых поручений
12 Делается велосипед
«Рыцари Сорока Островов»
Роман, с которого началась популярность Сергея Лукьяненко. Штормы и призраки, странные ритуалы, полуигровые правила вполне реальных поединков и войн… Как разобраться в этой кровавой игре, выдуманной злым, чуждым разумом?
Роман, сразу же после выхода прозванный «черной жемчужиной Сергея Лукьяненко». История поисков. История приключений. История страшных чудес и странных миров. История о том, что истинного врага найти порою не легче, чем истинного друга. Да и как может быть иначе, если за дело берутся Сумрак, Свет и Тьма…
Лорд с планеты Земля
«В тебя можно влюбиться?» Странный вопрос девчонки, которую он спас от хулиганов… Вопрос, который не дает ему покоя на Земле. Вопрос, который будет мучить его в чужом мире, охваченном пламенем войны. В мире, где ему предстоит стать «лордом с планеты Земля» – Планеты, Которой Нет…
Сергей Лукьяненко – имя, которое для всех ценителей отечественной фантастики давно уже не нуждается в пояснениях и комментариях.
Перед вами – сборник, в который вошли самые известные «малые» произведения Лукьяненко – повесть «Кредо» и рассказы разных лет, относящиеся к различным жанрам и направлениям фантастики.
В сборник вошли произведения:
• Мой папа – антибиотик
• Дорога на Веллесберг
• Поезд в Теплый Край
• Девочка с китайскими зажигалками
• Последняя ночь колдуна
• Дмитрий Байкалов, Андрей Синицын «Феномен по имени Лукьяненко»
Кем станет юноша, который пытается жизнью своей соединить несоединимое – кодекс меча и кодекс магии?
Чем станет победа над Злом, если победа эта только породит новое Зло?
Когда окажется победой – унижение, а сказаниями о героях – полупьяные байки?
Ты хочешь изменить реальность? Дерзай. Но помни – ты меняешь еще и Судьбу. Борьба меж Светом и Тьмой длится вечно, и тяжким будет жребий воина, вступившего в эту борьбу.
Такова история Деревянного Меча – одна из лучших саг за всю историю отечественного жанра фэнтези!
«Маленькие шедевры» мастера отечественной фантастики Сергея Лукьяненко.
Повести и рассказы разных лет, по-прежнему восхищающие многообразием жанров и направлений и оригинальностью сюжетов.
Сначала был «Конец легенды».
Теперь – «Донырнуть до звезд».
В сборник вошли произведения:
• Донырнуть до звезд
• Способность спустить курок
• Кровавая оргия в марсианском аду
• Вечерняя беседа с господином особым послом
• Если вы свяжетесь прямо сейчас
Шесть галактических цивилизаций.
Пять погибших планет.
Четверо учёных из разных миров.
Три звёздные системы.
Два космических корабля.
И одна большая беда для всей Вселенной.
В твоей квартире живут чужие люди.
Твое место на работе занято другим…
Тебя не узнают ни друзья, ни любимая девушка…
Тебя стирают из этого мира.
В Империи, где без малого век правит Тёмный Властелин, живётся не так уж и плохо. Натурфилософы постигают тайны науки, народ не бедствует, полиция охраняет порядок, а рунное волшебство – доступно всем. Вот только у волшебства есть цена, и за любое чудо придётся платить самым дорогим, что у тебя есть. Особенно, если ты стал врагом повелителя Тёмной Империи.
В этом мире солнце желто, как глаз дракона — огнедышащего дракона с узкими желтыми зрачками, — трава зелена, а вода прозрачна. Там тянутся к голубому небу замки из камня и здания из бетона, там живут гномы, эльфы и люди, там безраздельно влавствует Магия…
Пробил роковой час — и Срединный Мир призвал человека с Изнанки. В смертельных схватках с сильнейшими магами четырех стихий он должен пройти посвящение, овладеть Силой и исполнить свое предназначение…
Встреча с иными цивилизациями оказалась обескураживающей: земляне опоздали – Галактика уже поделена между Сильными расами, другим же, более молодым, отведена роль винтиков в этой сложной и одновременно простой структуре межзвездного сообщества – они могут делать только то, что у них получается лучше других, и не замахиваться на большее. И люди вынуждены смириться с участью космических извозчиков (ведь только они могут выжить в момент джампа – моментального прыжка на расстояние в несколько световых лет). Однако удовлетворится ли человечество торговлей космическими безделушками – или все же попытается найти свой путь и встать вровень с Сильными.
Новый роман Сергея Лукьяненко выдержан в лучших традициях «космической оперы» и читается на одном дыхании с первой до последней страницы.
Самая популярная сага в истории отечественной фантастики – в полном составе!
Весь сериал культовых «Дозоров» Сергея Лукьяненко – включая шестой роман – под одной обложкой!
Книга, которая должна быть в коллекции каждого любителя хорошей фантастики!
Сегодня увлекательную историю приключений Антона Городецкого и его друзей, недругов и союзников читаем и перечитываем мы – завтра это будут делать наши дети. Потому что ХОРОШАЯ фантастика не стареет никогда.
Читайте самый знаменитый роман Сергея Лукьяненко. «Лабиринт отражений» — это фантастический роман номер один по рейтингам Сети. «Лабиринт отражений» — это настольная книга российских хакеров. «Лабиринт отражений» — это киберлюбовь и кибервойна, виртуальные дуэли и компьютерные приключения, порою — забавные, чаще — опасные. «Лабиринт отражений» — это книга, от которой невозможно оторваться.
Увидев перед собой капитана Эшли и его глаза, Мэри поняла, что спасти Боба не удалось. С усилием она приподнялась на больничной койке:
Эшли подавил владевшее им чувство неловкости. Кивнул.
— Только не волнуйтесь.
Он ясно видел, как сейчас бессмысленны его слова, но продолжал говорить.
— Вас-то едва поставили на ноги! Чудо, что вы выкарабкались. Сперва надо выздороветь совсем.
Пер. с нем. А. Миллера
Голубое солнце опускалось за горизонт, и победно поднималось красное. Между ними крышей выгнулась гигантская фиолетовая дуга.
В N-ном году по N-ной причине на провинциальный N-ский город большого N-ского государства пала звезда Полынь. И родились на N-ской земле шесть богатырей.
1. Человек, который все помнил
из цикла «ФАHТАСТИКА УКУРЕHHОГО ХАКЕРА»
Я посмотpел из окна, серый асфальт давно меня пpивлекал, и манил своей неподвижностью. за окном колыхались деpевья. они были непонятного цвета:
химическая пыль сделала их сеpибpисто-оpаньжевыми. каpтинy завеpшало небо, затянyтое гyстыми фиолетовыми облаками. лишь я стоял неподвижно в пpоеме окна и наблюдал за выветpиванием жизни.
И творил сладостную легенду.
В мире «Русского Фауста»
Михаил Николаевич Грешнов
— Как тебе пришло это в голову?
Михаил Николаевич Грешнов
ЧАЙКИ С БЕРЕГОВ ТИХОГО ОКЕАНА
Мой друг, писатель Леонид Васенюк, привез мне с Тихого океана двух чаек, великолепных птиц, черноголовых, сизых, как дым, подкрашенных багрянцем рассвета.
Леонид был романтик. Оба мы были романтиками со школьных лет. Перечитали все книги о море, о путешествиях, о Пржевальском и Крузенштерне. Перерыли шкафы, чердаки у знакомых ребят в поисках книг о приключениях, и сам поиск был для нас приключением.
Умный, эмоциональный и увлекательный роман отечественного фантаста номер один, действие которого происходит в варианте будущего, известного читателям по произведениям «Геном» и «Калеки».
История отважного мальчишки с заштатной планеты, уставшего от грязи, нищеты и безнадежности родного мира – и дерзнувшего отправиться на поиски лучшей доли в космическое никуда.
Сергей Лукьяненко ««Л» — значит люди»
«Л» — значит люди
Язык написания: русский
Сергей Лукьяненко — имя, которое для всех истинных ценителей российской фантастики не нуждается ни в комментариях, ни в представлениях. Имя, которое говорит само за себя.
Эта книга — сборник рассказов и повестей, которые сам автор считает лучшими в своем творчестве. Каждое из произведений сборника оригинально и своеобразно. Меняются сюжеты и персонажи, меняется манера повествования, однако неизменным остается одно — фирменный, неподражаемый стиль Сергея Лукьяненко.
В произведение входит:
Обозначения: 
циклы 
романы 
повести 
графические произведения 
рассказы и пр.
Рассказы 90-х годов. Практически стандартный уровень для сборников приемлемого качества.
Для количественной оценки оного качества используется два показателя: процентная доля текстов с оценкой «7» и выше, и — процентная доля текстов с оценкой «5» и выше. Так вот, «стандартный» уровень (округленно) — это «30 / 70». Здесь же — «29 / 67». Для справки: сборники 2006-го и 2010-го годов идентифицируются, соответственно, как «33 / 71» и «30 / 69».
На русский язык оная цЫфирь легко переводится примерно следующим образом: «. две трети — вполне читабельно, из них около половины (чуть меньше) — более, чем хорошо. ».
Удручает же только одно — перечень самих текстов (рассказы, статьи, эссе, повести) — практически не меняется. И это более чем странно. Если все прочее публикации в принципе недостойно, то почему усреднённые оценки (усредненно всей аудиторией сайта) и первых (что в сборниках) и вторых — практически не отличаются.
Получается, что либо — выбор (для публикации) более чем случаен, либо — средняя оценка по сайту абсолютно ничего не характеризует.
оценка средняя по сборнику, ставлю я её года через 2-3 после прочтения, помню, что тогда мне понравился сборник, но вспомнить большинство рассказов не удалось, то что оставило хоть какие-то воспоминания оценено другим баллом, кое-что запомнилось надолго, возможно, навсегда.
В основной массе рассказы этого сборника показались весьма средними. Перечитывать эту книгу, приобрести для своей библиотеки — не захотелось. Вот только три рассказа — «Поезд в теплый край», «Проводник отсюда» и «Хозяин дорог» показались очень сильными. Они как-то выпадают из общего числа.
Сборник напомнил старую добрую советскую фантастику, и этим понравился. Большинство произведений очень хороши.
Вообще считаю, что талант писателя проявляется именно в рассказах: если в романе неудавшиеся и слабые строки можно далее по тексту загладить (благо объем позволяет), то рассказ этого не простит. Поэтому знакомство с новым автором стараюсь по возможности начинать с рассказов.
Рассказы в этом сборнике в основном тяжелые, философские. Но все равно, очень даже хороши.
Автор, видимо, решил по экспериментировать на поприще, не типичном для него. Эксперимент по-моему не плох, хотя некоторые произаведения кажутся немного скучными и слегка наивными.
Уже в ранних своих вещах начинает проглядываться теперешний Лукьяненко. Правда ранний был добрее и наивнее что ли. Но это шло его произведениям.
Сборник мне понравился. Рассказы в большинстве своем выполнены неплохо. Да и идеи заставляют призадуматься.
Сергей Лукьяненко – имя, которое для всех истинных ценителей российской фантастики не нуждается ни в комментариях, ни в представлениях. Имя, которое говорит само за себя.
Эта книга – сборник рассказов и повестей, которые сам автор считает лучшими в своем творчестве. Каждое из произведений сборника оригинально и своеобразно. Меняются сюжеты и персонажи, меняется манера повествования, однако неизменным остается одно – фирменный, неподражаемый стиль Сергея Лукьяненко. В сборник вошли произведения: Прекрасное далеко
• Дорога на Веллесберг
• Мой папа – антибиотик
• Поезд в Теплый Край
Человек, который многого не умел
• За лесом, где подлый враг…
• Способность спустить курок
• Человек, который многого не умел
• Ласковые мечты полуночи
• Восточная баллада о доблестном менте
«Л» – значит люди (Сборник) читать онлайн бесплатно
Проводник Отсюда (Сборник)
Писателю нечасто доводится говорить с читателем без посредства своих героев.
Можно придумать любого персонажа. Человека или инопланетянина, мужчину или женщину, взрослого или ребенка, убийцу или святого. И каждому из них – вот ведь что удивительно – можно вложить собственные слова и мысли. Обычно я так и делал. Не знаю лишь, всегда ли удавалось услышать мой голос.
Но сейчас мы вдвоем. Вы и я. Читатель и писатель. Я постараюсь не надоедать Вам. Все-таки Вы взяли в руки эту книгу для того, чтобы прочитать рассказы и повести, а не для выслушивания моих монологов. Я просто стану рассказывать что-то, обычно остающееся за рамками литературного текста.
Как знать, может быть, это тоже окажется интересным?
Каждый текст – это сотворение мира. Иногда – совершенно нового; в этом сборнике немало таких миров. А иногда миру становится тесно в рамках одного, пусть даже большого, рассказа. Он начинает расти, возникать в других рассказах, прорываться в повести и романы. Даже не знаю, удача это или беда. Но когда я поставил точку в рассказе «Дорога на Веллесберг», то уже понимал, что мир отпустит меня не скоро. Возникла даже мысль объединить все рассказы в единый цикл, взяв названием цитату из известной песни – «Прекрасное далеко». Повесть или даже роман в рассказах… На тот момент идея представлялась мне достаточно оригинальной. Мир жил, я видел его. Мир был интересен.
И все-таки я не смог этого сделать. Романы или повести более поддаются организации труда. У рассказов свои законы. Рассказ – порождение мгновения. Луч солнца в окне, глоток горячего кофе, обрывок чужой фразы – никогда не знаешь, что станет толчком, что заставит сесть за клавиатуру. Лишь сейчас, спустя почти десять лет после того, как был начат этот маленький цикл, я рискнул объединить его под одним названием – как и планировалось изначально…
«Дорога на Веллесберг» был моим первым прикосновением к миру «Прекрасного далека». Затем был написан «Мой папа – антибиотик», рассказ с другими героями, связанный с «Дорогой» довольно тонкой нитью, и все-таки – необходимая часть этого мира. Потом была «Почти весна», рассказ, писавшийся долго, болезненно, и, может быть, поэтому очень мне дорог. И совсем уже недавно я написал «Запах свободы». Меня почему-то не прекращала преследовать сцена знакомства героев «Дороги», вставали перед глазами пустой ночной вокзал, светящиеся вывески над безлюдным перроном, шум моря и какие-то навязчивые, грустные, тихие мелодии. Выхода не было – пришлось вернуться к давным-давно оставленному миру.
Если же попытаться составить хронологическую последовательность событий, то она совсем иная. «Мой папа – антибиотик» станет первым рассказом цикла, «Запах свободы» следующим, лишь затем происходят события «Дороги на Веллесберг», и завершает цикл (на данный момент) рассказ «Почти весна». Читатель, любящий хронологию, может попробовать прочитать рассказы именно в этом порядке. И все-таки… все-таки я бы советовал придерживаться той последовательности, в которой рассказы идут в сборнике. Порядок написания в данном случае важнее, ведь именно так я открывал для себя мир «Прекрасного далека».
Не знаю, вернусь ли я к нему еще. Все может быть. Когда-то он прорвался даже в роман «Стеклянное море», хотя первоначально этого никак не планировалось…
И самый странный, для меня во всяком случае, вопрос – хороший ли это мир? Добрый ли он? Хотел бы я в нем жить или нет? Ведь это действительно мир победившего благополучия, сытая и благоустроенная планета Земля, где «в прошлом войны, вонь и рак…». Мир, где можно спокойно гулять вечерами, где каждому гарантирован кусок хлеба, крыша над головой и бесплатные штаны. Почти утопия.
По почему-то так трудно придумать утопию, где совсем нет боли…
Дорога на Веллесберг
Ветер гнал над степью запахи трав. В воздухе словно метались разноцветные знамена, даже в глазах рябило. Я сказал об этом Игорю, но тот лишь усмехнулся:
– Чтобы унюхать, что ты чуешь, надо собакой родиться. По-моему, воняет гарью.
Гарь я тоже чуял. От посадочной капсулы осталось грязно-черное, медленно оседающее полотнище. Там, где опоры впились в почву, ленивыми багровыми гейзерами вспухал запах сгоревшей земли. Наверное, того, кто увидел бы это впервые, зрелище могло захватить… Цветные пятна в воздухе дрогнули, исчезая. Так гораздо лучше, только рот быстро пересыхает. Но я привык. Не посоветую, правда, медикам из Центра Совершенствования подходить ко мне с предложением об активации генов моим детям. Могу и не сдержаться. А в общем, я привык.
«Рыжик» повернулся. Быть ему теперь Рыжиком на веки вечные. Если Игорь дает прозвище, оно прилипает намертво. Да в новеньком и действительно было все необходимое: солнечно-рыжие волосы, быстрый, чуть хитроватый взгляд и такая же немного лукавая улыбка.
– Меня зовут Дэйв. А вас?
Ха! Имя у него тоже было рыжее, солнечное. По-русски Дэйв говорил неплохо, только слегка нажимал на гласные.
– Не-е, – дурачась, протянул Игорь. – Тебя зовут Рыжик. Его – Чингачгук, можно Миша, – докончил он, увидев мой выразительный жест. – А я Игорь.
Да, новенькому палец в рот не клади. Он смотрел на Игоря так, словно придумывал ему кличку.
– Просто Игорь. Тебе сколько?
Дэйв смущенно пожал плечами, словно не знал, что ответить. Зависшее в зените солнце сверкнуло на золотом кружке, приколотом к его травянисто-зеленой рубашке.
– Ясно. Знак давно получил?
Рыжик глянул на кружок:
– Во дает! – Даже Игоря такое сообщение лишило иронии. – Получил и сразу слинял? А родители? Сцен не устраивали?
– Нет. Они, кажется, даже обрадовались.
Игорь замолчал. Потом заговорил снова, и я обалдел – таким неожиданно мягким, дружеским стал его голос.
– Ты держись пока с нами, Рыжик. Мы с Мишкой роддеры старые, опытные. По три года по дорогам болтаемся.
– Учти, Рыжик, мой вопрос о возрасте был провокацией. Роддеры на такие вопросы не отвечают, в лучшем случае говорят, как давно получили самостоятельность. Но ради знакомства скажу – тринадцать. И еще. Спрячь свой знак. Роддеры это напоказ не носят.
Я усмехнулся, глядя, как торопливо снимает Рыжик свой золотой кружок. Знак делают из позолоченного титана, запрессовывая внутрь идентификатор и оттискивая на поверхности слова: «Достиг возраста персональной ответственности». На обороте – имя.
Игорь повернулся ко мне:
– Ну что, Чингачгук, пойдем в горы?
Горы неровной гребенкой тянулись к горизонту. Обмазанные синеватым снегом вершины заманчиво поблескивали над темной каймой деревьев. Там, в горах, сосны по двадцать метров. И никаких запахов, кроме снега и хвои…
– Далековато, – небрежно произнес я, уже зная, что пойдем. – Километров сто с гаком.