ЕГЭ. История. Термины. «Философский пароход»
«Философский пароход»
«Философский пароход» — так называли высылку интеллигенции большевиками из советской России.
Троцкий Л.Б. так писал о данном событии: «Мы этих людей выслали потому, что расстрелять их не было повода, а терпеть было невозможно».
Пассажиры «философского парохода»
Всего – 225 человек
Профессора, педагоги вузов- 21
Религиозные деятели – 2
Деньги, имущество брать с собой было нельзя, только смену белья и всё.
В результате данной акции Россия лишилась стольких умов, многие из которых были с мировым именем.
Вот некоторые из них:
Бердяев Н.А.- философ
Булгаков С.Н.- философ, религиозный деятель
Ильин И.А. – философ, писатель, публицист
Карсавин Л.П – философ, историк
Котляревский Н.А. – академик
Селиванов Д.Ф.- математик
Сорокин П.А.- социолог, культуролог
Флоровский А.В. – историк
Высланные за границу, эти люди не растворились в массе мирового сообщества, а нашли своё место, занимались любимым делом, многие из них стали выдающимися учёными :
Сорокин П.А – «отец» американской социологии
Бердяев Н.А – основал Религиозно-философскую академию
Булгаков С.Н. – возглавлял Православный Богословский Институт в Париже
Карсавин Л.П. – создал Русский научный институт в Германии
Зарубежные историки даже писали: «Благодаря Ленину, Зарубежная Россия получила когорту блестящих ученых и интеллектуалов, чья деятельность призвана была заложить основы культуры русской эмиграции».
Возможно, это даже было хорошо, что такие люди выехали за границу. Ведь они остались живы, работали, внесли свой вклад в развитие мировой науки. Останься они в России, где гарантия, что не попали бы в страшную репрессивную машину Сталина, если даже виднейшие революционеры, ленинцы, оказались в ней, погибли, были казнены, исчезли в сталинских лагерях.
В Санкт-Петербурге на набережной Лейтенанта Шмидта в 2003 году установлен памятник. На котором написано: «С этой набережной осенью 1922 года отправились в вынужденную эмиграцию выдающиеся деятели отечественной философии, культуры и науки»
Материал подготовила: Мельникова Вера Александровна
Пассажиры философского парохода
Он увозил на чужбину будущее России.
Эта спецоперация советской власти проходила под личным контролем и по указанию ее вождя, отдавшего роковое распоряжение 19 мая 1922 года. За три дня до того, как перенес первый инсульт.
К вопросу о высылке за границу писателей и профессоров, помогающих контрреволюции. Надо это подготовить тщательнее. Без подготовки мы наглупим.
Все это явные контрреволюционеры, пособники Антанты, организация ее слуг и шпионов и растлителей учащейся молодежи. Надо поставить дело так, чтобы этих «военных шпионов» изловить, и излавливать постоянно и систематически и высылать за границу.
Прошу показать это секретно, не размножая, членам Политбюро, с возвратом Вам и мне, и сообщить мне их отзывы и Ваше заключение.
Ленин».
Что потеряла Россия, выдав билет в один конец всего лишь нескольким десяткам пассажиров? «Родина» напомнит о некоторых из них.
БИЛЕТ В ОДИН КОНЕЦ
Пароходные рейсы из Петрограда были не единственными: высылки осуществлялись также на пароходах из Одессы и Севастополя и поездами из Москвы в Латвию и Германию
Разрешалось взять на человека:
Запрещалось брать с собой:
197 человек включал список высылаемых (67 из Москвы, 53 из Петрограда, 77 с Украины). В том числе:
75 человек в общей сложности были реально высланы из страны в 1922-1923 годах (35 ученых и педагогов, 19 писателей и журналистов, 12 экономистов, агрономов и кооператоров, 4 инженера, 2 студента, политический деятель, служащий и священник). Более трети из них ранее состояли в небольшевистских партиях.
Пароходы:
из Петрограда в Штеттин (Германия):
Oberbürgermeister Haken 29-30 сентября 1922 года
Preussen 16-17 ноября 1922 года
Поезда:
из Москвы в Берлин (Германия); 23 сентября 1922 года
из Москвы в Ригу (Латвия): 23 сентября 1922 года
Пассажиры Философского парохода: Николай БЕРДЯЕВ (1874-1948)
Религиозный и политический философ, семь раз номинировался на Нобелевскую премию по литературе
Чем занимался до 1922 года
Будучи студентом естественного факультета в киевском Университете Святого Владимира, арестован за участие в «Союзе борьбы за освобождение рабочего класса» и выслан в Вологду. Здесь, как он позже напишет, «вернулся я от социальных учений, которыми одно время увлекался, на свою духовную родину, к философии, религии, искусству».
Активно участвует в общественной жизни Серебряного века, став завсегдатаем литературных объединений Петербурга, печатается в журналах и сборниках вместе с А. Блоком, А. Белым, Д. Мережковским, В. Ивановым, Л. Шестовым, В. Брюсовым. Сам издает журналы, собирает по вторникам единомышленников на домашние «мировоззренческие вечера».
Уже в то время его философские взгляды привлекают внимание выдающихся современников. Только В. Розанов напишет об одной из его книг 14 статей.
В первые годы Советской власти, пользуясь покровительством Льва Каменева, делает неожиданную карьеру: входит в руководство Московского Союза писателей и даже некоторое время руководит им, основывает Вольную Академию философской культуры, избирается профессором Московского университета.
Эпохи, столь наполненные событиями и изменениями, принято считать интересными и значительными, но это же эпохи несчастные и страдальческие для отдельных людей, для целых поколений. История не щадит человеческой личности и даже не замечает ее.
Для философа было слишком много событий: я сидел четыре раза в тюрьме, два раза в старом режиме и два раза в новом, был на три года сослан на север, имел процесс, грозивший мне вечным поселением в Сибири, был выслан из своей Родины и, вероятно, закончу свою жизнь в изгнании.
Причины изгнания
Получив от большевиков охранную грамоту на квартиру, библиотеку и собственную жизнь, тем не менее, не желал иметь с ними ничего общего: «Большевизм есть рационалистическое безумие, мания окончательного регулирования жизни, опирающаяся на иррациональную народную стихию».
Дважды попадал в тюрьму, о чем рассказал в автобиографических записках «Самопознание»:
«Первый раз я был арестован в 1920 году в связи с делом так называемого Тактического центра, к которому никакого прямого отношения не имел. Но было арестовано много моих хороших знакомых. В результате был большой процесс, но я к нему привлечён не был».
Бердяев отметил особо, что во время этого ареста его допрашивали лично Феликс Дзержинский и Вацлав Менжинский. И далее:
«Некоторое время я жил сравнительно спокойно. Положение начало меняться с весны 22 года. Образовался антирелигиозный фронт, начались антирелигиозные преследования. Лето 22 года мы провели в Звенигородском уезде, в Барвихе, в очаровательном месте на берегу Москвы-реки, около Архангельского Юсуповых, где в то время жил Троцкий. Однажды я поехал на один день в Москву. И именно в эту ночь, единственную за всё лето, когда я ночевал в нашей московской квартире, явились с обыском и арестовали меня. Я опять был отвезён в тюрьму Чека, переименованную в Гепеу. Я просидел около недели. Меня пригласили к следователю и заявили, что я высылаюсь из советской России за границу. С меня взяли подписку, что в случае моего появления на границе СССР я буду расстрелян.
Когда мне сказали, что меня высылают, у меня сделалась тоска. Я не хотел эмигрировать, и у меня было отталкивание от эмиграции, с которой я не хотел слиться. Но вместе с тем было чувство, что я попаду в более свободный мир и смогу дышать более свободным воздухом. Я не думал, что изгнание моё продлится 25 лет. В отъезде было для меня много мучительного. «.
Чем занимался за границей
Приобрел невероятную популярность за книгу «Новое средневековье. Размышление о судьбе России и Европы», мгновенно переведенную на множество языков. Создал журнал «Путь», выходивший до 1940 года и печатавший самых видных представителей европейской философии.
_t_310x206.jpg)
В 1947 году в Кембридже получил почетное звание доктора honoris causa, присуждаемое без защиты диссертации на основании значительных заслуг перед мировой наукой и культурой.
О своей популярности высказывался с горечью:
Умер в Кламаре, под Парижем, от разрыва сердца. За две недели до смерти завершил книгу «Царство Духа и Царство Кесаря». Похоронен в Кламаре, на городском кладбище Буа-Тардье.
Пассажиры Философского парохода: Николай ЕВРЕИНОВ (1879-1953)
Режиссер-реформатор, драматург, музыкант, художник
Чем занимался до 1922 года
Задача была поставлена необычайная: «Надо изучить все театральные эпохи, когда театр был в расцвете, и практически их осуществить: тогда составится богатый набор сценических приемов, навыков, действенность которых будет проверена и которые лягут в основу нового искусства театра».
Творческие искания Евреинова были удивительно созвучны эпохе Серебряного века. Василий Каменский не посчитал преувеличением назвать его «пламенным философом-режиссером-музыкантом, избалованным толпой театральным Колумбом». А еще один яркий представитель своего времени, профессор-лингвист и знаток театра Б.В. Казанский считал, что именно к теоретическим исследованиям и творческим экспериментам Евреинова «восходит вся идеология нового театра».
Осенью 1920 года Евреинов поставил к третьей годовщине Октября массовое революционное действо «Взятие Зимнего дворца». Оно стало самым крупным «массовым зрелищем» века. В нем участвовали более восьми тысяч статистов, несколько сот солдат и матросов действующей армии, многие из которых принимали участие в революционных событиях.
Причины бегства
Чем занимался за границей
Умер в Нью-Йорке. Похоронен под Парижем на кладбище Сен-Женевьев-де-Буа.
Пассажиры Философского парохода: Валентин БУЛГАКОВ (1886-1966)
писатель, просветитель, последний секретарь Л.Н. Толстого
Чем занимался до 1922 года
24-летний Булгаков провел рядом со Львом Толстым самый трудный, пожалуй, год его жизни. В ежедневных записях секретаря, вчерашнего студента, подробно и осмысленно отражен внутренний мир великого писателя, терзания, которые привели к трагической развязке. На выход первого издания дневников отликнулся Александр Куприн: «Книга по-настоящему прекрасная. Ее будут читать и перечитывать еще много лет: в ней беспристрастно и любовно отразились последние дни нашего незабвенного Старика».
Причастность к Толстому изменила цель жизни самого Булгакова.
После смерти писателя он становится одним из вдохновителей «Общества Истинной свободы в духе Л. Толстого». Этот выбор и стал для него роковым.
Причины изгнания
Вот лишь несколько выдержек из донесений некоего Е.А. Тучкова, сотрудника «органов»: «Выступая в августе 1920 года в Политехническом музее с докладом «Лев Толстой и Карл Маркс», В.Ф. Булгаков сказал, что всякий социализм, который обещает рай на земле, есть лишенная всякого смысла фантазия»; «На собрании толстовцев 25 декабря 1920 года, говоря о диспуте с Луначарским, сказал, что сейчас все очевиднее становится тяготение народа к учению Льва Толстого, а потому можно думать, что теперешняя насильственная власть будет свергнута, так как народ начинает просыпаться и видит, на какую дорогу он попал»; «19 августа сего [1922] года на собрании толстовцев (Газетный переулок, 12) выступил В.Ф. Булгаков на тему: «Долой войну и пролитие братской крови».
Хранитель московского Музея Л.Н. Толстого был выслан за границу 30 марта 1923 года.
Чем занимался за границей
Открыл в Збраславе, пригороде Праги, Русский культурно-исторический музей. Это событие всколыхнуло всю русскую эмиграцию. Булгакову присылали ценнейшие материалы из Франции и Германии, Югославии и Китая, США и других стран, куда судьба забросила изгнанников из России.
Результатом его поездок во Францию, Италию, Прибалтику стало пополнение коллекции музея бесценными работами Бенуа, Гончаровой, Коровина, Григорьева, Виноградова и других русских художников, скульпторов, архитекторов.
В 1937 году Булгаков получил Континентальную премию общества «Новая история в США» за размышления «Как достичь всеобщего разоружения». В 1938 г. по предложению Н.К. Рериха был избран почетным членом лиги поощрения культуры «Фламма» (штат Индиана, США).
После вторжения фашистских войск на территорию СССР германские оккупационные власти арестовали Булгакова и поместили сначала в пражскую тюрьму Панкрац, а затем в концлагерь для интернированных в Баварии. Но и здесь он упорно работал над рукописью, очередная книга будет называться «Друзья Толстого».
В 1948 году, как значится в записной книжке Булгакова, он отправил «домой», в Советский Союз, «25 ящиков с книгами, рукописями, предметами русской старины и более 150 работ русских художников: картины Репина, 15 картин Рериха, работы Билибина, Добужинского».
Осенью 1948 года возвратился с семьей на Родину, где до конца жизни работал главным хранителем музея-усадьбы в Ясной Поляне. Там последний секретарь ее хозяина и умер в возрасте восьмидесяти лет.
Пассажиры Философского парохода: Иван ИЛЬИН (1883-1954)
Философ, писатель и публицист, враг марксизма и большевизма
Чем занимался до 1922 года
Окончил гимназию с золотой медалью, что давало возможность поступить в любой вуз России. Выбрал юридический факультет Московского университета, получил блестящее знание права, которое изучал под руководством выдающегося философа-правоведа П.И. Новгородцева.
В 1918 году защитил диссертацию на тему «Философия Гегеля как учение о конкретности Бога и человека» и одновременно стал профессором правоведения.
После Октябрьской революции продолжал читать лекции, в то же время активно отстаивал принципы академической свободы. Позицию к властям определил четко:
Причины изгнания
В списке высылаемых из России интеллигентов, утвержденном Постановлением Политбюро ЦК РКП(б) от 10 августа 1922 года, значится под N 16: «Весною 1920 г. был арестован по делу Тактического центра в связи с происходившими у него на квартире собраниями членов Нац[ионального] центра. Настроен определенно антисоветски. Весною сего года посещал нелегальные собрания на квартире профессора Авинова, где читались рефераты и доклады контрреволюционного характера. Арестовать, выслать за границу. Главпрофобр за высылку».
Ильина шесть раз арестовывали, дважды судили (30 ноября 1918 года на Президиуме Коллегии Отдела по борьбе с контрреволюцией и 28 декабря 1918 года в Московском Революционном Трибунале). При последнем аресте 4 сентября 1922 года был обвинен в том, что «с момента октябрьского переворота до настоящего времени не только не примирился с существующей в России Рабоче-Крестьянской властью, но ни на один момент не прекращал своей антисоветской деятельности».
Чем занимался за границей
Стал одним из организаторов, профессором и деканом Русского Научного института. Избран членом-корреспондентом Славянского института при Лондонском университете. Организовал журнал «Русский Колокол» в продолжение традиций «Колокола», издаваемого Герценым, читал лекции по русской культуре, стал главным идеологом Белого движения.
В политическом смысле стоял на правых позициях, не всегда умеренного характера. Открыто симпатизировал фашизму. «Что сделал Гитлер? Он остановил процесс большевизации в Германии и оказал этим величайшую услугу всей Европе».
Творческое наследие насчитывает более четырех десятков книг и брошюр, несколько сот статей и огромное количество писем.
Умер в Швейцарии. В октябре 2005 года прах И.А. Ильина и его жены был перезахоронен в некрополе Донского монастыря в Москве, рядом с могилой А.И. Деникина.
Пассажиры Философского парохода: Михаил НОВИКОВ (1876-1965)
Философский пароход
«Философский пароход» занимает совершенно особое место в истории России. Он является своеобразной точкой отсчета, с которой в XX веке началось разделение единой культуры России на культуру Русского Зарубежья и культуру России Советской.
Как полагает известный историк М.Е.Главацкий, словосочетание «философский пароход», ставшее своеобразным символом репрессий 1922-го, появилось благодаря публицистам и литераторам, занявшимся в 80—90-е годы XX века изучением «белых пятен» в нашей истории (См.: Главацкий М.Е. «»Философский пароход»: год 1922-й: Историографические этюды». Екатеринбург, 2002. С. 5—6).
Размышляя о феномене «философского парохода», В.Д.Тополянский обращает внимание на характерную деталь: «. в отличие от писателей, известность которых фактически не выходила за круг эмиграции, работы русских философов получили в Западной Европе широкое распространение. Их знали не только в русских кварталах Берлина и Парижа — они сделались величинами мирового масштаба, а русская философская мысль благодаря их трудам стала частью философской культуры человечества» (Тополянский В.Д. «Бесконечное плавание философской флотилии», «Новое время», 2002. № 38. с. 33).
В Берлине, Праге, Париже и других центрах русской эмиграции философы стали, образно говоря, «светильниками духа», вокруг которых концентрировалась интеллектуальная жизнь русской эмигрантской диаспоры, к сожалению, настроенноя главным образом на антисоветскую волну.
Первым упоминанием о количестве интеллигенции, депортированной из советской России осенью 1922 г. является интервью В.А.Мякотина берлинской белоэмигрантской газете «Руль»: «. Из Москвы высылаются 30—35 человек, среди них профессора Кизеветтер, Бердяев, председатель общества сельского хозяйства Угримов, Интецкий, кн. С.Е.Трубецкой, затем Франк, Айхенвальд, Ясинский, Пешехонов, агроном Ромодановский и кооператоры Булатов, Баккал, Сигирский, Любимов, Матвеев (члены сельского союза) и Шишкин с женой. Бывший директор департамента общих дел министерства внутренних дел сенатор Арбузов, Абрикосов и еще какой-то третий. Далее, один из редакторов «Русских Ведомостей» В.А.Розенфельд4, два члена правления «Задруги», B.C.Озерецковский и В.М.Кудрявцев и др.
И того из Москвы с семьями выслано около 100 человек. Часть этих москвичей уже выехала, а другая часть должна была выехать 28 сентября.
Из Петрограда высланы профессора Лапшин, Лосский, Карсавин, Питирим Сорокин, литератор Петрищев, члены правления «Дома Литераторов» журналисты М.М.Волковысский5 и Харитон. В общем из Петербурга высылаются 34 человека.
Из Одессы высланы профессора Б.П.Бабкин (физиолог), А.В.Флоровский и ассистент Г.А.Скачков (эти лица уже прибыли в Константинополь), затем профессора Н.П.Кастерин (физика), К.Е.Храневич (кооперация), А.П.Самарин (медик), Е.П.Трефильев (русская история), А.С.Мумокин (государственное и административное право), Д.Д.Крылов (судебная медицина), П.А.Михайлов (уголовное право), Ф.Г.Александров (языковедение), ассистент Ф.Л.Пясецкий (агрономия), ассистент С.Л.Соболь (зоолог), А.Ф.Дуван-Хаджи (хирургия) и Г.Добровольский (невропатолог).
Из Киева высланы академики С.Ефремов и Корчак-Чепурковский, а также несколько украинских деятелей, в том числе премьер Петлюровского правительства Чеховский. Высланы несколько лиц также из Харькова и из Нижнего Новгорода.
Между прочим, всем им разрешили уехать с семьями.
Германский представитель в Москве, к которому явились наши уполномоченные Ясинский и Угримов от первой группы и Булатов от второй группы, после запроса германского правительства заявил им, что германское правительство согласно дать нам убежище, если мы сами это просим, но что это не следует рассматривать как оказание содействия большевикам по приему высылаемых» («Беседа с Мякотиным», «Руль». 1 октября 1922 года (№ 560).
Следует добавить к этому перечню фамилий и тех, кто в силу обстоятельств, по своей инициативе покинул Россию. Та же берлинская газета «Руль» писала: «На пароходе «Preussen» в Германию, кроме высланных, прибыл еще ряд представителей петербургской интеллигенции: академик Нестор Котляревский, — директор петербургского Пушкинского дома, профессор петербургского Политехнического Института Ф.Ю.Левинсон-Лессинг, бывший директор Технологического Института Кирпичев, известный режиссер Н.Н.Евреинов, драматург Виктор Рышков, и др.» («Приезд высланных из Советской России», «Руль». 21 октября 1922 г. (№ 603)).
Руководством партии и государства первоначально планировалось выслать 200 человек. Однако, действительные масштабы этой акции остаются до конца неизвестными и сегодня.
По данным А.С.Когана (на основе архивных материалов РГАСПИ) в списках на высылку значилось на 3 августа 1922 г. — 74 чел., на 23 августа — 174 чел., из них: 1) по Украине — 77 чел.; 2) по Москве — 67 чел.; 3) по Петрограду — 30.
По подсчетам В.Л.Соскина, сделанных на базе материалов Архива Президента Российской Федерации, в списках на высылку значилось 197 человек.
В настоящее время выявлены сведения о судьбе 224 человек, репрессированных в 1922—1923 гг.
Трагедия русской интеллигенции, долгие годы готовившей революцию, заключается в том, что в результате она оказалась не востребованной новой властью и сама ей ничего не предложила, кроме никак не связанных с текущими нуждами страны и народа абстрактных идей всеобщих свободы и справедливости. До февральской революции 1917 года интеллигенция не имела возможности воплотить в жизнь свои социально-политические идеалы, а после падения самодержавия она оказалось не способной удержать, упавшую ей в руки власть. Потеряв власть, занялась фрондированием, оппонированием власти по любым вопросам, саботированием проводимых властью мероприятий, предсказаниями скорого краха Советов и большевиков.
Оказавшись в изгнании, многие бывшие политические деятели, ученые, литераторы сразу же включились в жизнь Русского Зарубежья. Они активно участвовали в критике Советской власти, разного рода антисоветских мероприятиях, издавали свои газеты и журналы, на страницах которых публиковали заметки, письма, прогнозы о сроках гибели СССР. Будучи профессионалами очень высокого уровня, они писали также и книги, научные статьи, читали лекции в высших учебных заведениях, тем самым знакомили Запад с русской культурой.
Высылка 1922 года не была единственной. Берлинская эмигрантская газета «Дни» в ноябре 1922 года, сообщая своим читателям историю высылки интеллигенции, писала: «Впервые этот новый для советской России вид административной кары был применен в январе 1921 года к группе анархистов и значительному числу меньшевиков, содержащихся до того в тюрьме. Высланы они были, как принадлежащие к определенно-враждебным власти партийно-политическим группировкам». Эта фраза является еще одним подтверждением того, что большевики в первые годы Советской власти не стремились применять к своим противникам крайние меры.
Смена курса с политики военного коммунизма на НЭП, значительные послабления в сфере рыночной экономики вызвали оживление предпринимательской инициативы, а наличие определенной свободы в экономике неминуемо влечет за собой и всплеск требований свободы политической. Возникает реальная опасность реставрации старой власти и, как следствие, необходимость противодействовать этим попыткам.
Сегодня, изучая архивные документы, можно более подробно восстановить картину всех обстоятельств, послуживших непосредственным поводом к столь неординарному шагу советского правительства. Уже в начале 1920 года перед ВЧК и его органами на местах была поставлена задача вести гласный и негласный надзор за политическими партиями, группами и отдельными лицами. В августе того же года, по указанию руководства страны, в связи «со значительным расширением числа антисоветских партий Чрезвычайная комиссия приступила «к точному учету всех членов антисоветских партий», к числу которых были отнесены партии: эсеров (правых, левых и центра), меньшевиков, народных социалистов, объединенной еврейской социалистической партии, мелкобуржуазных народнических партий, все члены евангелическо-христианских и толстовских обществ, а также анархисты всех направлений. Кроме того, социальное происхождение (бывшие дворяне) и активная антиправительственная деятельность многих представителей старой интеллигенции не оставляли им шансов избежать политических репрессий не только в 20-х, но и в будущем.
Следует отметить, что противодействие активному инакомыслию было не одномоментным действием, а серией последовательных акций, направленных на изменение ситуации в разных социально-политических «сегментах» республики Советов.
Либеральные историки выделяют следующие ее основные этапы:
1) аресты и административные ссылки врачей, участников 2-го Всероссийского съезда врачебных секций и секции врачей Всемедикосантруда — 27—28 июня;
2) репрессии вузовской профессуры — 16—18 августа и,
3) «профилактические» мероприятия в отношении «буржуазного» студенчества — с 31 августа на 1 сентября 1922 года.
В этот же период проходили и аресты руководителей политических партий, организующих противодействие мероприятиям Советской власти, возглавляемой большевиками.
Первыми за границу, в июне 1922 года, были отправлены известные общественные деятели послефевральского периода, бывшие руководители Помгола — С.Н.Прокопович и Е.Д.Кускова.
Вслед за ними, 19 сентября на пароходе из Одессы в Константинополь прибыли украинские историк А.В.Флоровский, физиолог Б.П.Бабкин и некоторые другие. Однако, немедленное подключение высылаемой за границу украинской интеллигенции к украинскому эмигрантскому националистическому движению, привело к тому, что многие оппозиционные интеллигенты из так называемого «Украинского списка» были вместо заграницы отправлены в отдаленные губернии РСФСР.
23 сентября, поездом Москва—Рига, отправилась еще одна партия «инакомыслящих», в числе которых были известные философы П.А.Сорокин и Ф.А.Степун.
29 сентября из Петрограда в Штеттин отплыл пароход «Обербургомистр Хакен» пассажирами которого были философы Н.А.Бердяев, С.Л.Франк, С.Е.Трубецкой.
16 ноября на пароходе «Пруссия»из СССР были высланы Н.О.Лосский, Л.П.Карсавин, И.И.Лапшин и некоторые другие, менее известные лица.
В начале 1923 года за рубеж были высланы известный философ и религиозный деятель С.Н.Булгаков и заведующий Толстовским домом-музеем В.Ф.Булгаков.
Философских пароходов на самом деле было не менее пяти.
Среди 224 человек, высланных летом—осенью 1922 года, педагогов было 68, литераторов — 29, экономистов, агрономов, кооператоров — 22; юристов — 7, итого гуманитариев — 126.
Анализируя высылки, проведенные в 1922 году в отношении гуманитариев, Стюарт Финкель фиксирует, что: «высылка из страны профессоров гуманитарных и социальных наук не облегчила полную коммунизацию высшего образования из-за сохранявшейся малочисленности ученых-коммунистов… но большевистское руководство достигло главной цели — вырвало образование из рук коллективной профессуры и подчинило его общегосударственной политике».
Об истории «философского парохода» написано много, но до настоящего времени судьбы многих его «пассажиров» остаются неизвестными. Было бы очень правильно отвлечься от проклятий в адрес большевиков и попробовать разобраться в том, почему не состоялся в далеких 20-х диалог интеллектуалов и Советской власти. Попытаться ответить на вопрос, почему подверглись высылке за границу и ссылке в отдаленные районы страны около 200 известных ученых, политиков, инженеров, литераторов? Что это были за люди, какова их дальнейшая судьба?
Крупнейший специалист по истории русской философии Л.А.Коган справедливо отмечает : «Нет надобности идеализировать старых русских философов, во всем с ними соглашаться. Они и сами нередко спорили между собой. Но в одном они были едины: в своей беззаветной любви к Родине, в заботе о ее духовном возрождении, о нравственном здоровье общества». Обстановка в СССР в начале 20-х годов прошлого века была такова, что даже и таким неординарным людям оказалось не под силу правильно оценить открывающиеся перед Россией новые возможности на новом этапе ее исторического развития.
А может быть и так, что как раз именно в ошибках обоих сторон, совершенных ими в далеком 1922 году и кроются корни сегодняшних бед России?