Открытое письмо опубликованное на сайте Бэринг Восток:
Уважаемый Владимир Владимирович!
14 февраля 2019 г. наша компания, бизнес-сообщество и общественность узнали о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в отношении М.Д. Калви (основателя Фонда), В.Л. Абгаряна, И.Н. Зюзина и Ф. Дельпаля (топ-менеджеров Фонда), генерального директора НАО «ПКБ» М.С. Владимирова и бывшего председателя правления ПАО КБ «Восточный» А.С. Кордичева. Инкриминируемое нашим коллегам деяние связано с осуществлением управленческих функций в коммерческой организации (ПАО КБ «Восточный»).
За последнее время в Российской Федерации суды и правоохранительные органы сформировали практику применения в отношении подозреваемых и обвиняемых по уголовным делам в сфере предпринимательской деятельности мер пресечения, не связанных с заключением под стражу. Данное правоприменение исключает возможность давления на бизнес-партнеров в рамках корпоративных споров.
Несмотря на требования законодательства, в отношении данных граждан судом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.
Уголовное преследование топ-менеджеров Фонда Бэринг Восток произошло на фоне корпоративного спора в ПАО КБ «Восточный» — между фондами Бэринг Восток с одной стороны, и российскими предпринимателями, акционерами банка — с другой.
В связи с вышеизложенным просим Вас для целей обеспечения всестороннего, независимого и объективного расследования взять под личный контроль уголовное дело в отношении М.Д. Калви, В.Л. Абгаряна, И.Н. Зюзина, Ф. Дельпаля, М.С. Владимирова, А.С. Кордичева.
Скажите товарищу Сталину, что произошла чудовищная ошибка!
Отдел политики «Коммерсанта» в полном составе подал в отставку. Журналисты ушли после увольнения двух сотрудников из-за статьи о Матвиенко
Иван Сафронов и Максим Иванов
Денис Вышинский и Александр Щербак / Коммерсантъ
20 мая стало известно, что из «Коммерсанта» увольняются два ведущих журналиста издания — специальный корреспондент Иван Сафронов и редактор Максим Иванов. Они покинули издательский дом по требованию владельца Алишера Усманова из-за статьи о возможном уходе Валентины Матвиенко с поста председателя Совета Федерации. Вслед за Ивановым и Сафроновым «Коммерсант» покинули еще 11 журналистов, в том числе отдел политики в полном составе — в знак несогласия с «решением акционера».
В апреле в «Коммерсанте» вышла статья о возможном уходе Валентины Матвиенко из Совета Федерации
17 апреля «Коммерсант» опубликовал статью «Спикеров делать из этих людей». Со ссылкой на собственные источники издание сообщило, что в мае председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко встретится с президентом Владимиром Путиным — на встрече будет обсуждаться ее возможный уход с должности. Один из источников сообщал, что вероятность ухода Матвиенко «крайне велика».
Неназванный высокопоставленный федеральный чиновник сообщил «Коммерсанту», что Матвиенко может возглавить Пенсионный фонд. По информации издания, ее место в Совете Федерации может занять руководитель Службы внешней разведки Сергей Нарышкин.
У статьи было сразу пять авторов: заместитель редактора отдела политики Максим Иванов, специальный корреспондент Иван Сафронов, корреспондент отдела политики Наталья Корченкова, корреспондент отдела экономики Анастасия Мануйлова и редактор этого отдела Олег Сапожков.
Одновременно материал о возможной отставке Матвиенко выпустил «Дождь». В ней представитель Валентины Матвиенко опроверг информацию об уходе.
Давление на журналистов началось сразу после выхода статьи. Спустя месяц двух ее авторов вынудили уйти из газеты
По данным источников «Медузы», знакомых с ситуацией, давление со стороны акционера «Коммерсанта» — издание принадлежит миллиардеру Алишеру Усманову — началось уже через несколько дней после выхода статьи. По их словам, особенно недовольна статьей была сама Валентина Матвиенко. Пресс-секретарь Матвиенко сказал, что сенатор не будет комментировать статью и события в «Коммерсанте».
Собеседник «Медузы» утверждает, что изначально из-за текста собирались уволить главного редактора и гендиректора «Коммерсанта» Владимира Желонкина, однако ему удалось договориться с владельцами. В результате акционеры решили, что уйдут некоторые авторы статьи. «[Мы] долго пытались убедить акционеров этого не делать, не получилось», — подчеркнул один из журналистов, уволившихся в знак протеста против происходящего.
20 мая двое авторов статьи о Матвиенко, Максим Иванов и Иван Сафронов, сообщили, что их вынудили уйти из «Коммерсанта» по соглашению сторон. Иванов работал в «Коммерсанте» с 2009 года: он пришел в издание стажером и дослужился до заместителя редактора. Иван Сафронов также работал в «Коммерсанте» около 10 лет и был одним из ведущих авторов газеты.
Оба журналиста подчеркнули, что ушли по решению владельца издательского дома. Сафронов добавил, что акционер высказал «серьезные претензии» к материалу о Валентине Матвиенко. В чем заключались претензии, он не уточнил. Сафронов отказался от комментариев «Медузе»; Иванов сказал, что о деталях ситуации следует спрашивать у руководства издания.
Главный редактор и гендиректор «Коммерсанта» Владимир Желонкин говорит, что принял решение об уходе журналистов самостоятельно, без давления со стороны акционеров. «С журналистами мы расстались, поскольку при подготовке заметки были нарушены редакционные стандарты „Коммерсанта“», — объяснил он «Ведомостям». В разговоре с «Медузой» Желонкин добавил, что видел материал о Матвиенко перед публикацией, но информация о нарушении редакционных стандартов появилась у него только после выхода текста. В чем именно заключались нарушения, Желонкин «Медузе» не пояснил (он также отказался отвечать на аналогичные вопросы «Ведомостей» и русской службы «Би-Би-Си»). О причинах ухода других журналистов он разговаривать отказался.
Владимир Желонкин, февраль 2019 года
Артем Геодакян / ТАСС / Scanpix / LETA
Источник, близкий к Усманову, прокомментировал The Bell увольнение журналистов отдела политики. «Они налажали и нарушили все писанные и неписанные правила ИД, журналистики и этики», — сказал собеседник издания, добавив, что журналисты не воспользовались шансом исправить ошибку. В чем именно заключались нарушения, он также не уточнил, но добавил, что к содержанию статьи о предполагаемой отставке Матвиенко это отношения не имело. По словам источника издания, скоро «Коммерсант» выступит с официальным заявлением по этому поводу.
Следом за двумя журналистами ушел весь отдел политики и заместитель шеф-редактора
В течение часа после объявления об увольнении Иванова и Сафронова заявления об уходе подали все сотрудники отдела политики «Коммерсанта». Об этом сообщил заместитель шеф-редактора газеты Глеб Черкасов, который также покинет издание. «У акционера есть право принимать кадровые решения, у сотрудников есть право с ними не соглашаться единственно возможным способом — сменой места работы», — заявил Черкасов. От комментария «Медузе» он отказался. Всего из «Коммерсанта» ушли 13 человек, включая Иванова и Сафронова.
После массового увольнения из издания еще один заместитель шеф-редактора «Коммерсанта» Рената Ямбаева написала в фейсбуке, что решение об уходе Иванова и Сафронова принято лично Алишером Усмановым, «проведено» его представителем Иваном Стрешинским, а реализовано Владимиром Желонкиным.
Ямбаева добавила, что редакция пыталась защитить Иванова и Сафронова, но «прямые обращения к акционеру и его представителю» не помогли. Иван Стрешинский не ответил на звонки «Медузы»; представители холдинга Усманова USM на момент публикации этого материала не предоставили «Медузе» свой комментарий.
Специальный корреспондент «Коммерсанта» Александр Черных сообщил, что журналисты издания ждут обсуждения ситуации с главным редактором Владимиром Желонкиным.
Это не первое заметное увольнение журналистов из «Коммерсанта» за последнее время
19 марта об уходе из «Коммерсанта» сообщила петербургская журналистка Мария Карпенко. По ее словам, официальной причиной увольнения стали публикации в ее политическом телеграм-канале «Ротонда» — руководство сочло, что посты в канале «противоречат редакционной политике издания». Владимир Желонкин пояснял, что расторг контракт с Карпенко, поскольку ее телеграм-канал «Ротонда» — это не личная страница в соцсетях, а отдельное медиа. По договору, журналисты издательского дома не могут работать в других медиа, пояснил он.
В телеграм-канале «Ротонда» Мария Карпенко написала, что ее увольняют из-за претензий Кремля и администрации Санкт-Петербурга к тому, как «Коммерсант» освещает избирательную кампанию временного губернатора города Александра Беглова. Она заявляла также, что Желонкин объяснил ей, что увольняет ее за «активизм, несовместимый с журналистским статусом».
Алишер Усманов вмешивался в редакционные процессы «Коммерсанта» и раньше. В 2011 году он уволил генерального директора ЗАО «Коммерсантъ-Холдинг» Андрея Галиева и главного редактора журнала «Коммерсант-Власть» Максима Ковальского. Причиной увольнения, по словам Усманова, стали материалы издания, «граничащие с мелким хулиганством». Тогда в журнале «Власть» был опубликован снимок избирательного бюллетеня — в нем стоял голос за «Яблоко» и надпись «Путин пошел на ***». Из-за этого бюллетень был признан недействительным. Сотрудники «Власти» в открытом письме под заголовком «Нас принуждают к трусости» назвали увольнение Ковальского «акцией запугивания».
Товарищ Сталин, произошла чудовищная ошибка.
Вот здесь мы с вами возвращаемся к теме, поднятой мной в публикации под заглавием: «Приказано выжить. И остаться людьми»: https://ogbors.livejournal.com/1359425.html
Разумные люди, имеют один, колоссально ущербный пунктик: они всех судят по себе. Например, вполне реально встретить образованного, грамотного человека, уверенного в том, что его кошка, или собака, всё-всё понимает, прям как человек, только сказать не может. То есть человек, наделил своего мурзика, или шарика, чисто человеческими чертами интеллекта и характера.
Попробуйте такому кошатнику, или собачатнику, втолковать, что за своим котом (зассавшим весь подъезд) необходимо следить и убирать, а собаку следует держать на улице строго в наморднике и на поводке! Тонны возмущений будут гарантированы.
И, на первый взгляд, возразить им было нечего. Чисто логически, они рассуждали правильно. Это если толковать строго по-книжному, совершенно не зная жизни, не выходя из кабинета и строя свои умозаключения на основе каких-то заумных философских трактатов.
Однако я, кое-что повидавший на своём веку, изначально понимал, чем это всё закончится. Не от того что прям-таки умнее всех, а просто потому что повидал людей. Разных.
В своей книге «Пропасть», я прямым текстом предупреждал о грядущем провале России в яму: https://ogbors.livejournal.com/1111972.html
Но разумеется никем не был услышан.
Почему же происходит такая странная нелепость, такое вопиющее несоответствие логике?
Товарищ Сталин, произошла чудовищная ошибка!
*
Суд продлил до 28 февраля 2022 года срок содержания под стражей основателя компании Group-IB Ильи Сачкова, который обвиняется в государственной измене.
«Лефортовским судом Москвы удовлетворено ходатайство следствия о продлении Сачкову меры пресечения в виде содержания под стражей на срок три месяца, до 28 февраля», — говорится в сообщении.
Заседание проходило в закрытом от публики режиме в связи с секретностью сведений, содержащихся в уголовном деле.
Сачков обратился к президенту РФ Владимиру Путину и попросил отпустить его из СИЗО под домашний арест на время следствия, сообщил Forbes со ссылкой на адвоката Сергей Афанасьева.
«Я считаю, что это новое дело Дрейфуса. Я не изменник, не шпион и не предатель. Я русский инженер. Своей работой неоднократно доказывал преданность и пользу Родине. Я очень прошу моего президента, Владимира Владимировича Путина, позволить мне на период следствия находится под домашним арестом, с максимальными ограничениями», — говорится в обращении Сачкова.
Основателя Group-IB арестовали в сентябре 2021 года. Предпринимателю предъявлено обвинение по статье 275 УК РФ (госизмена). Ему грозит до 20 лет лишения свободы. Детали дела засекречены.
Так и хочется отправить чуваку в СИЗО биографии Постышева, Эйхе и прочих сталинских выродков, что бы ознакомился с судьбой предшественников
Товарищ Сталин! произошла чудовищная ошибка
— чудный документ эпохи русской весны принесла нам птичка-невеличка. Он настолько чудесен, что я не могу не познакомить его с вами.
Итак, лето 2016 г., Игорь Венедиктович раздает детишкам награды на стадионе.
…26-го июня я прибыл на стадион «Авангард», где проходил Финал Чемпионата по дворовому футболу, на котором присутствовал «Глава ЛНР» Игорь Плотницкий. Предъявив редакционное удостоверение сотруднику полиции при входе на игровое поле, я прошел на поле и фотографировал матч.
.
Во время вручения участникам Чемпионата наград «Главой Республики» я стоял в группе коллег-журналистов и фотографировал награждение.
В какой-то момент я увидел, что между сотрудниками охраны «Главы» и журналистом в красной майке, стоявшим чуть в стороне от основной группы, возник конфликт. Журналист пытался что-то доказывать сотрудникам охраны, а они начали наносить ему удары по телу. Затем его начали выводить со стадиона. В это время один из сотрудников охраны «Главы» в военной форме показал другим сотрудникам на меня. Сотрудники охраны в жесткой форме приказали мне покинуть территорию стадиона. Я молча подчинился, приготовив на всякий случай документы. Один из сотрудников охраны «Главы Республики» сопроводил меня со стадиона, взяв за локоть, подвел к микроавтобусу и передал находящимся в нем сотрудникам в военной форме со словами: «этих на подвал и там отпи*дить». Меня усадили в микроавтобус. В руках у меня были документы – редакционное удостоверение и пропуск в «МВД». Сотрудники охраны сначала забрали их, но, так и не посмотрев, затем вернули.
Возле микроавтобуса в это время продолжался конфликт сотрудников охраны с журналистом, которого вывели ранее. На его претензии в отношении применяемого к нему насилия, его стали бить еще сильнее.
Избивая, его спрашивали, где его удостоверение. Оказалось, что оно у него было в сумке или в кармане. Ему указали, что бейдж должен был висеть у него на груди. Затем его запихнули в микроавтобус, положили на пол и приказали лечь лицом вниз, нанося ему при этом удары ногами и руками.
После этого его на некоторое время оставили в покое. Сотрудники охраны, находящиеся в микроавтобусе, спросили его: «обосрался?» Мол, по их мнению, запахло испражнениями. В это время избитый журналист утирал лицо. Так как он лежал, отвернувшись от меня, повреждений на его лице я не видел, но на руках у него была кровь. Когда он спросил у сотрудников охраны, за что ему разбили лицо, ему ответили: «Это ты сам. Ты понял? Это ты сам!»
Затем возле микроавтобуса появился человек в гражданском, насколько я понял, непосредственный начальник избитого журналиста. Так как сотрудники охраны общались с ним на «ты», я понял, что он им знаком. Он попросил выпустить его задержанного сотрудника. Журналиста вывели из микроавтобуса, он пытался снова предъявлять претензии к сотрудникам охраны, но его руководитель практически утащил его от микроавтобуса.
Я остался в микроавтобусе один с сотрудниками охраны. Хочу отметить, что за все время с момента задержания я не произносил ни слова. Претензий к сотрудникам охраны «Главы» не предъявлял. Молча выполнил их указание спрятать фотоаппарат, который я держал в руках, молча предъявил документы и так же молча их спрятал, когда, не посмотрев, их мне вернули.
Я услышал, как, посовещавшись на улице, сотрудники охраны приняли решение меня избить и тоже отпустить.
После этого со мной начал разговаривать в жестком тоне сотрудник охраны небольшого роста, который с самого начала находился в автобусе, сидел на месте рядом с водителем.
Избивавший меня сотрудник охраны сказал мне: «Пошел на х*й отсюда, чтобы я тебя больше ни на одном мероприятии не видел. Понял?». Я ответил «понял» и покинул территорию стадиона.
.
Поняли? С тревогой я вслушиваюсь в уже трехлетнее молчание блогирского центра ЛНР, с помпой открытого в 2014 г. Ау! блогиры! хотя бы постучите ложками, оттуда где сидите.