Уже полчаса я пытаюсь заполнить необходимые документы, которые лежат на столе передо мной. Строчки напечатанных букв не складываются в слова, а расплываются пред моими глазами, потому что мысли мои далеко отсюда, очень далеко, мои мысли с тобой, моё солнце. Я представляю, как ты сидишь за компом, работаешь или смотришь что-то. Я знаю, что ты очень занят, но всё равно подхожу сзади и обнимаю тебя за плечи и шею. Прижимаюсь грудью к твоей спине и трусь об твою щеку. Дышу тебе в ухо. Ты, не отрываясь, проводишь рукой по моим волосам и спрашиваешь: «Что, милая?» Я улыбаюсь и шепчу тебе: «Соскучилась. «
И целую тебя в шею, возле уха. Ты поворачиваешь голову, губы твои совсем рядом, они сразу встречаются с моими губами, и я целую тебя нежно-нежно, ласково, ласкаю тебе их язычком, захватываю твою нижнюю губу и слегка посасываю её. Дыхание у тебя сбивается, ты разворачиваешься ко мне, и притягиваешь меня к себе. Я стою у тебя между ногами, ты обнимаешь меня, держишь за попку и целуешь мне грудь. Потом протягиваешь руку, расстегиваешь мне халатик, под ним ничего нет, и притягиваешь меня ближе к себе.
Я думаю о тебе и чувствую, как становлюсь мокрой и влажной там внизу,чувствую как набухают и ноют сосочки от желания, чтобы ты прикоснулся к ним, а губы нетерпеливо чешутся и горят, когда я смотрю на твою фотографию. хочется погладить их пальчиками. размазывая помаду рукой. А стоит только закрыть глаза, как я опять вижу, как мы стоим обнаженные напротив друг друга, уже горячие и возбужденные. Как мы прикасаемся друг к другу, трогая и задевая, проводя по телу руками.
Ты опускаешься на диван и притягиваешь меня к себе на колени. Я и сама рада это сделать. Я сажусь к тебе на коленки с широко разведенными ножками, обхватываю тебя за шею руками и прижимаюсь к тебе плотно девочкой. Твой мальчик твердый и горячий, я чувствую его, и хотя я уже полностью открыта и готова впустить тебя, я не тороплюсь. Я жду, когда ты сам этого захочешь. Я легонько прижимаюсь к тебе своей грудью, трусь ею о твою грудь, я хочу, чтобы ты почувствовал её мягкость и шелковистость. Целую тебя в шею и легонько покусываю твоё ухо, ты прижимаешь меня к себе. Мы так близко, чувствуем друг друга всем телом. До проникновения остается совсем немного, всего одно движение и ты уже внутри.
Это так приятно и сладко, что я не сдерживаю стон. Мы чуть-чуть привыкаем к сладким и острым ощущениям, и я начинаю двигаться, сначала медленно, ласкаясь, потом активнее, быстрее. Ты откидываешь голову на спинку дивана и закрываешь глаза. На твоем лице явное наслаждение, ты придерживаешь меня за попу и помогаешь двигаться, задавая ритм. Я ласкаюсь о твоего мальчика там внутри, это так приятно чувствовать его каждой точечкой, каждым своим сладким и вкусным местом. Я специально иногда чуть меняю положение своего тела, чтобы почувствовать тебя там по-другому, потереться о твоего мальчика ещё более сладко и вкусно. Твой мальчик давит и нажимает, и я сладко постанываю, двигаюсь на твоих коленях взад и вперед, выгибая навстречу тебе и твоему мальчику бедра и таз. Всё моё тело горячее и жаркое, возбужденное, нетерпеливо выгибается. Мне хочется одновременно, и кончить быстрее, твой мальчик заводит и дразнит меня, и продлить этот сладкий и вкусный танец.
Мне бы такие ноги я бы на руках ходил
Чему бы жизнь нас не учила, а сердце верит в чудеса!
Все в моих руках, а то, что не в моих руках, то у моих ног.
Я рождена ходить по магазинам, а вынуждена ходить на работу
Прощать врагов надо так, чтобы они плакали.
Не стоит слишком настойчиво интересоваться моей жизнью. Она может оказаться настолько интересной, что вы разочаруетесь в своей.
Все в моих руках, а то, что не в моих руках, то у моих ног.
Я рождена ходить по магазинам, а вынуждена ходить на работу
Прощать врагов надо так, чтобы они плакали.
Комментариев нет
Похожие цитаты
Независима, не завистлива, непорядочность не прославила. Допускаю: кого-то обидела, но зато никого не подставила!
Не озлоблена и не мстительна, хоть вокруг не всегда церемонятся. Не безгрешна я, что греха таить, в них не каждый за мной угонится!
Но, в обиду себя не позволю дать, с этим даже не стоит мучиться! Не намерена на плече рыдать! Вам сломить меня не получится!
Верно поняли: не подарочек… Я — не белая… не пушистая… Вы по доброму, я — внимательна, вы —озлоблены, я — ершистая.
Я такая, как вы! Я — земная! И со мной нелегко… иногда… С кем-то сложная, с кем-то простая… Всё зависит от вас, господа!
Справедливой стараюсь остаться, Меньше глупостей разных болтать, Над бедою других не смеяться, Им всегда и во всём помогать.
Не возьму никогда я чужого, Мне не нужно от вас ничего! Поделиться излишком готова, Только, вот, не отдам своего! … показать весь текст …
Мне далеко до идеала… да вообщем, я, и не стремлюсь, да, я ленюсь, когда устала и осуждений не боюсь. я поступаю, как МНЕ надо, и чьё-то мнение… ничто, я не люблю, по жизни, стадо, а что моё, то лишь моё. Я за детей в огонь и в воду, а надо, «небо преклоню», я не люблю, когда в угоду… предательства не потерплю, могу обидеть, будет плохо… но все равно, я, извинюсь. Иду всегда своей дорогой… суда лишь, Божьего, боюсь. Вот перед кем за всё отвечу, и за детей пред кем прошу, я не клянусь ни в день, ни в вечер. живу и каюсь, и грешу.
Самая полная подборка хулиганских стихов В. Маяковского
Вы любите розы, а я на них срал! Стране нужны паровозы, Стране нужен металл. Чувства в кулак, волю в узду! Рабочий, работай! Не охай! Не ахай! Выполнил план — посылай всех в п*зду! А не выполнил — Сам иди на х*й!
Гордишься ты Но ты не идеал Сама себе ты набиваешь цену Таких как ты я на х*й одевал И видит бог не раз ещё одену.
Я в Париже живу как денди. Женщин имею до ста. Мой х*й, как сюжет в легенде, Переходит из уст в уста.
Баба с жопой метр на метр, расположилась, как ларек продовольственный, Я б ей доставил удовольствие, Если б у меня х*й был с километр.
Люблю я женщин в белом, А впрочем, какая разница? Поставишь ее раком к дереву — И В ЗАДНИЦУ! И В ЗАДНИЦУ!
Я лежу на чужой жене, Одеяло прилипло к жопе. Я штампую кадры стране Назло буржуазной Европе.
Я достаю из широких штанин, Француз достаёт из узких. Смотри, шираковский гражданин, Не провоцируй русских!
Я не писатель, не поэт, А говорю стихами: Пошли все на х*й от меня Мелкими шагами!
Не голова у тебя, а седалище В твоих жилах моча а не кровь Посадить бы тебя во влагалище И начать переделывать вновь!
Нам *бля нужна как китайцам рис. Не надоест х*ю радиомачтой топорщиться! В обе дырки гляди — не поймай сифилис. А то будешь перед врачами корчиться!
Не те бл*ди, что хлеба ради спереди и сзади дают нам *бсти, Бог их прости! А те бл*ди — лгущие, деньги сосущие, еть не дающие — вот бл*ди сущие, мать их ети!
Подборка из И. Иртеньева
*** Будь я малость помоложе, Я б с душою дорогой Человекам трем по роже Дал как минимум ногой.
Да как минимум пяти бы Дал по роже бы рукой. Так скажите мне спасибо Что я старенький такой. *** Она лежала на кровати, Губу от страсти закусив, А я стоял над ней в халате, Ошеломительно красив.
Она мою пыталась шею Руками жадными обнять, Ей так хотелось быть моею. И здесь я мог ее понять.
*** Блестят штыки, снаряды рвутся, Аэропланов слышен гуд, Куда-то белые несутся, За ними красные бегут.
Повсюду реки крови льются, Сверкают сабли там и тут, Куда-то красные несутся, За ними белые бегут.
А в небе жаворонок вьется, В реке играет тучный язь, И пьяный в луже у колодца Лежит, уткнувшись мордой в грязь.
*** На Павелецкой-радиальной Средь ионических колонн Стоял мужчина идеальный И пил тройной одеколон.
Он был заниженного роста, С лицом, похожим на кремень. Одет решительно и просто — Трусы, галоши и ремень.
В нем все значение имело, Допрежь неведомое мне, А где-то музыка гремела И дети падали во сне.
А он стоял, мужского рода, В своем единственном числе, И непредвзятая свобода Горела на его челе.
*** Мужчина к женщине приходит, Снимает шляпу и пальто, И между ними происходит, Я извиняюсь, черт-те что!
Их суетливые движенья, Их крики дикие во мгле, Не ради рода продолженья, Но ради жизни на земле.
И получив чего хотели, Они, уставясь в потолок, Лежат счастливые в постели И пальцами шевелят ног.
*** Если б кто на спину мне бы Присобачил два крыла, Я б летал себе по небу Наподобие орла.
Я бы реял над планетой, Гордый пасынок стихий, Не читал бы я газеты, Не писал бы я стихи.
Уклоняясь от работы И полезного труда, Совершал бы я налеты На колхозные стада.
Я б сырым питался мясом, Я бы кровь живую пил, Ощущая с каждым часом Прибавленье новых сил.
А напившись и наевшись, Я б ложился на матрас И смотрел бы не мигая Передачу «Сельский час».
*** Девица склонилась В поле над ручьем. Ну скажи на милость, Я-то здесь при чем?
Хочется девице В поле из ручья Жидкости напиться, А при чем здесь я?
Солнышко садится, Вечер настает, Что мне до девицы? До ее забот?
На вопросы эти Не найду ответ. Сложно жить на свете В тридцать девять лет.
*** Международные бандиты Всех рангов, видов и мастей, Пытались навязать кредиты Стране застенчивой моей.
Хоть ей выламывали руки И раздевали догола, Она терпела молча муки, Но, стиснув зубы, не брала.
И все же, опоив дурманом, Под сладкий рокот МВФ, Кредит всучили ей, обманом Сопротивленье одолев.
Кто ж соблазнив ее халявой, Потом использовал вовсю? Французик жалкий и вертлявый, Плешивый щеголь Камдессю.
Простоволосая, босая, Она лежала на стерне И, губы черные кусая, Сжимала деньги в пятерне.
Напрасно, вкруг нее сомкнувшись, Толпились подлые враги, В надежде, что она, очнувшись, Начнет им возвращать долги.
Но нет, не такова Россия, Она свободна и горда. Ей можно что-то дать насильно, Но взять обратно – никогда!
*** Любовь. На вид простое слово, А говорили, тайна в нем, Но я проник в ее основу Своим мозолистым умом.
Напрягши всю мускулатуру, Собрав запас душевных сил, Свой мощный ум, подобно буру, С размаху в тайну я вонзил.
Взревел как зверь могучий разум И, накалившись докрасна, Вошел в нее, заразу, разом, Лишь только ойкнула она.
И что же разуму открылось, Когда он пообвыкся там? А ничего. Сплошная сырость, Да паутина по углам.
*** Шел по лесу паренек, Паренек кудрявый, И споткнулся о пенек, О пенек корявый.
И про этот про пенек, Про пенек корявый Все сказал, что только мог Паренек кудрявый.
Раньше этот паренек Говорил коряво. Научил его пенек Говорить кудряво.
*** Ко мне тут киллер приходил Да видно дома не застал, В прихожей только наследил, Но я уж возникать не стал.
*** Как увидишь над пашнею радугу — Атмосферы родимой явление, Так подумаешь, мать твою за ногу И застынешь в немом изумлении.
Очарован внезапною прелестью, Елки, думаешь, где ж это, братцы, я? И стоишь так с отвисшею челюстью, Но потом понимаешь: ДИФРАКЦИЯ.
*** Как на площади Таганской, Возле станции метро, Ветеран войны афганской Мне в живот воткнул перо.
Доканала, вероятно, Парня лютая тоска, Мне тоска его понятна И печаль его близка.
Жалко бедного афганца — Пропадет за ерунду, И себе мне жаль, поганца, К превеликому стыду.
*** Иду я против топора, В руке сжимая лом Как символ торжества добра В его борьбе со злом.
*** Идет по улице скелет, На нас с тобой похож, Ему совсем немного лет, И он собой хорош.
Возможно, он идет в кино, А может, из гостей, Где пил игристое вино И был не чужд страстей.
А может, дома сигарет Закончился запас, И в магазин решил скелет Сходить в полночный час.
Идет себе, ни на кого Не нагоняя страх, И все в порядке у него, Хоть с виду он и прах.
Идет он на своих двоих Дорогою своей, Идет, живее всех живых И мертвых всех мертвей.
*** — И неимущим, и богатым Мы в равной степени нужны, — Сказал патологоанатом И вытер скальпель о штаны.
*** Вы играли на рояле, Тонкий профиль наклоня, Вы меня не замечали, Будто не было меня. Из роскошного «Стейнвея» Дивных звуков несся рой, Я стоял, Благоговея Перед вашею игрой. И все то, что в жизни прежней Испытать мне довелось, В этой музыке нездешней Странным образом сплелось. Страсть, Надежда, Горечь, Радость, Жар любви И лед утрат, Оттрезвонившая младость, Наступающий закат. Слезы брызнувшие пряча, Я стоял лицом к стене, И забытый вальс Собачий Рвал на части Душу мне.
*** Мне с населеньем в дружном хоре, Боюсь, не слиться никогда, С младых ногтей чужое горе Меня, вот именно, что да.
Не то чтобы вот так уж прямо, Чтоб раскаляться добела, Но за соседней стенкой драма Всегда, хоть малость, но скребла.
Прижавшись чутким ухом к стенке, Фантазмы отгоняя сна, Я драмы той ловил оттенки, Вникал в ее полутона.
Какое варево варилось На том невидимом огне, Что там заветное творилось, Доныне неизвестно мне.
Случайно вырванная фраза, Внезапный скрип, чуть слышный вздох. И все же катарсис два раза Я испытал, простит мне Бог.
*** Жена моя все время моется, Меняет что ни день белье, Когда же только успокоится Душа мятежная ее.
С утра посуда вся помытая, Пылинки не сыскать в дому, Хотя и не противник быта я, Но должен быть предел всему.
Мне чистота моя моральная Ее физической важней, Машина хороша стиральная, Но счастье все-таки не в ней.
Да, я ношу футболки потные И сплю бывает что в пальто. Не все ж поэты чистоплотные, Так нас и любят не за то.
*** Дружно катятся года С песнями под горку, Жизнь проходит, господа, Как оно ни горько.
Елки-палки, лес густой, Трюфели-опята, Был я раньше мен крутой, Вышел весь куда-то.
Ноу смокинг, ноу фрак, Даже хау ноу, У меня один пиджак Да и тот хреновый.
Нету денег, нету баб, Кончилась халява, То канава, то ухаб, То опять канава.
Пыльной грудою в углу Свалена посуда, Ходит муха по столу, Топает, паскуда.
На гвозде висит Ватто, Подлинник к тому же, На Ватто висит пальто, Рукава наружу.
У дороги две ветлы, Вдоль дороги просо, Девки спрыгнули с иглы, Сели на колеса.
Не ходите, девки, в лес По ночам без мамки, Наберете лишний вес, Попадете в дамки.
Не ходите с козырей, Не ходите в баню, Ты еврей и я еврей, Оба мы цыгане.
*** Отпусти меня, тятя, на волю, Не держи ты меня под замком. По весеннему минному полю Хорошо побродить босиком.
Ветерок обдувает мне плечи, Тихо дремлет загадочный лес. Чу, взорвалась АЭС недалече. Не беда, проживем без АЭС.
Гулко ухает выпь из болота, За оврагом строчит пулемет, Кто-то режет в потемках кого-то, Всей округе уснуть не дает.
Страшно девице в поле гуляти, Вся дрожу, ни жива, ни мертва, Привяжи меня, тятя, к кровати Да потуже стяни рукава.
*** Люблю я городских поэтов, Ну что поделаешь со мной. Пусть дикой удали в них нету, Пусть нет раздольности степной,
Пусть нету стати в них былинной, Пусть попран дедовский завет, Пусть пересохла пуповина, Пусть нет корней, пусть стержня нет.
Зато они в разгаре пьянки Не рвут трехрядку на куски И в нос не тычут вам портянки, Как символ веры и тоски. *** День весенний был погож и светел, Шел себе я тихо, не спеша, Вдруг американца я заметил, Гражданина, значит, США.
Он стоял, слегка расставив ноги, Глядя на меня почти в упор. Как тут быть? Уйти ли прочь с дороги? Лечь пластом? Нырнуть в ближайший двор?
Сотворить ли крестное знаменье? Словом, ситуация не мед. Кто бывал в подобном положенье, Тот меня, я думаю, поймет.
Вихрем пронеслись перед глазами Так, что не успел я и моргнуть, Детство, Школа, Выпускной экзамен, Трудовой, А также ратный путь.
Вот уже совсем он недалече, Обитатель чуждых нам широт, И тогда, расправив гордо плечи, На него пошел я, как на дзот.
Сжал в руке газету, как гранату, Шаг, другой — и выдерну кольцо. Было мне что НАТО, что СЕАТО Абсолютно на одно лицо.
Побледнев от праведного гнева, Размахнулся я, но в этот миг Вдруг возникла в памяти Женева И Рейкьявик вслед за ней возник.
Ощутив внезапное прозренье И рассудком ярость победив, Подавил я старого мышленья Этот несомненный рецидив.
И пошел, вдыхая полной грудью Запахи ликующей весны. Если б все так поступали люди, Никогда бы не было войны.
*** Вот человек какой-то мочится В подъезде дома моего. Ему, наверно, очень хочется, Но мне-то, мне-то каково?
Нарушить плавное течение Его естественной струи Не позволяют убеждения Гуманитарные мои.
Пройти спокойно мимо этого Не в силах я, как патриот. Что делать, кто бы посоветовал, Но вновь безмолвствует народ.
*** Я обычно как напьюсь, Головой о стенку бьюсь. То ли вредно мне спиртное, То ли просто возрастное.
*** Я вчера за три отгула Головой упал со стула. Поначалу-то сперва Подписался я за два, Но взглянув на эти рожи, Нет, решил, так не пойдет, И слупил с них подороже, Я ж не полный идиот.
*** Я в юности во сне летал И так однажды навернулся, Что хоть с большим трудом проснулся, Но больше на ноги не встал.
С тех пор лежу я на спине, Хожу — ну разве под себя лишь. Уж лучше б ползал я во сне. Так ведь всего не просчитаешь.
*** Что-то главное есть в винегрете. Что-то в нем настоящее есть, Оттого в привокзальном буфете Я люблю его взять да и съесть.
Что-то в нем от холодной закуски, Что-то в нем от сумы и тюрьмы. Винегрет — это очень по-русски, Винегрет — это, в сущности, мы.
Что-то есть в нем, на вид неказистом, От немереных наших широт? Я бы это назвал евразийством, Да боюсь, что народ не поймет.
*** Когда родился я на свет, Не помню от кого, Мне было очень мало лет, Точней, ни одного.
Больное детство проплелось, Как нищенка в пыли, Но дать ответ на тот вопрос Мне люди не смогли.
Вот так, умом и телом слаб, Живу я с той поры — Ни бог, ни червь, ни царь, ни раб, А просто — хрен с горы.
*** Как в Ростове-на-Дону, На Дону в Ростове Встретил бабу я одну С шашкой наготове.
Ой ты, конь мой вороной, Звонкая подкова, Уноси меня, родной, Срочно из Ростова.
*** Сгущалась тьма над пунктом населенным, В ночном саду коррупция цвела, Я ждал тебя, как свойственно влюбленным, А ты, ты, соответственно, не шла.
Я жаждал твоего коснуться тела, Любовный жар сжигал меня дотла, А ты прийти ко мне не захотела, А ты, смотрите выше, все не шла.
Полночный сад был залит лунным светом, Его залил собою лунный свет. Сказать такое — нужно быть поэтом, Так написать — способен лишь поэт.
Поэт, он кратким должен быть и точным, Иначе не поэт он, а фуфло. Короче, я сидел в саду полночном. А ты, как чмо последнее, не шло.
*** Просыпаюсь с бодуна, Денег нету ни хрена. Отвалилась печень, Пересохло в горле, Похмелиться нечем, Документы сперли, Глаз заплыл, Пиджак в пыли, Под кроватью брюки. До чего ж нас довели Коммунисты-суки!
*** Порой мне кажется как будто Вы в грезе мне являлись где-то, Во что-то легкое обуты, Во что-то светлое одеты.
С ленивой грацией субретки, В призывной позе нимфоманки Сидели вы на табуретке, Лежали вы на оттоманке.
Причем, ну ладно бы сидели, Да пес с ним — хоть бы и лежали, Но не меня в виду имели И не меня в уме держали.
И не унизившись до просьбы, Я вас покинул в экипаже, Хотя и был совсем не прочь бы И даже очень был бы даже.
*** Гляжу в окно. Какое буйство красок Пруд — синь, лес — зелен, небосклон голуб. Вот стадо гонит молодой подпасок, Во рту его златой сияет зуб.
В его руках «Спидола» именная — Награда за любимый с детства труд. Волшебным звукам трепетно внимая, Ему вослед животные идут.
На бреге водоема плачет ива, Плывет по небу облаков гряда, Симптом демографического взрыва — Белеет аист в поисках гнезда.
Младые девы пестрым хороводом Ласкают слух, а также тешат глаз. Все это в сумме дышит кислородом, А выдыхает углекислый газ.
Герман Плисецкий. Если бы.
Я бы тебя на руки взял, Я бы тебя взял и унёс, Тихо смеясь на твои «нельзя», Вдыхая запах твоих волос. И, не насытившись трепетом тел, Стуком в груди нарушая тишь, Всё просыпался бы и глядел, Плача от радости, как ты спишь.
Я бы к тебе, как к ручью, приник, Как в реку в тебя бы вгляделся я. Я бы за двести лет не привык К бездонной мысли, что ты моя.
Если бы не было разных «бы», О которые мы расшибаем лбы.
Другие статьи в литературном дневнике:
Портал Стихи.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и российского законодательства. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.
Ежедневная аудитория портала Стихи.ру – порядка 200 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более двух миллионов страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.
