Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.
Легендарные страницы жизни великого атамана
С давних времен Запорожская земля славилась удалыми воинами и борцами за свободу. Ярким примером и есть неординарная личность батьки Махно, выходца из запорожского села Гуляйполе, обросшая мифами, к которым до сих пор не утратили интерес и политики мирового уровня, и историки, и любители приключений.
Нестор Иванович Махно, от рождения Михненко (1888–1934) вошел в историю как политический деятель, командующий революционной 50-тысячной повстанческой украинской армией в годы гражданской войны, а также как предводитель крестьянского движения 1918–1921 года, анархист, великий стратег и тактик ведения партизанской войны.
Однако нужно отметить, что в официальную историю страны советского периода Нестор Иванович вошел как отрицательный персонаж. Потому как власти не могли допустить, чтобы анархист стал национальным героем, который первым делом проповедовал полную свободу от государственных структур, чиновников и управленцев, а также боролся за идею концентрации всей власти в руках самих крестьян. А большевики, будучи радикальными центристами, разумеется, не могли позволить разгулу таких смелых идей. Поэтому и поставили на Махно клеймо бандита.
А так все начиналось.
Нестор Махно был пятым сыном в бедной крестьянской семье. Вскоре дети осиротели, оставшись без отца. К слову сказать, их дальнейшая судьба оказалась незавидной. Старшие братья Нестора все погибли в переломные для страны годы. Самый старший был убит в первую мировую в 1915 году, второго брата убили гайдамаки гетмана Скоропадского, третьего — белые, четвертого — красные.
Сам же Нестор окончил Гуляйпольское двухклассное начальное училище. С малых лет ему довелось работать на сезонных сельскохозяйственных работах у помещиков и зажиточных крестьян. С 1903 года работал подсобным рабочим в малярной мастерской, в купеческой лавке, позже на чугунолитейном заводе М. Кернера в Гуляйполе. Пробовал он себя и на театральном поприще, что весьма пригодилось ему в дальнейшем. Позже и вовсе университетами его стали тюрьмы, начиная с Александровской и Екатеринославской и заканчивая московской «Бутыркой».
Именно там он впервые пересекся с представителями революционного лагеря: эсерами, большевиками, анархистами. Там же он сошелся со своим другом и соратником Петром Аршиновым, известным анархистом. И там Нестор начал читать запоями художественную и политическую литературу.
Махно был низкорослым, совершенно не атлетического телосложения, к тому же он был инвалидом: у него было удалено одно легкое. На память о царских тюрьмах Нестору «достался» неизлечимый туберкулез. Тем не менее, невзирая на лишения в питании, Махно был в неплохой физической форме. Поговаривали, что раны заживали на нем, как на собаке. Да и пули обходили его стороной.
Ко всем своим умениям предводитель анархистов обладал незаурядными артистическими способностями. Он мог феноменально изменять свой облик, в зависимости от обстоятельств: «он перевоплощался то в гетманского жандарма или белогвардейца, то в базарную торговку, то в барыню… Однажды даже побывал в роли невесты на сельской свадьбе». Рассказы очевидцев о подобных «выступлениях» послужили легенде, что атаман умеет «становиться невидимым, быть в нескольких местах одновременно и даже обращаться в волка».
Многие, кто знал атамана, вспоминали, что взгляд у него иногда был наводящим ужас. Глядя исподлобья, он заставлял дрожать пред ним даже самых близких его сподвижников, которые в боях бесстрашно рубили головы врагов и, которые сами едва оставались живы, выходя из кровопролитных боев и засад. Также поговаривали, что Нестор мог своими речами, а оратором он был отменным, ввести своих бойцов в такое состояние эйфории, которая походила на сильное алкогольное опьянение, а из пленных вытянуть любую тайну. Безусловно, Махно обладал уникальными парапсихологическим даром влияния на психику людей. О чем и свидетельствовало множество рассказов очевидцев.
Считалось, что он обладал мистическими знаниями казаков характерников, чем, несомненно, подогревал огромный интерес, как соратников, так и врагов к своей персоне. Нестору Махно приписывали способность уплотнять свое биополе, используя которое, атаман менял траекторию пуль, не давая им достичь цели. Приводя себя в состояние невероятного эмоционального напряжения, он подсознательно заставлял свой организм бороться за выживание, создавая вокруг себя невидимый энергетический щит.
Частенько доводилось атаману выводить своих бойцов из окружения, наслав наволок на глаза красноармейцев. То же он проделал, переходя границу со своим отрядом под пулеметным огнем. И как тут не провести аналогию с легендарными запорожскими казаками-характерниками, которые владели подобными невероятными способностями.
Среди отрядов махновцев ходили разговоры о неуязвимости их предводителя. Ведь не зря он никогда в бою не прятался за спинами своих бойцов, и всегда атаковал в первых рядах. За годы войны на полях сражений под ним было убито немало лошадей, а сам атаман при этом оставался жив.
Однако шквал пуль иногда настолько был неимоверным, что после кровопролитных боев атаману не всегда удавалось оставаться невредимым. За годы гражданской войны он серьезно был ранен двенадцать раз и это, не считая незначительных царапин, ссадин и отметин от шальных пуль. К слову сказать, до конца войны все тело удалого командира было исчерчено множеством шрамов. Однако, после ранений Махно, применяя свои тайные знания, быстро восстанавливал свои силы, и уже спустя сутки опять уверенно держался в седле.
А когда в конце лета 1921 года, в одном из последних его сражений, пуля попала Нестору Ивановичу пониже затылка и вышла из правой щеки, большевистская пресса тут же, уже в пятый раз, спешно заявила о гибели одиозного атамана. Но Фрунзе, наученный горьким опытом, не поверил такой удаче, он распорядился тщательно проверить полученную информацию. И не зря — батько Махно и в этот раз выжил.
Впоследствии трижды он заключал договор с красными, которые не упускали случая нарушить договор и ударить ему в спину. В разное время с махновцами воевали отряды красноармейцев, курируемые Фрунзе, Пархоменко, Буденным. Сам Дзержинский готовил семь покушений на лихого атамана. Но, увы, анархист всегда выходил сухим из воды, оставляя чекистов с носом.
Обладая невероятным магнетизмом, атаман очаровывал и женщин, хотя в его судьбе их было не так уж и много. Безусловно, сказывалась бурная военная деятельность. Тем не менее, лихого атамана хватало и на личную жизнь. В следующем обзоре вы сможете подробнее узнать о боевых подругах, женах и любовницах атамана, а также о последних годах его жизни в Париже.
Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:
НЕОБЫЧНАЯ ИСТОРИЯ БАТЬКИ МАХНО.
Интересно, что Нестор Махно ровно на месяц раньше Владимира Ленина добился на своей территории конфискации помещичьих и церковных земель в пользу крестьян.
В начале 1918 года украинское националистическое правительство заключило мир с Германией и Австро-Венгрией, попросив их помощи в борьбе против большевиков. Территория Екатеринославской губернии вместе с Гуляйполем попала под оккупацию. Махно и его отряду пришлось отступить в Россию и пробыть здесь до лета. За это время Нестор Иванович побывал в Москве, где встретился и беседовал с лидерами большевиков, в том числе и с Лениным.
В июле Махно и его товарищам удалось вернуться в свои края и начать формирование партизанского отряда для борьбы с оккупантами. В рядах партизан и местных жителей Нестор заслужил авторитет и уважение и получил почетное прозвище «батько». Осенью, после ухода немцев, большая приазовская территория оказалась под властью Махно и его отрядов. На этих землях Нестор Иванович решил создать свое анархистское государство. По его идее страна была составлена из свободных и самостоятельных управлений тружеников. Были сформированы местные Советы, в деревнях собирались сходы, в центре созывались съезды. Репрессии в новом государстве применялись редко и только к помещикам. Национализм, антисемитизм и мародерство жестко карались, погромщики тоже наказывались. Усилиями «батьки» в этом районе были созданы училища, лазареты и мастерские.
Махновцы боролись разными методами. Например, против большевиков они придумали политику «продразверстки наоборот»: повстанцы возвращали крестьянам отобранный «красными» хлеб.
Нестор Иванович с семьей обосновался во Франции, где продолжал бороться за дело анархизма и пропагандировать свои идеи, находя нередко единомышленников в Европе. За время эмиграции он успел написать книгу воспоминаний. Однако его деятельности мешал туберкулез, полученный еще в тюрьме. Его кормила и опекала бывшая жена, Галина Кузьменко.
У Нестора Махно было две жены. С первой, Анастасией, они прожили всего пару лет. А со второй, Галиной, они прожили в браке 8 лет, родили дочь Елену и развелись в Париже в 1927 году.
Нестор Махно умер в 1934 году в Париже. Деньги на его похороны собрали единомышленники. На этом жизнь легендарного «батьки», создателя анархистского государства Нестора Махно и закончилась. Но он навсегда вписал свое имя в историю Гражданской войны и анархистского движения.
Победы и трагедия батьки. Сто тридцать лет Нестору Махно
7 ноября (26 октября) 1888 года, 130 лет назад, родился Нестор Иванович Махно – одна из самых неоднозначных и противоречивых фигур в период Гражданской войны. Для кого-то безжалостный бандит, для кого-то – бесстрашный крестьянский вождь, Нестор Махно в наиболее полной мере олицетворял собой ту страшную эпоху.
Сегодня Гуляйполе – небольшой город в Запорожской области Украины, а в то время, о котором пойдет речь ниже, это было еще село, хоть и большое. Основанное в 1770-е годы для защиты от нападений Крымского ханства, Гуляйполе быстро развивалось. Населяли Гуляйполе разные люди – малороссы, поляки, евреи, греки. Отец будущего вождя анархистов Иван Родионович Махно был родом из закрепощенных казаков, трудился пастухом у разных хозяев. У Ивана Махно и его супруги Евдокии Матвеевны, урожденной Передерий, было шестеро детей – дочь Елена и сыновья Поликарп, Савелий, Емельян, Григорий и Нестор. Семья жила очень бедно, а на следующий год после рождения Нестора, в 1889 году, Иван Махно скончался.
Детские и отроческие годы Нестора Махно прошли в глубокой бедности, если не сказать нищете. Поскольку же выпали они на период расцвета в России революционных настроений, то на естественное недовольство своим социальным положением и сложившимся порядком вещей легла и революционная пропаганда.
В Гуляйполе, как и во многих других населенных пунктах Малороссии, появился свой кружок анархистов. Возглавили его два человека – Вольдемар Антони, чех по происхождению, и Александр Семенюта. Оба они были чуть старше Нестора – Антони родился в 1886 году, а Семенюта – в 1883 году. Житейский опыт у обоих «отцов-основателей» гуляйпольского анархизма был тогда покруче, чем у юного Махно. Антони успел поработать на заводах Екатеринослава, а Семенюта успел дезертировать из армии. Они создали в Гуляйполе Союза бедных хлеборобов – подпольную группу, провозгласившую себя анархистами-коммунистами. В состав группы со временем вошло около 50 человек, среди которых был и ничем особо не примечательный крестьянский паренек Нестор Махно.
Деятельность Союза бедных хлеборобов – Гуляйпольской крестьянской группы анархистов-коммунистов пришлась на 1906-1908 гг. Это были «пиковые» для русского анархизма годы. Гуляйпольские анархисты брали пример с других подобных групп – занимались не только пропагандой среди крестьянской и ремесленной молодежи, но и экспроприациями. Эта деятельность и подвела Махно, как сказали бы сейчас, «под статью».
Если бы Нестор был на момент совершения преступления чуть постарше, его бы могли казнить. Но так как Махно совершал преступление, будучи несовершеннолетним, ему заменили смертную казнь бессрочной каторгой и в 1911 году перевели в каторжное отделение Бутырской тюрьмы в Москве.
Годы, проведенные на «крытке», стали для Махно настоящим жизненным университетом.
Именно в тюрьме Нестор вплотную занялся самообразованием под руководством своего сокамерника – известного анархиста Петра Аршинова. Этот момент показывается в знаменитом сериале «Девять жизней Нестора Махно», но только там Аршинов изображен пожилым мужчиной. На самом деле, Петру Аршинову было почти столько же лет, сколько и Нестору Махно – он родился в 1886 году, но, несмотря на рабочее происхождение, хорошо знал грамоту, историю, теорию анархизма. Впрочем, за учебой Махно не забывал о протестах – он регулярно конфликтовал с администрацией тюрьмы, попадал в карцер, где и подхватил туберкулез легких. Эта хворь мучала его всю оставшуюся жизнь.
Шесть лет провел Нестор Махно в Бутырской тюрьме, прежде чем был освобожден в связи с всеобщей амнистией политических заключенных, последовавшей за Февральской революцией 1917 года. Собственно, Февральская революция и открыла Нестору Махно путь к всероссийской славе. Спустя три недели после освобождения он вернулся в родное Гуляйполе, откуда его увозили жандармы 20-летним парнем, уже взрослым мужчиной с девятилетним тюремным сроком за плечами. Беднота встретила Нестора тепло – он был одним из немногих уцелевших членов Союза бедных хлеборобов. Уже 29 марта Нестор Махно возглавил руководящий комитет Гуляйпольского крестьянского союза, а затем стал председателем Совета крестьянских и солдатских депутатов.
Довольно быстро Нестору удалось создать и боеспособный отряд из молодых анархистов, который приступил к экспроприациям имущества зажиточных односельчан. В сентябре 1917 г. Махно провел конфискацию и национализацию помещичьих земель. Однако 27 января (9 февраля) 1918 года в Брест-Литовске делегация украинской Центральной рады подписала сепаратный мир с Германией и Австро-Венгрией, после чего обратилась к ним за помощью в борьбе с революцией. Вскоре германские и австро-венгерские войска появились и на территории Екатеринославщины.
Понимая, что сопротивляться регулярным армиям анархисты из Гуляйпольского отряда не смогут, Махно отступил на территорию современной Ростовской области – в Таганрог. Здесь он распустил свой отряд, а сам отправился в поездку по России, побывав в Ростове-на-Дону, Саратове, Тамбове и Москве. В столице Махно провел несколько встреч с видными анархистскими идеологами – Алексеем Боровым, Львом Черным, Иудой Гроссманом, а также встретился, что было для него еще более важно, с руководителями правительства Советской России – Яковом Свердловым, Львом Троцким и самим Владимиром Лениным. Судя по всему, уже тогда большевистское руководство понимало, что Махно далеко не так прост, как кажется. Иначе Яков Свердлов не организовывал бы его встречу с Лениным.
Именно при содействии большевиков Нестор Махно вернулся на Украину, где приступил к организации партизанского сопротивления австро-германским интервентам и поддерживаемому ими режиму Центральной рады. Довольно быстро Нестор Махно из вожака маленького партизанского отряда превратился в командира целой повстанческой армии. В состав формирования Махно влились отряды других полевых командиров – анархистов, в том числе отряд Феодосия Щуся – не менее популярного в то время анархистского «батьки», бывшего военного моряка, и отряд Виктора Белаша – профессионального революционера, лидера Новоспасовской группы анархистов-коммунистов.
Первое время махновцы действовали партизанскими методами. Они нападали на австрийские патрули, на небольшие отряды гетманской варты, грабили помещичьи усадьбы. К ноябрю 1918 года численность повстанческой армии Махно достигла уже 6 тысяч человек, что позволило анархистам действовать более решительно. К тому же, в ноябре 1918 года в Германии пала монархия, начался вывод оккупационных войск с территории Украины. В свою очередь, режим гетмана Скоропадского, опиравшийся на австрийские и немецкие штыки, находился в состоянии полного упадка. Лишившись внешней поддержки, члены Центральной рады не знали, что им делать. Этим и воспользовался Нестор Махно, установивший контроль над Гуляйпольским уездом.
Численность повстанческой армии к началу 1919 года составляла уже около 50 тысяч человек. С махновцами поспешили заключить соглашение большевики, нуждавшиеся в столь мощном союзнике в условиях активизации войск генерала А.И. Деникина на Дону и наступления петлюровцев на Украине. В середине февраля 1919 года Махно подписал соглашение с большевиками, в соответствии с которым с 21 февраля 1919 года повстанческая армия вошла в состав 1-й Заднепровской украинской советской дивизии Украинского фронта в статусе 3-й Заднепровской бригады. При этом махновская армия сохраняла внутреннюю автономию – это было одно из главных условий сотрудничества с большевиками.
Тем не менее, отношения с красными у Махно не складывались. Когда в мае 1919 г. белые прорвали оборону и ворвались на Донбасс, Лев Троцкий объявил Махно «вне закона». Это решение поставило точку в союзе большевиков и гуляйпольских анархистов. В середине июля 1919 года Махно возглавил Революционный военный совет объединённой Революционно-повстанческой армии Украины (РПАУ), а когда был убит его конкурент и противник атаман Григорьев, занял пост главнокомандующего РПАУ.
Армия Махно на протяжении всего 1919 года сражалась и против белых, и против петлюровцев. 1 сентября 1919 года Махно провозгласил создание «Революционной повстанческой армии Украины (махновцев)», а когда им был занят Екатеринослав, Махно приступил к строительству анархической республики. Конечно, вряд ли эксперимент батьки Махно можно назвать успешным с социально-экономической точки зрения – в условиях Гражданской войны, непрекращающихся боевых действий против нескольких противников, было очень сложно заниматься решением каких-либо хозяйственных вопросов.
Но, тем не менее, социальный эксперимент махновцев стал одной из немногочисленных попыток «материализации» анархической идеи о безвластном обществе. На самом деле, власть в Гуляйполе конечно была. И эта власть была не менее жесткой, чем царская или большевистская – фактически Нестор Махно был диктатором, обладавшим чрезвычайными полномочиями и вольным поступать так, как ему того хотелось в конкретный момент. Наверное, иначе в тех условиях было нельзя. Махно старался, как мог. поддерживать дисциплину – жестко карал подчиненных и за мародерство, и за антисемитизм, хотя в отдельных случаях мог запросто отдать усадьбы на разграбление своим бойцам.
Большевики сумели воспользоваться махновцами еще раз – при освобождении от белых Крымского полуострова. По соглашению с красными, Махно направил на штурм Перекопа до 2,5 тысяч своих бойцов под командованием Семена Каретника – одного из своих ближайших соратников. Но как только махновцы помогли красным прорваться в Крым, большевистское руководство быстро решило избавиться от опасных союзников. По отряду Каретника был открыт пулеметный огонь, уцелеть удалось лишь 250 бойцам, которые вернулись в Гуляйполе и рассказали обо всем батьке. Вскоре и командование РККА потребовало от Махно передислоцировать свою армию на Южный Кавказ, но батька этому приказу подчиняться не стал и начал отступление из Гуляйполя.
28 августа 1921 года Нестор Махно, сопровождаемый отрядом из 78 человек, перешел границу с Румынией в районе Ямполя. Все махновцы тут же были разоружены румынскими властями и помещены в специальный лагерь. Советское руководство в это время безрезультатно требовало от Бухареста выдачи Махно и его соратников. Пока румыны вели переговоры с Москвой, Махно вместе с женой Галиной и 17 соратниками сумел бежать в соседнюю Польшу. Здесь они также оказались в лагере для интернированных лиц, встретили весьма недружественное отношение со стороны польского руководства. Лишь в 1924 году, благодаря связям российских анархистов, проживавших в то время за рубежом, Нестор Махно и его жена получили разрешение на выезд в соседнюю Германию.
В апреле 1925 года они поселились в Париже, на квартире у художника Жана (Ивана) Лебедева – русского эмигранта и активного участника российского и французского анархистского движения. Во время проживания у Лебедева Махно освоил нехитрое ремесло плетения тапочек и стал этим зарабатывать на жизнь. Вчерашний повстанческий командир, державший в страхе всю Малороссию и Новороссию, жил практически в нищете, еле-еле зарабатывая себе на жизнь. Нестора продолжала терзать и тяжелая болезнь – туберкулез. Давали о себе знать и многочисленные ранения, полученные во время Гражданской войны. 
6 июля (по другим сведениям – 25 июля) 1934 года Нестор Махно скончался в одной из больниц Парижа от костного туберкулеза. 28 июля 1934 года его тело кремировали, а урну с прахом замуровали в стене колумбария кладбища Пер-Лашез. Его жена Галина и дочь Елена впоследствии вернулись в Советский Союз, проживали в Джамбуле Казахской ССР. Дочь Нестора Махно Елена Михненко умерла в 1992 году.
Командир-самоучка Нестор Махно – гений молниеносной войны
Атакуй по силам
Считается, что для своего времени Махно был настоящим военным гением, гением молниеносной войны.
Начинал он, как и множество ему подобных «полевых командиров», с натуральной партизанщины. А как еще могло быть на тогдашней Украине, где власть менялась с калейдоскопической быстротой, а одна волна оккупантов накатывалась вслед за другой? Гетманщина, петлюровщина, немцы, австрияки, деникинцы. Всех их Махно считал врагами и со всеми сражался по мере сил.
На этом этапе проявилась главная, пожалуй, его черта, по большей части и определившая дальнейшие воинские успехи. Молодой партизанский вожак учился – без всяких кадетских корпусов и академий он постигал науку боя, анализируя каждое свое поражение (а начало карьеры Махно состояло по большей части именно из них) и делая выводы.
Основным его девизом был –
Махно очень быстро усвоил, что именно может стать залогом победы в столкновении неорганизованных и необученных, скверно вооруженных и экипированных партизан-повстанцев с частями регулярной армии. Так выработались три важнейших принципа его стратегии – маневренность, быстрота и риск.
Последнее можно, конечно, назвать и наглостью. Но на самом деле самые рискованные, граничившие с откровенным безумием боевые операции (вроде взятия Екатеринослава) махновцы проводили после самой тщательной разведки и проработки будущих действий. Так что – скорее разумный риск на грани фола.
Да, Махно обожал не просто эффектные, а прямо-таки театральные действия. Переодеть своих бойцов в форму противника, триумфально въехать в занятый врагом населенный пункт под видом свадебной процессии – подобные эскапады с ряжеными удавались ему просто блестяще.
Вообще говоря, появление в совершенно неожиданных местах и нанесение стремительных ударов по не успевшему не то что подготовиться к обороне, но и осознать суть происходящего, противнику были основой его стратегии. Причем как в нападении, так и в обороне. Из, казалось бы, совершенно безнадежных окружений Махно вырывался неоднократно. По утверждениям некоторых его хронистов – чуть ли не 200 раз.
Тачанки
Не буду утверждать это наверняка, но, согласно многим источникам, идею использования в качестве не только транспортного средства, но и мобильной огневой точки колесно-гужевого транспорта Махно воплотил в жизнь благодаря немецким колонистам. Именно у них были реквизированы первые повозки, отличавшиеся от простых крестьянских возов (которых в округе было хоть пруд пруди) наличием рессор. Благодаря этой детали установленный на тачанке пулемёт Максим не «растрясало» в пути. И в процессе боя он не утрачивал своей убийственной меткости и кучности огня.
По сути дела, Махно избавил свою повстанческую армию от «пудовых гирь на ногах» в виде медленно тащившейся по пыльным дорогам и бездорожью со скоростью 25 километров в сутки пехоты, усадив ее как раз на тачанки. Впрочем, кавалерия, да еще и обремененная обозами, в те времена передвигалась на марше немногим быстрее – за день ее части покрывали километров на десять больше, чем «сиволапая пехтура».
Скорость же махновских отрядов, по утверждениям современников, иногда доходила до сотни километров в день.
При этом не стоит забывать, что пулеметные тачанки играли роль еще и десантного средства – в каждой из них помещалось пусть и немного (по трое-четверо) бойцов, но, спешившись, они вполне были способны «разобраться» с вражескими огневыми точками, расчетами пулеметов и орудий, решить другие оперативные проблемы.
При этом конники-махновцы практически никогда не шли в атаку на батареи или траншеи противника. Правильный выбор места боя всегда был «коньком» их командира. Сражаться Махно предпочитал в голой степи, где для его тачанок и всадников не было преград.
Махновщина
Именно подобная стратегия и тактика обеспечили успех совершенно беспримерного (как по дерзости, так и по результативности) рейда, осуществленного Махно в 1919 году по тылам Деникина. Что, фактически, во многом сорвало наступление «белых» на Москву.
Этому походу предшествовал сокрушительный разгром махновцами группировки генерала Слащева, специально созданной для «ликвидации зарвавшихся бандитов».
Белые генералы, с презрением отнесшиеся к Махно и его «лапотным воякам», были наказаны самым жестоким образом. Посчитав повстанцев загнанной в ловушку дичью, они были атакованы, как обычно, в самый неожиданный момент и в самом неожиданном месте. Элитные части Белой армии пали под ударами необученных бандитов.
Термин «махновщина» прочно вошел в наш лексикон в качестве синонима беспорядка, безобразия, анархии.
Не станем касаться в данном случае ни политических взглядов Нестора Махно, ни его попыток государственного строительства.
Но согласитесь, нельзя не признать – в военном деле это был выдающийся командир-самоучка.