Русские победы в Ливонской войне
460 лет назад, 18 июля 1558 года, русская армия под командованием воеводы Петра Шуйского взяла город Дерпт (древнерусский Юрьев). Кампания 1558 года была успешна для Русской царства – наша армия за май – октябрь взяла 20 городов-крепостей Ливонии.
В середине XVI столетия сошлось несколько факторов, которые привели к Ливонской войне. Среди них был упадок и деградация Ливонии, немецких рыцарских орденов, которые обосновались в Прибалтике. Образовалось «ливонское наследство», в котором были заинтересованы Швеция, Дания, объединенные унией Польша и Литва, Россия. Ливонский орден был в упадке, но имел богатое наследство – стратегические территории, развитые города, сильные крепости, контроль над торговыми путями, население и прочие ресурсы. При этом можно выделить морской (балтийский) и континентальный (собственно ливонский) вопросы.
Балтийский вопрос затрагивал в основном интересы Ганзы, Швеции и Дании, которые боролись за господство на Балтийском море, чтобы использовать эту монополию для реализации своих великодержавных планов. Так, Швеции нужны были деньги и люди для борьбы с Данией. Также шведы хотели установить блокаду Русского государства на Балтике и замкнуть русскую торговлю на Швецию. Для этого нужно было установить контроль над выходом из Финского залива. Но, потерпев неудачу в деле создания антирусской коалиции с привлечением Ливонии и Польши, а затем неудачно повоевав с Россией (1554 г.), шведский король Густав на время отказался от своих планов.
Москве необходимо было поставить под контроль выстроенную веками систему посреднической торговли, которую вели через прибалтийские города и обеспечить себе свободный выход на рынки Центральной Европы, получить доступ к европейским технологиям. Прибалтика также была необходима России по военно-стратегическим соображениям. При этом стоит отметить, что Ивану Грозному и его боярскому правительству в первой половине 1550-х годов было не до Ливонии. Главным и наиболее опасным врагом в это время была крымская орда, за которой стояла Турция. Россия взяла Казань и Астрахань, и вела с Крымом борьбу за ордынское наследство. В Москве в это время даже надеялись на окончательное решение татарского вопроса путем подчинения Крыма. При этом сначала Москва свернула свою активность на западном (литовском) направлении. Заключенное по итогам Стародубской войны 1535 – 1537 гг. перемирие продлевалось в 1542, 1549, 1554 и 1556 гг., несмотря на определённую напряженность в отношениях между двумя великими державами. Главным врагом был Крым и стоявшая за ним Турция. Поэтому в Москве даже прорабатывали идею русско-литовского антикрымского союза. Также Москва зондировала почву на предмет антитурецкого союза с Веной и Римом.
В Крымском ханстве в этот период возобладала антирусская партия, ядро которой составляли представители знати, субсидируемые из Литвы и выходцы из Казани и Астрахани. Эта партия оказала сильное влияния на Девлет-Гирея, человека довольно осторожного и не стремившего к обострению отношений с Москвой. Кроме того, наступательная политика Москвы обеспокоила Порту. Стамбул решил усилить давление на Русского государство с помощью крымской орды. Всё это привело к периоду длительной войны между Москвой и Крымом, которая продолжалась четверть века, вплоть до смерти Девлет-Гирея в 1577 году. Эта напряженная и кровава борьба требовала от Русского царства массу сил и ресурсов. На крымской «украине» решалась судьба Восточной Европы. Девлет-Гирей в 1571 году сжёг Москву. Перелом в пользу Руси произошёл только летом 1572 года в ходе решительной битвы при Молодях, когда русская армия под началом М. Воротынсокго уничтожила крымско-турецкую армию.
В результате схватка между Москвой и Вильно за Ливонию стала продолжением прежних русско-литовских войн за западнорусские земли, ранее оказавшиеся под властью Литвы и господство в Восточной Европе. Окончательно эта борьба завершилась только после Третьего раздела Речи Посполитой (если не считать уже современную историю).
Дерпт на гравюре 1553 года
Ливония же в этом противостоянии Москвы с Крымским ханством и Польшей долгое время имела даже не второстепенное значение. Москва даже не имела прямых связей с Ливонской конфедерацией. Контакты с ней поддерживались через новгородского и псковского наместников. После того, как в 1503 году было подписано перемирие, завершившее войну между Ливонией и Русским государством, на северо-западном надолго наступил мир. Однако пока Москва была связана противостоянием с Литвой, Казанью и Крымом, на ливонском пограничье стали накапливаться проблемы. Шаг за шагом копились взаимные претензии новгородцев, псковичей, ивангородцев и ливонцев (прежде всего ревельцев и нарвитян).
Прежде всего споры касались торговых дел. На ливонском пограничье началась торговая война. Она была болезненна для Москвы, так как через Ливонию поступали важные товары, в том числе имеющие стратегическое значение – прежде всего цветные и драгоценные металлы (тогда на Руси не было их добычи). Серебро было необходимо для чеканки монеты, свинец, олово и медь для военных целей. Ливонские города стремились сохранить монополию в столь выгодной для них торговле России с Западной Европой. А ливонские власти препятствовали вывозу товаров в Россию, ливонский ландтаг неоднократно налагал запреты на вывоз серебра, свинца, олова и меди (а также других товаров) в Россию. Пытаясь обойти эти преграды, русские купцы искали обходные пути. Так, в Дерпте, Ревеле и Нарве были недовольны попытками русских купцов из Новгорода, Пскова и Ивангорода отказаться от традиционных сухопутных путей и перейти к перевозке товаров морем, в том числе с помощью нанятых шведских шхун.
До поры до времени Иван Грозный и его ближайшее окружение были увлечены восточными делами, борьбой с Казанью и Крымом, не обращая серьёзного влияния на ливонские дела. Лишняя война правительству Ивана Васильевича была не нужна. В военно-стратегическом отношении Москве было выгодно сохранить слабую, раздробленную, неспособную быть серьёзной военной угрозой Ливонскую конфедерацию. Ливония нужна была как буфер и канал связи с Западной Европы. И Москва была готова сохранить такого соседа при условии если не дружественной, то хотя бы нейтральной позиции, обеспечивая русским купцам и дипломатам свободное передвижение, а также бесперебойное прибытие нужных специалистов, мастеров и товаров. То есть иметь под боком слабую, разрываемую внутренними противоречиями Ливонию было выгоднее, чем если бы она усилила Швецию или Польшу и Литву. В этом случае угроза с запада и северо-запада многократно возрастала.
Но вскоре всё изменилось. Существующее положение нарушила Польша. В 1552 году польский король Сигизмунд II и прусский герцог Альбрехт, под предлогом «русской угрозы», договорились об «инкорпорации» Ливонии в состав Польши. В 1555 году Альбрехт предложил интересную идею – вакантное место коадъютора (католический титулярный епископ с правом наследования епископской кафедры) при родственнике Альбрехта рижском архиепископе Вильгельме должен был занять «многообещающий юноша» Кристоф Мекленбургский. Его назначение вело к конфликту интересов Ливонского ордена (его тогда возглавлял фон Гален) и рижским архиепископом. Вот тогда Сигизмунд мог влезть в этот конфликт, защищая интересы рижского архиепископа.
Польскому королю план понравился. Наступил благоприятный момент, Москва была занята конфликтом со Швецией и татарскими делами. В январе 1556 года рижский капитул избрал Кристофа коадъютором. Магистр Гален отказался признать этот выбор и содействовал тому, чтобы заместителем-коадъютором избрали фон Фюрстенберга, врага рижского архиепископа и противника сближения с Польшей. Летом в Ливонии началась война. Вильгельм и Кристоф потерпели поражение. Но Польша получила повод для вмешательства в дела Ливонии. В 1557 году Сигизмунд и Альбрехт двинули войска на Ливонию. Магистр Фюрстенберг, наследовавший умершему Галену, вынужден был пойти на соглашение в местечке Позволь. Позвольский договор задевал интересы России, так как Ливония давала согласие на союз с Польшей, направленный против русских.
Понятно, что это всё наложилось на уже имеющуюся экономическую войну и пограничные инциденты между Россией и Ливонией. Переговоры Москвы и Ливонии (они шли через Новгород и Псков), которые шли с 1550 года, о продлении перемирия обострились. Иван Грозный не велел своим новгородским и псковским наместникам «дати перемирья» ливонцам. Москва поставила Ливонии три основных условия: 1) свободный пропуск «из заморья людей служилых и всяких мастеров»; 2) пропуск в Россию товаров имеющих первостепенную важность, свободный пропуск купцов; 3) требование от дерптского епископа выплатить т. н. «юрьевскую дань». На переговорах 1554 года выяснилось, что русские считают выплату дани давней обязанностью «вифлянских немцев». Более того, окольничий А. Адашев и дьяк Посольского приказа И. Висковатый не только потребовали выплаты дани, но и всех «недоимков», накопившихся за прошедшие десятилетия. Сумма оказалась огромной. Когда ливонские послы услышали об этом, у них, по словам ливонского хрониста Ф. Ниенштедта, «чуть глаза изо лба не выскочили и они решительно не знали, как тут быть; условливаться и сговариваться о дани они не имели никакого наказа и не смели также просить о сбавке». При этом Адашев и Висковатый прозрачно намекнули, что если дани не будет, то русский государь сам придет и возьмёт то, что принадлежит ему по праву и старине.
Деваться было некуда, и ливонским послам пришлось уступить давлению русских переговорщиков, которые как оказалось весьма хорошо подготовились и проработали все вопросы. В текс договоров, заключенных между ливонцами и наместниками Новгорода и Пскова, были внесены положения об обязательствах Ливонии выплачивать Ивану Грозному «дань всю Юрьевскую, и старые залоги со всее Юрьевские (Дерптское епископство – Автор.) со всякие головы по гривне по немецкой» и, собрав требуемую дань «как изстари бывало», прислать по истечению 3-летнего срока. Также облегчалась торговля и Ливония не должна была вступать в союз с Польшей и Литвой.
Когда стало ясно, что ливонцы «исправляться» вовсе не собираются (видимо, царь уже знал и о Позвольских соглашениях), в Москве решили наказать немцев. Не хотят по-хорошему, будет по-плохому. Предусмотрительно собранная на границе с Ливонской конфедерацией русская армия тут же была направлена принуждать непонятливых немцев к миру. А невыплата юрьевской дани стала поводом для войны. Очевидно, что на первом этапе Иван Грозный не собирался включать Ливонию или её часть в состав России и воевать с ливонцами всерьез. У него и без этого хватало забот. Русский поход должен был припугнуть немцев, чтобы они пошли на нужное Москве соглашение.
Знатный московитский всадник. А. де Брюин. Гравюра конца XVI в.
Автор: Самсонов Александр Статьи из этой серии: Ливонская война
Ливонская война 1558-1583 годов
Лучшее, что нам дает история,— это возбуждаемый ею энтузиазм.
Ливонская война длилась с 1558 по 1583 года. В ходе войны Иван Грозный стремился получить доступ и захватить портовые города Балтийского моря, что должно было существенно улучшить экономическое положение Руси, за счет улучшения торговли. В данной статье мы поговорим кратко о Левонской войне, а также обо всех ее аспектах.
Начало Ливонской войны
Шестнадцатое столетие было периодом беспрерывных войн. Российское государство стремилось обезопасить себя от соседей и вернуть земли, которые ранее входили в состав Древней Руси.
Войны велись по нескольким направлениям:
Ливония – регион в восточной Балтии. На территории современной Эстонии и Латвии. В те времена существовало государство, созданное в результате крестоносных завоеваний. Как государственное образование, оно было слабым из-за национальных противоречий (прибалтийцы были поставлены в феодальную зависимость), религиозного раскола (туда проникла Реформация), борьбы за власть среди верхушки.
Карта Ливонской войны
Причины начала Ливонской войны
Иван 4 Грозный начал Ливонскую войну на фоне успехов своей внешней политики на других направлениях. Русский князь-царь стремился отодвинуть границы государства на запаз, чтобы получить доступ к судоходным районам и портам Балтийского моря. И Ливонский Орден дал русскому царю идеальные причины для начала Ливонской войны:
Говоря о причине, следует сделать акцент на том, что Ливония отделяла Русь от моря, блокировала торговлю. В захвате Ливонии были заинтересованы крупные купцы и дворяне, которые желали присвоить новые земли. Но главной причиной можно выделить амбиции Ивана IV Грозного. Победа должна была укрепить его влияние, поэтому он вел войну, не считаясь с обстоятельствами и скудными возможностями страны ради собственного величия.
Ход войны и основные события
Ливонская война велась с большими перерывами и исторически разделяется на четыре этапа.
Первый этап войны
На первом этапе (1558–1561) боевые действия велись относительно успешно для России. Русская армия в первые месяцы захватила Дерпт, Нарву и была близка к захвату Риги и Ревеля. Ливонский Орден находился на краю гибели и просил перемирия. Иван Грозный согласился на 6 месяцев остановить войну, но это было огромной ошибкой. За это время Орден перешел под протекторат Литвы и Польши, в результате чего Россия получила не 1-го слабого, а 2-ух сильных противников.
Самым опасным противником для России была Литва, которая на тот момент могла в некоторых аспектах превосходить Российское царство по своему потенциалу. Более того, крестьяне Прибалтики были недовольны новоприбывшими русскими помещиками, жестокостями войны, поборами и другими бедствиями.
Второй этап войны
Второй этап войны (1562–1570) начался с того, что новые хозяева ливонских земель потребовали от Ивана Грозного вывести войска и отказаться от Ливонии. Фактически было предложено, чтобы Ливонская война прекратилась, и Россия осталась ни с чем по ее итогам. После отказа царя сделать это война для России окончательно превратилась в авантюру. Война с Литвой продолжалась 2 года и была неудачной для Российского Царства. Конфликт можно было продолжать лишь в условиях опричнины, тем более что боярство было против продолжения боевых действий. Ранее, за недовольство Ливонской войной, в 1560 г. царь разогнал «Избранную Раду».
Именно на этом этапе войны Польша и Литва объединились в единое государство – Речь Посполитая. Это была сильная держава, с которой приходилось считаться всем, без исключения.
Третий этап войны
Третий этап (1570–1577) – это бои местного значения России со Швецией за территорию современной Эстонии. Они закончились без каких-либо значимых результатов для обеих сторон. Все бои носили локальный характер и никакого существенного влияния на ход войны не имели.
Четвертый этап войны
На четвёртом этапе Ливонской войны (1577–1583) Иван IV вновь захватывает всю Прибалтику, но вскоре удача отвернулась от царя и русские войска были разгромлены. Новый король объединённой Польши и Литвы (Речи Посполитой) Стефан Баторий выгнал Ивана Грозного из прибалтийского региона, и даже сумел захватить ряд городов уже на территории Русского царства (Полоцк, Великие Луки и др.). Боевые действия сопровождались страшным кровопролитием. Помощь Речи Посполитой с 1579 года оказывала Швеция, которая весьма успешно действовала, захватив Ивангород, Ям, Копорье.
От полного разгрома Россию спасла оборона Пскова (с августа 1581 г.). За 5 месяцев осады гарнизон и жители города отбили 31 попытку штурма, ослабив армию Батория.
Окончание войны и ее итоги
Ям-Запольское перемирие между Российским царством и Речью Посполитой 1582 года положило конец длительной и ненужной войне. Россия отказалась от Ливонии. Было утеряно побережье Финского залива. Его захватила Швеция, с которой в 1583 года был подписан Плюсский мир.
Таким образом, можно выделить следующие причины поражения Российского государства, который подводят итоги Лиовнской войны:
Несмотря на отрицательный исход, именно Ливонская война определила направления внешней политики России на долгие годы вперед – получить выход к Балтийскому морю.
460 лет назад началась Ливонская война
Некоторые историки считают Ливонскую войну крупной военно-политической ошибкой царя Ивана Грозного. Например, Н. И. Костомаров усматривал в этой войне излишнее стремление русского царя к завоеваниям. На Западе также называют политику великого русского царя «кровавой» и «агрессивной».
Иван Грозный — один из самых ненавистных русских правителей для Запада и для российских либералов-западников.
Очевидно, что Иван Васильевич проводил такую политику, которая соответствовала национальным, стратегическим интересам русской цивилизации (Руси-России) и русского народа. Поэтому его так и ненавидят на Западе, поливают грязью, очерняют различные холуи и лакеи западной ориентации в самой России (Информационная война против России: чёрный миф о «кровавом тиране» Иване Грозном; «Чёрный миф» о первом русском царе Иване Грозном).
Действительно, Ливонская война была поставлена на повестку дня самой историей, закономерностями её развития. Прибалтика издревле входила в сферу влияния Руси, была её окраиной. Через Балтийское — Варяжское, а до этого Венедское море (венеды – венеты – вандалы – это славяно-русское племя, жившее в Центральной Европе) русы-русские с древнейших времен были связаны множеством интересов с Европой, где тогда проживали их братья по крови, языку и вере.
Таким образом, русское государство, которое в ходе феодальной раздробленности (первой большой смуты) утратило ряд своих окраин-«украин», должно было вернуться в Прибалтику. Этого требовала сама история, экономические и военно-стратегические интересы (ничего не изменилось и в настоящее время). Иван Васильевич, следуя по стопам своего знаменитого деда – Ивана III (который уже пытался решить эту задачу), решил прорвать блокаду, которой отгородили Россию от Европы враждебные ей Польша, Литва, Ливонский орден и Швеция.
Однако естественное стремление России пробиться к Балтике встретило ожесточенное сопротивление Польши, которая вскоре объединилась с Литвой, и Швеции. Польская верхушка опасалась, что усилившаяся Русь решит вернуть и западно- и южнорусские земли, в своё время оккупированные Литвой и Польшей. Швеция строила свою «балтийскую империю», ей конкурент на Балтийском море был не нужен. В целом во время Ливонской войны против Русского царство выступила вся «просвещенная Европа» и была развязана мощная информационная война против «русских варваров» и «кровавого царя-тирана». Именно тогда были сформированы основные методы борьбы с «просвещенного Запада» с «русским Мордором», который собирается завоевать «мирных» европейцев.
Кроме того, на юге был сознан новый «фронт» — Россию атаковала крымская орда, за которой стояла Турция. Тогда Османская империя была ещё могущественной военной державой, которую боялась Европа. Война стала затяжной, изматывающей. Россия воевала не только с передовыми европейскими державами, имеющими первоклассные вооруженные силы, которые поддерживала значительная часть Запада, но и с Крымским ханством и Турецкой империей. Россия вынуждена была отступить. Правительство Ивана Грозного совершило ошибку, решив, что Польша и Швеция (по сути, Запад), позволят Москве занять Ливонию. В итоге эту стратегическую задачу сможет решить только правительство Петра I.
В середине XV века Ливония представляла собой разрозненное государственное образование, существовавшее в форме конфедерации Ливонского ордена, Рижского архиепископства, четырёх княжеств-епископств (Дерптское, Эзель-Викское, Ревельское, Курляндское), и ливонских городов. При этом в результате Реформации влияние епископов в Ливонии резко сократилось, их сан стал во многом лишь формальностью. Реальной властью обладал лишь Ливонский орден, земли которого к началу XVI века составляли более 2/3 территории Ливонии. Широкую автономию и собственные интересы имели крупные города.
В середине XVI века разобщённость ливонского общества достигла предела. Историк Георг Форстен отмечал, что накануне Ливонской войны «внутреннее состояние Ливонии представляло самую ужасную и печальную картину внутреннего разложения». Некогда сильный Ливонский орден утратил прежнюю военную мощь. Рыцари предпочитали решать личные хозяйственные проблемы и жить в роскоши, а не готовиться к войне. Однако Ливония опиралась на сильные крепости и большие города с серьёзными укреплениями. При этом Ливония стала привлекательной добычей для соседей – Польско-литовского союза, Дании, Швеции и России.
Ливония оставалась врагом Руси. Так, в 1444 году вспыхнула война Ордена с Новгородом и Псковом, продолжавшаяся до 1448 года. В 1492 году для борьбы с Ливонией напротив немецкой крепости Нарва был основан Ивангород. В 1500 году Ливонский орден заключил союз с Литвой направленный против Русского государства. Во время войны 1501—1503 гг., в 1501 году Орден был разгромлен русскими войсками в битве под Гельмедом около Дерпта. В 1503 году Иван III заключил с Ливонской конфедерацией перемирие на шесть лет, которое в дальнейшем продлевалось на тех же условиях в 1509, 1514, 1521, 1531 и 1534 гг. Из положений договора, Дерптское епископство должно было ежегодно уплачивать так называемую «юрьевскую дань» Пскову.
За полвека Орден успел забыть трепку, полученную от Ивана III. Договоры действуют, когда их подкрепляют силой (за сотни лет ничего на планете не изменилось). Когда прибалтийские лютеране-протестанты стали посягать на православные церкви, то Василий III их строго предупредил: «Я не папа римский и не император, которые не умеют защитить своих храмов». При Елене Глинской ливонцам снова напомнили о неприкосновенности храмов и свободе торговли для русских. Орден недвусмысленно предупреждали: «Аще кто преступит клятву, на того Бог и клятва, мор, глад, огнь и меч».
Однако в период боярского правления ливонцы в конец распустились. Были разорены русские церкви и «концы», торговые подворья в прибалтийских городах. Орден вообще запретил транзитную торговлю через свою территорию. Все приезжие должны были заключать сделки только с местными купцами, которые пользовались ситуацией и диктовали свои цены и условия, наживались на посредничестве. Более того, орденские власти стали сами решать, какие товары пропускать на Русь, а какие нет. Чтобы ослабить военный потенциал России, ливонцы наложили эмбарго на медь, свинец, селитру, запретили проезд западных специалистов, желающих поступить на русскую службу. Ливонцы писали германскому императору, что «Россия опасна», поставка ей военных товаров и допуск западных мастеров «умножит силы нашего природного врага». Враждебные выходки продолжались. Местные власти под липовыми предлогами грабили русских купцов, отбирали у них товары, бросали в тюрьмы. Бывало, что русских просто убивали.
В 1550 году наступил срок подтверждения перемирия. Москва потребовала от ливонцев выполнять прежние соглашения, но они отказались. Тогда русское правительство официально предъявила претензии. Указывалось на «гостей (купцов) новгородских и псковских бесчестье и обиды и… торговые неисправленья», на запрет пропускать в Россию западные товары и «из заморья людей служилых всяких мастеров». Предлагалось созвать посольский съезд и рассудить вопросы перед третейскими судьями. Только на таких условиях Москва соглашалась продлить перемирие. Но Орден эти предложения проигнорировал и демонстративно подтвердил все торговые санкции.
В 1554 году московское правительство решило усилить давление на Ливонию. Для этого использовали вопрос «юрьевской дани». Когда он возник, точно не известно. Новгород и Псков в прошлом неоднократно вели собственные войны с Ливонией. В одном из сражений псковичи разбили епископа Дерпта (ранее русский Юрьев, основанный русским князем Ярославом Мудрым, он назвал городище Юрьевом по своему христианскому имени), и он обязался платить дань. Дань упоминалась в договорах между Псковом и епископом в 1460 – 1470-х гг., а в 1503 г. её включили в договор между Орденом и Русским государством. О дани уже успели позабыть, но Висковатый и Адашев нашли этот пункт в старых документах. Более того, они его ещё и истолковали по-своему. Ранее территория Прибалтики была русской окраиной, русские основали Колывань (Ревель-Таллин), Юрьев-Дерпт и другие города. Позже их захватили немцы-крестоносцы. Адашев и Висковатый истолковали историю иначе и сообщили ливонцам: предки царя разрешили германцам поселиться на своей земле при условии выплаты дани и потребовали «недоимку» за 50 лет.
На попытки ливонцев возражать Адашев резко ответил: если не заплатите дань, государь сам придёт за ней. Ливонцы струсили и пошли на уступки. Ливония восстанавливала свободную торговлю, обязалась восстановить разрушенные православные церкви, отказывалась от военных союзов с Великим княжеством Литовским и Швецией. Дерптский епископ должен был заплатить дань, а великий магистр и архиепископ Рижский – проследить за этим. На сбор денег давалось 3 года. Когда послы привезли такое соглашение ливонским правителям, те ошалели. Сумма за полвека набежала огромная, за каждый год «по немецкой гривне с головы» дерптского населения. И дело было не только в деньгах. По тогдашним правовым нормам плательщик дани был вассалом того, кому платит.
Но и гнев Москвы навлечь на себя ливонцам не хотелось. Россия в это время была на взлёте. Центральная власть окрепла, военно-экономическая мощь росла с каждым годом. Началось время восстановления великой русской империи, после смутного времени — периода феодальной раздробленности. Москва становилась правопреемницей Ордынской империи, Россия — огромной континентальной (евразийской) империей.
Ливонские власти решили схитрить. Русскому послу они принесли присягу, что все условия выполнят. Но оставили себе лазейку – сообщили, что договор не имеет силы, пока не утверждён императором, так как Орден является частью Германской империи. А выполнять принятые условия Ливония не стала. Местные власти, рыцари уже давно стали торгашами, имели самые тесные связи торговцами и не хотели терять огромных доходов от посреднической торговли. В результате городские магистраты оставили в силе все ограничения наложенные на русских. И тем более никто не собирался собирать какую-то дань и восстанавливать за свой счёт православные церкви. Москва же была связана войнами с Казанью, Астраханью, Крымской ордой, значит, пока не могла заняться Ливонией.
Ливонская конфедерация сама начала разваливаться. Польский король Сигизмунд II провёл тайные переговоры с Рижским архиепископом Вильгельмом. В результате архиепископ назначил своим заместителем и преемником Кристофа Мекленбургского (ставленник поляков). Впоследствии, став архиепископом, Кристоф должен был преобразовать архиепископство в княжество, зависимое от Польши. Эти планы вскоре перестали быть тайной, разразился большой скандал. Великий магистр Фюрстенберг собрал рыцарей, атаковал архиепископа и захватил его в плен вместе с заместителем Кристофом. Однако Польша пригрозила войной. Магистр не смог собрать войско, Ливония оказалась беспомощной перед Польшей. В сентябре 1556 года магистр публично извинился перед польским королем и подписал соглашение. Вильгельму вернули архиепископство. Ливония предоставила Литве свободу торговли, и заключила с ней антирусский союз. Также ливонцы обязались не пропускать в Россию товары военного назначения и западных специалистов. Таким образом, Ливония нарушила все условия перемирия с Россией.
Тем временем у России в очередной раз обострились отношения со Швецией. Шведы решили, что Москва окончательно увязла на востоке, дела её плохи и пора использовать благоприятный момент. С 1555 года шведы стали грабить и захватывать русские приграничные земли, луга и рыбные ловы. Когда крестьяне пытались дать отпор, их деревни жгли. Наместник Новгорода князь Палецкий направил посла Кузьмина в Стокгольм к королю Густаву с протестом, но его арестовали. Шведский король обиделся, что ему приходится сноситься с новгородским наместником, а не русским царем. В Швеции возобладала партия войны. Ходили «радостные» слухи, что русская армия разбита татарами, что царь Иван Васильевич то ли погиб, то ли его свергли и началась смута. Мол, пора воспользоваться ситуацией.
Шведские войска перешли границу. Новгородские отряды у границы были разбиты. Шведы бесчинствовали в Карелии. Шведский флот адмирала Якоба Багге весной 1555 года прошёл в Неву и высадил десант. Шведский корпус осадил Орешек. Но слухи о катастрофическом положении России не оправдались. Орешек устоял, ему на помощь вышли русские рати. Они сильно надавили на шведский корпус, противник понёс большие потери и бежал. В Новгороде собрали большую армию. Но шведы продолжили воевать, надеясь на поддержку Польши и Ливонии (те обещали поддержку, но обманули). Русские войска вторглись в шведскую Финляндию, в январе 1556 года разгромили шведов под Выборгом и осадили вражескую крепость. Шведские территории были сильно разорены.
Густав взмолился о мире. Москва дала согласие на переговоры. В марте 1557 года был подписан мирный договор сроком на 40 лет. Договор в целом сохранял статус-кво, но кто победил в войне, было очевидно. Старая граница была восстановлена, русских пленных отпускали, шведы своих выкупали. Условились о взаимной свободной торговле между обоими государствами и о свободном проезде через них в другие земли. Шведского кроля унизили за его прежнюю гордость – он не хотел вести переговоры с наместником Новгорода. Отписали, что иметь дело с Новгородом для него «не бесчестье, а честь», потому что пригороды Новгорода (Псков и Устюг) «больше Стекольны» (Стокгольма), а наместники – «дети и внучата государей литовских, казанских и русских». Шведский же король «не в укор, а единственно в рассуд… давно ли торговал волами?» (Густава возвели на трон повстанцы). Густаву пришлось забыть о своей гордыне, пока русские ещё раз не всыпали шведам. 1 января 1558 года договор со Швецией вступил в силу.
Ливонцы, увидев на примере Швеции силу Москвы, забеспокоились. Срок выплаты «юрьевой дани» истекал. Орден попытался снова оспорить её, но в Москве ливонских послов даже не стали слушать. Затем русский царь Иван Васильевич разорвал торговлю с Ливонией, запретил ездить туда псковским и новгородским купцам. Началось восстановление крепости Ивангород. На западной границе стали собираться войска. Новые переговоры снова не привели к успеху.
В январе 1558 года 40-тыс. русская армия под командованием касимовского царя Шиг-Алея (Шаха-Али), князя М. В. Глинского и боярина Даниила Романовича Захарьина вторглась в Ливонию. К походу были привлечены новые подданные Москвы – казанские татары, мари (черемисы), кабардинцы, черкесы, союзные ногайцы. Присоединились новгородские и псковские охотники (так называли добровольцев). Русские войска за месяц прошли по пути Мариенбург – Нейгаузен – Дерпт – Везенберг – Нарва. Русские отряды немного не дошли до Риги и Ревеля. При этом русская армия не брала укрепленные города и крепости, чтобы не задерживаться. Громили неукрепленные посады городов, села. Это был разведывательно-карательный поход с целью наказать Орден за его выходки и заставить принять условия Москвы. Ливония была опустошена.
В феврале войска вернулись в русские пределы, захватив огромную добычу и ведя толпы пленных. После этого по указанию царя Шиг-Алей выступил как бы в роли посредника – отписал правителям Ордена, что винить они должны себя, так как нарушили соглашения, но если хотят исправиться, то ещё не поздно, пусть посылают делегатов. Узнав об отправке в Москву посла от магистра, Шиг-Алей приказал остановить боевые действия.