Николай Стариков
политик, писатель, общественный деятель
Идеолог перестройки… Архитектор развала… Александр Яковлев…
Идеолог перестройки… Архитектор развала… Александр Яковлев…
Источник: www.discred.ru
Принято считать, что именно Александр Яковлев был одной из ключевых фигур, приведших советское общество к катастрофе и разрушению. И тут нет тех нюансов, которые возникают в спорах об оценке Горбачёва. Нет версий, которые утверждали бы, что на самом деле он хотел «обновить социализм», но ему не дали или у него не получилось. Нет даже версий, утверждающих, что все принесённые им несчастья – просто от самонадеянности, безграмотности и бездарности, как в случае с Горбачёвым, да и отчасти Ельциным.
Большинство согласно – Яковлев сознательно делал то, что делал. Разрушал. Страну, в которой родился. Строй, за служение которому официально получал деньги как партийный работник.
Он жил за счёт взносов тех, кто в данные идеалы верил, – и делал всё, чтобы эти идеалы разрушать.
Одни, что естественно, видят в этом предательство и непорядочность. Другие, как ни странно, – мужество и героизм. Но что он это делал – не спорит никто. Вся спорность – был он тайный враг или явный предатель.
Есть, правда, версия, которой он одно время придерживался, косвенно намекая на неё высказываниями о том, что «лишь идиоты не меняют своих взглядов», то есть «сначала верил, а потом разочаровался».
Это частое объяснение многих из тех, кто в конце 80-х годов одномоментно перешёл от восхваления социализма и советской власти к их обличению.
Как звучало в стихах 91-года: «Товарищ, друг, мы преданы с тобой! Партийные вожди меняют партбилеты. Морально прогоняют нас с тобой от совести свободные газеты».
Сам Яковлев утверждал, что замысел борьбы против страны и её строя вынашивал ещё в 50-е годы. Вот его собственные слова:
«После XX съезда в сверхузком кругу своих ближайших друзей и единомышленников мы часто обсуждали проблемы демократизации страны и общества. Избрали простой, как кувалда, метод пропаганды идей позднего Ленина. Группа истинных, а не мнимых реформаторов разработали (разумеется, устно) следующий план: авторитетом Ленина ударить по Сталину, по сталинизму. А затем, в случае успеха, Плехановым и социал-демократией бить по Ленину, либерализмом и нравственным социализмом – по революционаризму вообще.
Советский тоталитарный режим можно было разрушить только через гласность и тоталитарную дисциплину партии, прикрываясь при этом интересами совершенствования социализма. Оглядываясь назад, могу с гордостью сказать, что хитроумная, но весьма простая тактика – механизмы тоталитаризма против системы тоталитаризма – сработала».
Хотя этим признанием можно заретушировать простое корыстное предательство и платную работу на внешние силы.
О том, что Яковлев был связан с иностранными разведслужбами, глухо упоминают многие работавшие с ним партийные и государственные деятели, например, Крючков, Фалин…
Причём Крючков был назначен на пост председателя КГБ, в частности, и по инициативе и при поддержке Яковлева. И вряд ли можно было бы говорить о сведении счетов и запоздалой мести из-за личной неприязни. Рекомендовал его Яковлев потому, что в 60-е годы вместе с ним работал в ЦК КПСС и они были в неплохих отношениях.
Симпатизанты Яковлева ссылаются на то, что после обвинений со стороны Крючкова, высказанных в 93-м году, Прокуратура РФ и Служба внешней разведки проводили расследование и дали заключение об отсутствии данных, подтверждающих это обвинение.
Хотя какое ещё заключение могли дать в те годы спецслужбы тогдашней власти по поводу одного из её фаворитов.
Яковлева тогда даже назначили на одну из ключевых должностей: в 1993–1995 годах он возглавлял Федеральную службу по телевидению и радиовещанию и гостелерадиокомпанию «Останкино».
После чего «Останкино» перестало существовать, а на его базе создали ОРТ, контроль над которым получил Б. Березовский.
Прекратив деятельность национальной телекомпании, Яковлев опять занялся партработой: возглавил Российскую партию социальной демократии. В 95-м она пошла на выборы в составе блока во главе с Гайдаром – и вместе ним провалилась. В 99-м заявила о неофициальном вхождении в СПС. В 2002-м не смогла собрать кворум на собственном съезде и официально самораспустилась.
Можно, конечно, предположить, что и тут Яковлев сначала вёл идейную борьбу против «Останкино», а затем – такую же идейную – уже против сторонников «социальной демократии» и союзных им гайдаровских «либералов-рыночников». Но результат его «идейной борьбы» всегда оказывался почти одинаковым – «архитектор у развалин».
Версию о том, что Яковлев был завербован западными спецслужбами, её авторы косвенно подтверждают тем, что в 1958–1959 годах он проходил по направлению ЦК КПСС стажировку в Колумбийском университете (США). И стажировался вместе с Олегом Калугиным (и был дружен с ним), чья шпионская деятельность доказана, им самим признана и его в 2002 году российский суд счёл виновным в измене Родине.
Был или не был Яковлев агентом иностранных спецслужб – но делал он то, что делал. И результат был таким, каким был. Спор лишь о том, вёл он эту работу за деньги других стран или бесплатно.
Упрекающим его в антипатриотичности Яковлев и его защитники любили напоминать о его службе в армии в годы Великой Отечественной войны. Хотя есть намёки на то, что ранение, из-за чего его комиссовали, у него было из тех, какими не гордятся и какие в бою лицом к лицу с врагом не получают.
С 46-го он на партийной работе, с 53-го – в аппарате ЦК КПСС.
В 65-м Брежнев назначил его заместителем заведующего отделом пропаганды ЦК КПСС, вскоре освободилось место заведующего – но Яковлева несколько лет до изгнания из ЦК начальником так и не назначали. Что-то останавливало. Настораживало. До конца не верили.
В 72-м Яковлев опубликовал в «Литературной газете» статью «Против антиисторизма», в которой выступил против зарождавшегося в литературе национально-почвеннического течения.
Но Яковлев не угадал. Суслов, похоже, и так ему не вполне доверявший, увидел не коммунистическую принципиальность, а партийную интригу. И не поддержал, а напротив, одобрил устранение из ЦК и почётную ссылку Яковлева – направление на пост посла в Канаде.
Откуда неудавшегося идеолога вытащил уже Горбачёв. Он в 1983 году как член Политбюро и секретарь ЦК посетил Канаду, сошёлся с Яковлевым и уговорил Андропова вернуть того в Москву, но на академический, а не партийный пост. А став уже генсеком – перевёл на работу в ЦК КПСС.
На Горбачёва произвела впечатление свойственная Яковлеву многозначительность – и имитация глубокомысленности…
Вышеупомянутая статья Яковлева как попытка укрепить положение путём организации идеологического и литературного погрома была у него не первой.
Став заместителем заведующего отделом пропаганды, он написал объёмный донос в Политбюро на фантастов братьев Стругацких. В докладной записке, посвящённой, как утверждалось, неблагополучному положению дел в фантастике, Яковлев упрекал писателей и издательство «Молодая гвардия» в абсолютно нелепых вещах.
Авторы, тогда писавшие лишь прокоммунистические вещи и не успевшие сочинить ещё ничего, что позже стало рассматриваться как сомнительное и упадническое, – обвинялись в безыдейности и всём том, в чём могло кондовое бюрократическое и ортодоксальное мышление упрекнуть преданного идее коммуниста.
Последовала погромная волна в фантастике, отчасти смягчённая работавшим с издательствами партаппаратом, понимавшим абсурдность обвинений Яковлева. Интересная деталь – обыски проводились тогда даже у культовой фигуры советской фантастики Ивана Ефремова.
Однако своей цели Яковлев тогда добился – его позиции упрочились. А поскольку одно из его обвинений было в адрес главного теоретического органа ЦК КПСС журнала «Коммунист», публиковавшего статьи в поддержку Стругацких, Яковлев получил пост члена его редколлегии.
Есть версия, что именно Яковлев подтолкнул Ельцина на резкое критическое выступление на пленуме ЦК в октябре 87-го. После которого тот утратил посты в Политбюро и первого секретаря МГК КПСС и попал в опалу – а в итоге стал врагом КПСС и захватил власть в стране.
И дело не в том, что Яковлев конструировал именно такой ход событий. Он обеспечивал укрепление своих позиций и ослабление возможных конкурентов.
К середине 87-го в партии были три наиболее весомые фигуры. Михаил Горбачёв, на которого ещё возлагали надежды по обновлению социализма. Егор Лигачёв, возглавлявший работу секретариата и курироваший идеологическую сферу. И Борис Ельцин, завоевавший на тот момент популярность активными (хотя и спорными) действиями в Москве.
Лигачёв активно поддерживал Ельцина, и оба на тот момент принадлежали к левому и антирыночному крылу партийного спектра.
Говорят, Яковлев не просто подал Ельцину идею резкого выступления, а и сумел сделать так, чтобы мишенью последнего стали и Горбачёв, и Лигачев, и обещал свою активную поддержку (возможно, не только свою).
Но когда Ельцин выступил – на него обрушились все, в том числе и сам Яковлев.
В результате Ельцин положение в партии потерял, Горбачёв оказался в положении мстящего за критику автократора, а Лигачёв стал символом главного бюрократического зла и сопротивления переменам.
А Яковлев со своей периферийной позиции в руководстве по сути приобрёл статус второго лица в партии.
И через полгода практически его укрепил по ранее описанной схеме.
Он организовал внутрипартийный погром «врагов перестройки», использовав очередной донос Горбачёву – по поводу ничего особенного собой не представлявшей статьи Нины Андреевой, чья публикация в «Советской России» была предварительно согласована именно с Горбачёвым.
«Провокация-донос-погром» – это была типичная модель действий Александра Яковлева, обеспечивавшая ему движение в партийной карьере.
Если в это время он уже был завербованным агентом, алгоритм действий несколько удивляет повторяемостью и сугубо отечественной бюрократической примитивностью.
Если же он, как пишет, действовал для разрушения «бесчеловечной системы», с этической точки зрения его методы весьма сомнительны.
Перефразируя известный афоризм, можно сказать про Яковлева: «Избавь нас боже от таких борцов с тоталитаризмом – а с самим тоталитаризмом мы и сами как-нибудь разберёмся».
Александр Яковлев всегда считал себя достойным большего, чем имел.
Он хотел выглядеть интеллектуалом. Огрубевшие хозяйственники и балансирующие на грани инфаркта орговики, которые не могли поддержать разговор о Сартре или Млынарже и не читали антисоветской литературы (доступной в Канаде), вызвали у него отторжение своим «антиинтеллектуализмом».
Он претендовал на пребывание в «рефлексии», когда другие занимались конкретной работой. Он смотрел свысока на них – они с недоумением на него. Пожив долго за рубежом, он приобрел чувство исключительности. Но его невысоко ценили и теоретики, и практики.
Первые – ибо быстро разглядели его поверхностность и имитационность. Вторые – потому что не терпели его пренебрежение и высокомерие.
Коллеги опасались его недоброжелательности, завистливости, готовности к доносительству и интриге. Подчинённые не любили за пренебрежительность. Руководство не доверяло из-за неискренности и претенциозности.
В Яковлеве накапливались комплексы неудачника. Уверенного, что окружающие «бездарности» и «плебеи» не способны оценить его талант и прозорливость.
Он не любил и презирал даже Горбачёва – ещё тогда, когда тем восхищалась страна. Он видел малообразованность и тщеславие генсека, его неумение доводить дело до конца, претензию на великую историческую роль, слабость и готовность всегда уступить давлению.
Яковлев всегда считал себя более достойным занять этот пост – и понимал, что для него стать главой партии уже невозможно.
Он считал, что если б не изгнали его из ЦК в 73-м, к концу 70-х он имел бы все шансы стать и одним из секретарей ЦК по идеологии, и вторым человеком в этой сфере после Суслова. Но если б получилось так, он в 80-е годы мог стать одним из претендентов на пост генсека.
Он не любил и презирал окружающих – они отторгали его. Он был уязвлён кажущейся недооценкой. Копящий желчь и злобу, он получил возможность мстить – и он мстил. Всем. Людям. Партии. Стране.
Он вёл страну к катастрофе за то, что она его не оценила.
Кто-то увидел в нём «архитектора перестройки». Кто-то – идейного борца против тоталитаризма.
Он же был лишь получившим власть мизантропом, мстящим людям и обществу за то, что они не сумели разглядеть в нем его скрытую и мнимую гениальность.
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
В частности, любопытное признание сделал не так давно бывший секретарь ЦК КПСС Валентин Фалин.
Выступая на одном из научных семинаров, посвящённом 20-летнему юбилею развала Советского Союза, Валентин Михайлович поведал об одном разговоре, случившемся в годы перестройки между тогдашним председателем КГБ Владимиром Крючковым и Генеральным секретарём ЦК КПСС Михаилом Горбачёвым.
Крючков докладывал генсеку о подозрительной деятельности ближайшего горбачёвского сподвижника Александра Яковлева. Глава КГБ тогда прямо заявил о том, что Яковлев работает на американцев и что его вербовка произошла ещё в далёком 1959 году, когда он стажировался в США.
Ответ Горбачёва просто шокировал главу КГБ: «Яковлев полезный для перестройки человек? Если полезный, то простим его. У кого из нас в молодости не было грехов. ».
А скоро не без активного яковлевского участия рухнул Советский Союз. Таким образом, оперативные сведения КГБ о высокопоставленном изменнике окончательно исчезли где-то в недрах бывших партийных архивов.
Агент национальной опасности
А вот что об этом вспоминал известный московский журналист Евгений Жирнов:
«Первые разговоры о том, что в отношении бывшего члена Политбюро ЦК КПСС, а на тот момент члена Президентского совета СССР Александра Яковлева ведётся некая проверка по линии госбезопасности, я услышал в 1990 году. Тогда в редакцию валом валили недовольные политикой партии и правительства офицеры советской армии, МВД и КГБ, которые в духе царившей тогда гласности хотели обнародовать своё мнение о ситуации в стране. Попутно они говорили и много других интересных вещей. Оперативник из Первого главного управления КГБ (разведка), например, рассказал, что занимался поиском зарубежной собственности Яковлева и министра иностранных дел СССР Эдуарда Шеварднадзе. Он утверждал, что, по имеющимся у ПГУ данным, оба купили недвижимость на средства, полученные от американцев. Офицер утверждал, что ему удалось обнаружить принадлежащие Шеварднадзе плантации в Южной Америке. А собственность Яковлева продолжают искать».
Уже после развала Советского Союза Жирнов собрал все шпионские слухи, гулявшие вокруг Яковлева, и решил с ними наведаться к самому герою. Журналист ожидал, что Яковлев либо обратит всё в шутку, либо просто выгонит. Но реакция бывшего члена Политбюро оказалась неожиданной:
В общем, стало ясно, что дело тут точно нечисто.
Надо сказать, что американцы не просчитались. Они завербовали очень неглупого человека, к тому же весьма перспективного в плане партийной карьеры. Ибо сразу после возвращения в СССР Яковлев становится работником отдела пропаганды ЦК КПСС. Судя по сохранившимся документам той эпохи, он проявлял необычайное рвение в изобличении и искоренении любой «идеологической крамолы», хоть в малейшей степени отходящей от установок партии.
Не удивительно, что вскоре его заметил сам Михаил Суслов, главный партийный идеолог. Об этом человеке стоит сказать особо. Именно этот дремучий коммунистический фанатик превратил марксизм-ленинизм из творчески развивающейся науки, каковой она была при Ленине и Сталине, в некую почти религиозную догму, где всё предлагалось принимать на веру, без каких-либо обсуждений и дискуссий. Очень быстро коммунистическая идея потеряла привлекательность даже среди граждан СССР, что стало одной из предпосылок гибели первого в мире социалистического государства.
А под крылом малограмотного догматика Суслова развелось великое множество откровенных проходимцев, успешно делавших себе карьеру на сусловской «железобетонной» идеологии! Среди них оказался и Яковлев, который, по свидетельству очевидцев, даже после распада СССР неизменно отзывался о своём благодетеле с большим восхищением.
Правда, в 1972 году с Яковлевым случился казус. Он опубликовал в «Литературной газете» большую статью под названием «Против антиисторизма», в которой выступил с нападками на русских писателей-деревенщиков, ратовавших за сохранение национального уклада жизни и выступавших против развала русской деревни. Александр Николаевич, козыряя казённой партийной фразеологией, назвал писателей «русскими националистами и шовинистами», которым-де нет места в интернациональном советском обществе.
Но партийный пропагандист получил неожиданный отпор. Писатели пожаловались на яковлевскую клевету в ЦК. Среди возмутившихся был и Михаил Шолохов, который дошёл до самого Леонида Брежнева. Говорят, Брежнев на заседании Политбюро сказал о Яковлеве следующее: «Этот проходимец хочет нас поссорить с русской интеллигенцией». И жизнь идеолога снова сделала крутой поворот.
Как раз в это самое время в КГБ и стала поступать информация о возможных связях Яковлева с западными спецслужбами. Так, сотрудник безопасности нашего посольства в Канаде докладывал в Москву о том, что он встречался со своим источником информации из числа влиятельных британских бизнесменов. И этот источник предупредил особиста: «Будь осторожен с вашим новым послом. Судя по всему, он работает на нас».
Одновременно КГБ фиксировал широкий образ жизни, какой вёл Яковлев. У него регулярно стали появляться очень дорогие вещи, которые просто никак не могли вписаться в официальные денежные доходы, полагающиеся советскому послу. Кроме того, Александр Николаевич регулярно совершал непонятные и тайные визиты к западным политикам, даже не согласовывая их ни с Министерством иностранных дел, ни с органами КГБ.
Не удивительно, что, получив такую индульгенцию, Яковлев уже фактически ничего не скрывал и никого не стеснялся. В мае 1983 года он организовал визит в Канаду тогдашнего секретаря ЦК по сельскому хозяйству Михаила Горбачёва. Яковлев не просто сопровождал сельхозсекретаря, но и организовал ему ряд тайных от советского руководства встреч с влиятельными лицами западного мира. Среди них значился и премьер Канады Поль Трюдо, доверенное лицо президента США Рональда Рейгана и премьера Британии Маргарет Тэтчер. Видимо тогда западникам и удалось втянуть в свои «сети» болтливого и недалёкого Горбачёва, а Яковлев при нём стал своего рода «смотрящим».
Вернувшись после Канады в Москву, Александр Николаевич сделал головокружительную карьеру. При содействии многочисленных последователей уже умершего к тому времени Суслова он, всего за несколько лет, прошёл путь от директора Института мировой экономики и международных отношений Академии наук СССР до главного партийного идеолога и члена Политбюро! Не без его активного участия в марте 1985 года партию и страну возглавил Михаил Горбачёв, уже готовый к тому времени агент западного влияния. Образовался своего рода тандем, который под видом провозглашённой им же перестройки принялся усиленно разваливать Советский Союз.
. Какой из всего этого следует урок? Прежде всего тот, что перед законом должны быть все равны, без какого-либо исключения. Когда после смерти Сталина органам госбезопасности было запрещено вмешиваться в деятельность партии и даже возбуждать уголовные дела против партийных функционеров, КПСС стала разлагаться невиданными темпами. Её ряды стремительно пополнялись неприкосновенными взяточниками, самодурами, дилетантами, аферистами и настоящими предателями, вроде перестроечного тандема. Даже имея на руках убедительные доказательства, органы правопорядка не могли привлечь всех этих деятелей к ответственности. Поэтому вопрос краха великой страны оказался лишь делом времени.
И ещё один важный урок. Закостенелая монополия на истину в последней инстанции по сусловским рецептам также оказалась благоприятной средой для размножения негодяев от власти. Ибо существовать в такой затхлой атмосфере могут лишь прожжённые циники, напрочь лишённые каких-либо нормальных человеческих чувств, в том числе и любви к своей Родине.
Интересно, помнят ли об этом в современном Кремле?
Александр Николаевич Яковлев. Биографическая справка
18 октября исполняется пять лет со дня смерти Александра Яковлева, советского и российского общественного и политического деятеля, одного из идеологов перестройки в СССР.
Александр Николаевич Яковлев родился 2 декабря 1923 г. в деревне Королево Ярославской области в бедной крестьянской семье.
Окончил семилетнюю школу в своей деревне и среднюю школу в поселке Красные Ткачи. Окончание школы совпало с началом Великой Отечественной войны. Учитывая среднее образование, Александр Яковлев был направлен на 3-х месячные курсы командиров в Ленинградское стрелково-пулеметное училище в город Глазов (Удмуртская АССР). После окончания учебы лейтенант Яковлев был направлен на Волховский фронт.
В 1941-1943 гг. он воевал на Волховском фронте, где командовал взводом в составе 6-й отдельной бригады морской пехоты. После тяжелого ранения вернулся домой инвалидом.
В 1946 г. он окончил исторический факультет Ярославского государственного педагогического института им. К.Д. Ушинского. Параллельно с учебой заведовал кафедрой военно-физической подготовки. Окончил Высшую партийную школу при ЦК КПСС.
С 1948 г. Александр Яковлев работал в газете «Северный рабочий».
С 1950 по 1953 год был заведующим Отделом школ и высших учебных заведений Ярославского обкома КПСС.
С 1953 г. Александр Яковлев работал в аппарате ЦК КПСС. С 1953 по 1956 год был инструктором в аппарате ЦК КПСС.
Учился в аспирантуре Академии общественных наук при ЦК КПСС. В 1958-1959 гг. стажировался в Колумбийском университете (США), после чего продолжил работу в ЦК КПСС в должности инструктора, заведующего сектором, с 1965 г. – заместителя заведующего отделом пропаганды, с 1969 по 1973 год исполнял обязанности заведующего отделом.
В 1960 г. он защитил кандидатскую, а в 1967 г. – докторскую диссертации по историографии внешнеполитических доктрин США.
В ноябре 1972 г. в «Литературной газете» была опубликована статья Александра Яковлева «Против антиисторизма», в которой он критиковал идеологию национал-патриотов.
В 1973 г. он был отстранен от работы в партийном аппарате и направлен послом СССР в Канаду, где проработал 10 лет.
Перестройка дала Яковлеву возможность вернуться к активной политической деятельности на родине. В 1983 г. секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачев настоял на его возвращении в Москву.
С 1983 по 1985 год Александр Яковлев работал директором Института мировой экономики и международных отношений АН СССР. В 1984 г. он был избран депутатом Верховного Совета СССР. Летом 1985 г. назначен заведующим отделом пропаганды ЦК КПСС.
В 1986 г. избран членом ЦК КПСС, секретарем ЦК; отвечал за вопросы идеологии, информации и культуры.
В 1988 г. на XIX Всесоюзной партийной конференции была создана Комиссия по подготовке резолюции о гласности во главе с Александром Яковлевым, представившая документ, закрепивший завоевания перестройки в области свободы слова. На сентябрьском (1988) пленуме ЦК КПСС были перераспределены обязанности секретарей ЦК КПСС, и Яковлев стал председателем Комиссии ЦК КПСС по вопросам международной политики.
Весной 1989 г. Яковлев был избран народным депутатом СССР от КПСС.
С марта 1990 по январь 1991 года он был членом президентского совета СССР. На следующий день после назначения на этот пост подал заявление о выходе из состава руководящих органов ЦК КПСС, однако вплоть до XXVIII съезда партии продолжал исполнять обязанности секретаря ЦК и члена Политбюро.
После роспуска Президентского совета он был назначен на пост старшего советника при президенте СССР. Подал в отставку с этого поста 27 июля 1991 г.
2 июля 1991 г. вместе с Александром Вольским, Николаем Петраковым, Гавриилом Поповым, Анатолием Собчаком, Иваном Силаевым, Станиславом Шаталиным, Эдуардом Шеварднадзе, Александром Руцким Александр Яковлев подписал обращение о создании Движения демократических реформ (ДДР), а затем вошел в его Политсовет.
15 августа 1991 г. Центральная Контрольная комиссия КПСС рекомендовала исключить Яковлева из рядов КПСС за выступления и действия, направленные на раскол партии. 16 августа 1991 г. Яковлев заявил о выходе из рядов партии.
20 августа 1991 г. он выступил на митинге у здания Моссовета в поддержку законной власти, против мятежа ГКЧП. В конце сентября 1991 г. был назначен советником по особым поручениям и членом Политического консультативного совета при президенте СССР.
В середине декабря 1991 г. на Учредительном съезде Движения демократических реформ Александр Яковлев был избран одним из сопредседателей Движения.
В конце декабря 1991 г. он присутствовал при передаче власти от президента СССР Михаила Горбачева президенту России Борису Ельцину.
С января 1992 г. он занимал пост вице-президента Фонда социально-экономических и политологических исследований («Горбачев-фонд»).
В конце 1992 г. Александр Яковлев был назначен председателем Комиссии при президенте РФ по реабилитации жертв политических репрессий.
Одновременно в течение 1993-1995 гг., в соответствии с указом президента России, Яковлев возглавлял Федеральную службу по телевидению и радиовещанию и Государственную телерадиокомпанию «Останкино».
Был также председателем Общественного совета газеты «Культура», почетным председателем Совета директоров Общественного Российского телевидения (ОРТ) и сопредседателем Конгресса интеллигенции России. Возглавлял Международный фонд «Демократия» (Фонд Александра Николаевича Яковлева), Международный фонд милосердия и здоровья и Клуб «Леонардо» (Россия).
В 1995 г. он организовал Российскую партию социальной демократии (РПСД).
За Александром Яковлевым закрепились титулы «архитектора перестройки» и «отца гласности».
Под его редакцией выходило многотомное издание «Россия. XX век. Документы», в котором впервые были публикованы неизвестные ранее документы советской истории.
Александр Яковлев являлся членом Союза писателей Москвы, был почетным доктором Даремского и Экзетерского университетов (Великобритания), Университета Сока (Япония). За научные заслуги ему была присвоена почетная Серебряная медаль Карлова университета в Праге.
Награжден орденами Октябрьской Революции, Красного Знамени, Красной Звезды, Отечественной войны 1-ой степени, Дружбы Народов, «За заслуги перед Отечеством» 2-ой степени, тремя орденами Трудового Красного Знамени, орденом Русской Православной Церкви преподобного Сергия Радонежского 3-ей степени, Большим офицерским крестом ордена «За заслуги» (ФРГ), Командорским крестом ордена «За заслуги перед Польской Республикой», орденом Гедиминаса (Литовская Республика), орденом «Три креста» (Латвийская Республика), орденом «Терра Мариана» (Эстонская Республика), орденом Боливара (Венесуэла), а также многими медалями.
Александр Николаевич Яковлев скончался 18 октября 2005 г. в Москве, похоронен на Троекуровском кладбище.
Материал подготовлен на основе информации открытых источников