кто такой правый и левый по понятиям околофутбола

Кто такой правый и левый по понятиям околофутбола

С самого начала в фанатском движении начала образовываться своя иерархия. Как только появились первые движения, фанаты сразу начали делить себя на «правых» и «левых». Критерии, по которым фаната считали «правым» или «левым», в разных движениях могли незначительно отличаться, но у всех настоящим уважением и авторитетом пользовался только «правый» фанат. И авторитет этот нужно было заслужить только конкретными действиями – на стадионе, в драке и на выезде. А в начале 1980-х даже просто появление на улице или на стадионе с шарфом своей команды выглядело как вызов окружающим.

Виктор «Батя», «Динамо» (Москва):

Тогда движение четко делилось на «правых» и «левых». Были «правые», которые в силу какой-то смелости, вызова обществу носили шарфы, несмотря на гонения, ездили на выезды, несмотря на гонения. Участие в драках в те времена [не всегда можно] было поставить в зачет, потому что они были спонтанными. Да, приезжали друг к другу, приезжали прямо к стадиону, но как таковых «забивок» не было. У «Динамо» был знаменитый столб перед западной трибуной – он и сейчас стоит, – и в восьмидесятые даже мы, маленькие, знали, что к этому столбу подходят после матча. Кто-то ехал домой, в метро снимал шарф и прятал, – а кто-то оставался, подходили к столбу.

Деление на «правых» и «левых» играло роль и в драках. Причем иногда оно оказывалось даже важнее, чем «клубная принадлежность». Фанаты начала 1980-х рассказывают, что сделать «акцию» против «левых» фанатов команды, с которой вроде как дружишь, не считалось зазорным: «левые» есть «левые». В то же время «правые» фанаты с некоторым уважением относились к «правым» фанатам враждебной команды: шарфы с них не снимали, хотя дрались, конечно.

Виктор «Батя», «Динамо» (Москва):

Была даже поговорка – «правый» с «правого» шарф не снимет, но морду разобьет. А вообще, старались бить «левых». Считалось, что если «правые» завалят «левого», то ничего страшного, никаких предъяв не будет никому. А вот если две «правые» бригады, два «костяка» встретятся, то это было страшно. И один раз я стою [в метро] – жду, когда проедут вагоны с «правыми» «спартаковцами», я их в лицо знал. Они обычно садились в первый вагон, чтобы сразу обозревать всю станцию – кто там стоит. От нас они угроз не ждали – от «Динамо», потому что вроде дружили в те времена. Могли ждать от ЦСКА. И я «зевнул» – «левых» принял за «правых». Говорю – все, те проехали. И подъезжает вагон со «спартачами» – выходят Жора Добчинский, Рыжий. И выскакивают наши. Составы равные. И все друг друга знают и понимают, что произошло. И «спартаковцы» спрашивают: вы чего здесь стоите? Да мы просто встали. А вы чего вышли? Слово за слово, доходит до перебранки, а там и до драки один на один.

Деление на «правых» и «левых» сохранялось еще в конце 1980-х – начале 1990-х. Авторитетным мог быть только «правый» фанат, а «левых» – которые еще не наездили десять выездов или ходили на стадион, но не участвовали в драках, – обзывали «фантомасами».

Внутри одного движения деление на «правых» и «левых» часто приводило к дедовщине: авторитетные – «правые» – фанаты требовали с «левых» денег на водку, издевались над ними. Особенно свирепствовала дедовщина во время выездов – доходило до того, что молодые фанаты, не сделавшие еще положенных десять выездов, старались не попасть в один вагон с «правыми». Но говорить, что это было во всех движениях, нельзя: в каждой фанатской группировке отношения складывались по-своему. Такая ситуация продолжалась довольно долго – по крайней мере, до начала 1990-х годов.

«Шляпа», «Зенит» (Санкт-Петербург):

У нас на «грядке» было коллективное руководство на уровне авторитетности. Не было выборности – люди признавали этого человека и принимали, что он авторитет. Среди этих людей – «выездюков», возможно, не всегда кто-то вел себя адекватно. Кому-то в зубы мог дать, с кого-то денег попросить, с молодого, еще что-то. И если кто-то обижался, то он уходил на сорок седьмой сектор.

Игорь М., «Спартак» (Москва):

Про Софрона могу сказать, что я и моего возраста ребята старались с ним в один вагон на выездах не попадать. Потому что с ним ездило много народу, которые у молодых забирали вещи, деньги и так далее. Но я ни разу не видел, чтобы сам он этим занимался. А деньги «на барабан Софрону» собирали постоянно. А Рифат, помню, на одном из выездов в Киеве (в восемьдесят девятом) даже руку себе повредил – дал по морде одному из тех, кто обувал молодых, старался навести в этом плане порядок.

«Спартак» и, как мне говорили, «Динамо» (Минск) – это клубы, которые в наибольшей степени были подвержены дедовщине. Это была очень большая проблема. И, по-моему, в восемьдесят девятом году, когда ехали из Одессы, к поезду прицепили два бесплатных вагона – лишь бы фанаты уехали. И люди сошли на следующей станции – добираться своим ходом, лишь бы не ехать с этой компанией. Там чемпионат вагона по отжиманиям проводили…

Александр Шпрыгин («Каманча»), «Динамо» (Москва):

Тогда процветала такая дедовщина, что старым фанатам было не западло обуть молодых на лавэ. Приезжает на выезд фанат молодой, а с него деньги сшибают. Сейчас мы это запрещаем категорически, да никто и не станет таким заниматься. А тогда прямо шли по карманам, мелочь со своих сшибали – на выпивку, еще на что-то. Я помню, испытывал гордость – приехал на первый выезд. А нас поставили – ну че, давай денег. А у меня нет. Давай тогда билет сдавай, пойдем бухать в тупики – это где отстойник для вагонов.

Источник

Фанстайл.ру

Левые и правые

Статья Алекса Маннанова на тему политики на трибунах — левые и правые фанаты на футболе. Оценки делайте сами. Обсуждение статьи в комментариях приветствуются.

История противостояния «правых» и «левых» фанатов тесно связана с политической ситуацией в Европе XX века, когда лидеры профашистских режимов могли прямо влиять на футбольные дела — как Франко в Испании, и Муссолини в Италии…

В Англии, которая считается иконой футбольного хулиганизма, изначально существовали только правые фирмы (среди саппортеров лишь 1% цветных), за редкими исключениями, связанными с историческими факторами (левацкая «Жид Арми» «Тоттенхэма», клуба, который базируется в еврейском квартале, и был основан, согласно некоторым источникам, на средства еврейской общины).

Настоящий бум правого околофутбольного движения в Европе начался с падением коммунистических режимов. Многие саппортеры, радикальные, как и положено быть молодежи, выбирали правый движ лишь по той простой причине, что он противостоял «левацкому» и ненавистному коммунизму. В результате, в восьмидесятых и девяностых в странах Варшавского договора возникло множество фирм праворадикального толка. Польша, Украина, Россия, Сербия — все эти страны пострадали от фашизма, но многие фирмы в них сейчас себя позиционируют как профашистские.

Ультраправая тематика на эстадио

На самом деле, у каждого клуба есть как правые, так и левые фанаты — люди-то все разные. Существуют команды, которые прямо воспринимаются как правые или левые. Например, итальянский диктатор Бенито Муссолини саппортил «Лацио», и сейчас клуб имеет мощную группировку хуллз под названием «Ирридучибили», для которых правая идеология фирмы важнее, собственно, футбола. Злейший соперник «Лацио» — «Рома», естественно, воспринимается как клуб левацкого толка. Традиционно левой командой считается немецкий «Санкт- Паули», название которого скопировано с района красных фонарей в Гамбурге. Дело в том, что в этом городе, где издревле существовала мощнейшая сеть борделей, всегда с пониманием относились к проституткам мужского и женского пола, Гамбург всегда придерживался общих демократических взглядов и тотального равноправия. Со временем эти взгляды перешли и на политику, и на футбол. Мощные левые фирмы существуют у клубов, которые базируются в еврейских районах (названный выше английский «Тоттенхэм» + голландский «Аякс»).

Наиболее сильно противостояние между правыми и левами в тех странах, где среди населения сильны левацкие взгляды. В Италии так произошло по причине того, что многие сочувствуют коммунистам (а другие — еще помнят и ненавидят Муссолини), поэтому на трибунах можно часто увидеть баннеры «Ленин, Сталин, Че Гевара», на фанстайле уже была на эту тему статья. Многие области Испании хотят иметь собственное государство, и их сепаратистские взгляды ведут к рождению фирм с определенным мировоззрением. На Пиренеях многие фирмы из Страны басков («Атлетик», «Реал Сосьедад», «Алавес»), Каталонии («Барселона»), Галисии («Депортиво», «Сельта»), Наварры («Осасуна», Наварра — это историческая область Эускади, Страны басков), и, в какой-то степени, Андалусии («Севилья»), придерживаются сепаратистских взглядов, соответственно, выбирая себе «левое» направление пути. Не будем забывать, что фанаты — это молодежь, в основном, поэтому они всегда радикальны, и многое делают вопреки. Они ненавидели коммунизм, поэтому выбирали правые фирмы. Когда УЕФА объявила войну расизму, они стали ненавидеть негров еще больше. Когда Европейское сообщество стало принимать беженцев из Африки и Азии, это вызвало новую волну ненависти к мигрантам.

Фашистское приветствие Ди Канио — гордость «Ирридучибили»

В Европе борьба осуществляется с помощью скрытых видеокамер наблюдения и введения в жизнь практики «черных списков». В Лондоне наблюдение осуществляется не только на стадионах, и даже не только в Сити, а практически по всему городу. В итоге, после любого замеса саппортер может попасть в черный список, и больше никогда не иметь права посещать матчи с участием любимой команды. В результате, возникла парадоксальная ситуация — знаменитые английские фирмы, столкнувшись на улицах, просто… кричат друг на друга. Только кто-то влезет в драку — сразу в черный список и в КПЗ.

В Англии в борьбу против футбольных хулиганов вкладывались колоссальные средства, и в итоге это принесло результат. Специальные полицейские операции, очень дорогие и деликатные, были предприняты в отношении самых известных фирм — таких, например, как великая «Хедхантерз», культовая банда «Челси», которая после закрытия всех своих генералов, прекратила существование. Но если в Западной Европе государства не боялись вкладывать большие деньги ради мира на стадионах, то в восточной части континента средств для этого попросту не было. В разбомбленной и обескровленной Сербии против саппортеров борются, поистине, драконовскими методами: за беспорядки на стадионе можно получить… 10 лет тюрьмы! И в 2009 году уже был прецедент в отношении одного из членов группировки «Делие» («Црвена Звезда»), на которого с пистолетом напал пьяный полицейский. Однако, десятилетний приговор суда, который должен был стать показательным, на самом деле вызвал лишь всеобщее единение фанатов по всей Европе: они приходили на стадионы с баннерами «Свободу саппорту!». Решение суда впоследствии было отменено после апелляции.

Саппортеры «Сарагосы» доводят Самуэля Это’О практически до решения покинуть матч по причине расистских выходок

В России многоколоритная Москва в расовых вопросах гораздо менее радикальна, чем одиозный Питер — в «Зените» не было еще ни одного чернокожего футболиста, и это связано только со взглядами фанатов. Если правые московские фирмы нормально относятся к неграм в своем клубе (болельщики ЦСКА с юмором скандируют «Самый белый в ЦСКА — это Чиди Одиа!», и обожают Вагнера Лава), то в северной столице такая ситуация попросту невозможна. На счету фанатов «Зенита» самое большое количество акций с расистским характером. Эта ситуация не изменится, пока руководство клуба будет идти на поводу у собственных трибун. С другой стороны, зная питерский движ, можно смело сказать, что приобретение чернокожего футболиста по умолчанию объявит войну организованному радикальному саппорту и превратит жизнь легионера в ад.

Многие любят говорить, что спорт находится вне политики. Это в корне неправильное мнение, потому что мало в какой области жизни есть столько политики, сколько в футболе. Футбол — это часть нашей жизни, и она не находится за каменной стеной от нашего мировоззрения. Война происходит не на стадионах, а в умах. Пока больно общество, на трибунах будут и больные люди. Пока FIFA и UEFA будут бороться с расизмом, что автоматически ставит негроидную расу в более привилегированное положение, фанаты будут ненавидеть черных (типичная политика протеста — «Почему этих уродов защищают, а нас — нет?»). Пока Израиль будет кричать на каждом углу о 5 миллионах убитых евреев и холокосте, израильские клубы трибуны будут встречать негодующим «Шшшшш…» (звук входящего в газенваген газа). Борьба с расизмом это не значит защищать только черных, это значит бороться с расовым шовинизмом всех; а во время Второй мировой войны, в конце концов, СССР потерял, по самым скромным подсчетам, 30 миллионов человек. Немножко больше, чем евреи, правда?

Расизм на футбольных полях Европы

Источник

«Правые» и «левые»

Виктор «Батя», «Динамо» (Москва):

«Шляпа», «Зенит» (Санкт-Петербург):

Игорь М., «Спартак» (Москва):

Александр Шпрыгин («Каманча»), «Динамо» (Москва):

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Фанатская энциклопедия: про правых, левых, ультрас и хуллз

Алекс Маннанов проводит градацию в страте футбольных фанатов. Как различаются фанаты — в материале FootballTop.ru.

Большая часть фирм делится на правые и левые согласно собственным политическим убеждениям, и на ультрас и хуллз в разрезе основных принципов саппорта.

Вообще, раньше футбольных болельщиков в Европе именовали просто «ультрас», термин же «хуллз» появился, чтобы отличать воинствующих английских траблмейкеров от всех остальных. Этимология слова «хулиган» тесно связана с ирландскими корнями: по одной из версий, имя ирландского громилы Патрика Хулигена стало в Лондоне конца XIX века нарицательным; по другой — этническая ОПГ ирландцев, орудовавшая в столице Англии, называлась Hooley Gang.

Визуальный стиль ультрас развивался в Италии, где превратился в самое настоящее красочное шоу. Блестящий футбольный трибунный перформанс известен нам благодаря феномену итальянской тиффозерии — с их файерами, яркими баннерами, огромными плакатами, оригинальными слоганами. Итальянскому стилю саппорта обычно противопоставляют английский — не такой яркий с визуальной точки зрения, но славящийся хоровым исполнением песен. На сегодняшний день европейские ультрас обычно используют лучшее и из итальянского, и из английского стилей.

Некоторые фирмы ультрас зарегистрированы в качестве фан-клубов; тогда как хуллз-объединения практически никогда не имеют дела с клубной администрацией. Но это, опять же, во многом зависит от руководства команды. Например, сербская фирма «Делие», равно как и каталонская Boixos Nois, состоит из небольших мобов, среди которых есть и ответственные за трибунную шизу, и проводящие «третьи таймы». Но если руководство «Црвены Звезды» часто старается идти навстречу своим фанатам (конфронтации по некоторым вопросам, естественно, существуют, но они не критичны), то хунта Барселоны, наоборот, всячески открещивается от «Сумасшедших парней» — вплоть до того, что экс-президент «блаугранас» Жоан Лапорта ввел в обиход специальные «черные списки», что, в принципе, для Испании нехарактерно. При этом, и «Делие», и Boixos Nois больше всего прославились хулиганскими акциями, и в истории обеих бригад существуют эпизоды со смертельным исходом противника.

История противостояния «правых» и «левых» фанатов тесно связана с политической ситуацией в Европе XX века, когда лидеры фашистских режимов могли прямо влиять на спорт вообще, и на футбол, в частности — как Франко в Испании, Муссолини в Италии и Гитлер в Германии.

В Англии, которая вполне справедливо считается иконой футбольного хулиганизма, ведущими являлись именно правые фирмы. Настоящий бум правого околофутбольного движения в Европе начался с падением коммунистических режимов. Многие саппортеры, радикальные, как и положено быть молодежи, выбирали правый движ лишь по той простой причине, что он противостоял «левацкому» и ненавистному коммунизму. В результате, в девяностых годах прошлого века в странах Варшавского договора возникло множество фирм праворадикального толка. Польша, Украина, Россия, Сербия — все эти страны пострадали от фашизма, но многие фирмы в них сейчас себя позиционируют как профашистские.

На самом деле, у каждого клуба есть как правые, так и левые фанаты — ведь все люди, в конце концов, имеют собственные убеждения и собственные политические предпочтения. Существуют команды, которые прямо воспринимаются как правые или левые. Например, итальянский диктатор Бенито Муссолини саппортил «Лацио», и сейчас клуб имеет мощную группировку хуллз под названием Irriducibili, для которых правая идеология фирмы важнее, собственно, футбола. Злейший соперник «Лацио» — «Рома» — воспринимается как клуб левацкого толка, хотя на секторах за «волков» саппортят и правые фирмы. Традиционно левой командой считается немецкий «Санкт-Паули», название которого скопировано с района красных фонарей в Гамбурге. Дело в том, что в этом городе, где издревле существовала мощнейшая сеть борделей, всегда с пониманием относились к проституткам как женского, так и мужского пола — Гамбург придерживается общих демократических взглядов и тотального равноправия. Со временем эти взгляды перешли и на политику, и на футбол. Мощные левые фирмы существуют у клубов, базирующихся в еврейских городских районах (таких как лондонский «Тоттенхэм» или амстердамский «Аякс»).

Наиболее сильно противостояние между правыми и левыми в тех странах, где среди населения сильны левацкие взгляды. В Италии так произошло по причине того, что многие сочувствуют коммунистам (а другие еще помнят и ненавидят Муссолини), поэтому на трибунах можно часто увидеть баннеры «Ленин, Сталин, Че Гевара». Некоторые области Испании мечтают о собственном государстве, и их сепаратистские взгляды ведут к рождению фирм с определенным мировоззрением. Практически все фирмы из Страны Басков, Галисии и Каталонии — левые. Не будем забывать, что фанаты — это молодежь, в основном, поэтому они всегда радикальны, и многое делают вопреки. Они ненавидели коммунизм, поэтому выбирали правые фирмы. Когда УЕФА объявил войну расизму, они стали ненавидеть негров еще больше. Когда Европейское сообщество стало принимать беженцев из Африки и Азии, это вызвало новую волну ненависти к мигрантам…

Источник

кто такой правый и левый по понятиям околофутбола