О легендарном Ахмеде Хучбарове. Один за всех.
История знает много примеров противостояния героев-одиночек захватчикам и оккупантам различных мастей. Одних из них возносят до небес, приписывая им попутно разные небылицы, а других стараются предать забвению. Но народ никогда не забывает своих героев и защитников. Хотя официально власти не посмеют увековечить их память из-за холуйского малодушия и своей ничтожности, но в памяти они всегда были и останутся примером беззаветной преданности своему народу.
Таким героем, бесспорно, является Ахмед Хучбаров, наводивший ужас на врагов, карателей из войск НКВД и их добровольных помощников, мародерствовавших в опустевших ингушских селах после высылки 1944 года. Его беспрецедентное античекистское сопротивление в горах Кавказа заслуживает нашей доброй памяти. Десятки дерзких вылазок совершил он, уничтожив более сотни энкаведешников и тех, кто на ингушской земле в период отсутствия ее настоящих хозяев устраивал акты небывалого вандализма. Вандалы уничтожали кладбища, вывозили надмогильные плиты и камни и использовали их, как строительный материал. Раскапывали древние могильники и вскрывали склепы, в надежде поживиться ценностями.
Надо отдать должное мужеству этого легендарного человека. Представьте себе холодные, опустевшие горы, в скорбном молчании стоящие величественные башни, словно оплакивающие горькую участь своих обитателей. Немые свидетели былых сражений, которые повидали у своих стен и передовые отряды монголов, а затем и Тамерлана, впервые остались без своих защитников. Погасли очаги, исчезла жизнь. Один лишь холод и пустота. И только одинокий всадник изредка навещает покинутые аулы, как-бы давая знать, что жизнь сюда обязательно вернется, если на то будет воля АЛЛАХА.
Только подлостью и коварством сумели враги избавиться от Ахмеда.
Против него была спланирована и осуществлена специальная операция, при реализации которой, прибегнув к обману и предательству некоторых людей, Ахмед Хучбаров был ликвидирован обычным чекистским методом.
Ахмед Хучбаров в контексте времени
Ахмед Хучбаров – один из самых выдающихся представителей общекавказского национально-освободительного движения 30-х – 50-х годов прошлого столетия в его ингушском «фрагменте», являющегося неотъемлемой частью общей антикоммунистической борьбы кавказцев-горцев, кавказцев-эмигрантов и их европейских единомышленников против политико-государственной системы тогдашнего СССР.
Ахмед Сосиевич Хучбаров родился в высокогорном селе (хуторе) Гули Галашкинского района Ингушетии в 1894 году в большой крестьянской семье. Он был вторым из двенадцати детей. Шестеро братьев и пять сестер его до конца своих дней – кто раньше, кто позже – досыта познали тяжкую участь членов семьи «бандита», «террориста», «предателя» и «врага народа» (традиционный «джентльменский набор» каждого ингуша, тем более чеченца, впадающего в «ересь» сопротивления в российской империи).
В 1929 году Ахмед Хучбаров, живший к этому времени в Онгуште, оказался, как и тысячи крестьян Ингушетии и всей страны Советов, в эпицентре тотального раскулачивания: его лошадь экспроприировали в пользу районного ГПУ. Бытовая распря в семье (ссора между Ахмедом и его женой из фамилии Торшхоевых) переросла в ожесточенную личную борьбу – месть против начавшейся тогда в Ингушетии кампании по вовлечению женщин-горянок в строительство коммунизма.
Хучбаров не захотел стать показательной (в назидание другим) жертвой новой социальной реальности, насаждаемой путем слома и фактического уничтожения традиционного образа и уклада жизни ингушей, мертвой хваткой втаскиваемых в коммунистический эдем. Семья распалась, как тысячи других, с корнем вырванных государственным террором из органичной почвы национальных семейно-бытовых, морально-этических и хозяйственно-экономических традиционных ценностей.
Цитата из журнала «Горцы Кавказа» типизирует житейскую драму А. Хучбарова как характерную в общем трагическом контексте 30-х годов: «Как известно, в борьбе со «старым миром» большевики применяют не только механические средства воздействия, но, одновременно, стремятся переродить психику масс, вековые нравственные устои, искусственно поощряя для этого и беря под свое покровительство различные элементы, нравственно менее устойчивые и легко поддающиеся разложению. На этой почве происходят эпизоды, полные трагизма… Горский быт подвергся брутальной ломке. Советские реформаторы решили изжить вековые традиции «одним ударом, приспособив их к обычаям народа, образовавшего первое в мире «пролетарское отечество…».
Отчуждение человека от собственности, мужчины от чувства хозяина, женщины от очага и семьи, тотально насаждаемое в 20-е – 30-е годы, дали свои «обильные» всходы к концу века, надломив и искалечив генофонд ингушского народа (как и других), познавшего «счастье социализма».Формально Ахмед Хучбаров ушел в вечные бега, скрываясь от советского «правосудия», а по существу – он, как и многие другие горцы, не захотел войти в синхрон с новыми законами и моралью государственной системы.
Настоящий Ингушский Форум
Меню навигации
Пользовательские ссылки
Информация о пользователе
Хучбаров Ахмет
Сообщений 1 страница 1 из 1
Поделиться12012-07-02 15:48:16
Ахмед Сосиевич Хучбаров родился в высокогорном селе Гули (ныне Джейрахский район) Ингушетии в 1894 году в большой крестьянской семье. Он был вторым из двенадцати детей. Его шестеро братьев и пять сестер до конца своих дней – кто раньше, кто позже – досыта познали тяжкую участь членов семьи «бандита», «террориста», «предателя» и «врага народа» (традиционный «джентльменский набор» каждого ингуша, тем более чеченца, впадающего в «ересь» сопротивления в российской империи).
(Вспоминает сестра Ахмеда Хучбарова, Маинат: Из-за Ахмеда НКВД арестовал и осудил на 10 лет одного из наших 7 братьев, арестовали еще двух братьев; меня, девушку, неделю держали в районной тюрьме. Старшую нашу сестру Гапархоевы из Альтиево даже оставили, отправили назад домой: так боялись советской власти).
В 1929 году Ахмед Хучбаров, живший к этому времени в Онгуште, оказался, как и тысячи крестьян Ингушетии и всей страны Советов, в эпицентре тотального раскулачивания: его лошадь экспроприировали в пользу районного ГПУ (большевистская политическая полиция).
Бытовая распря в семье (ссора между Ахмедом и его женой из фамилии Торшхоевых) переросла в ожесточенную личную борьбу – месть против начавшейся тогда в Ингушетии кампании по вовлечению женщин-горянок в строительство коммунизма.
Хучбаров не захотел стать показательной (в назидание другим) жертвой новой социальной реальности, насаждаемой путем слома и фактического уничтожения традиционного образа и уклада жизни ингушей, мертвой хваткой втаскиваемых в коммунистический эдем. Семья распалась, как тысячи других, с корнем вырванных государственным террором из органичной почвы национальных семейно-бытовых, морально-этических и хозяйственно-экономических традиционных ценностей.
Цитата из журнала «Горцы Кавказа» типизирует житейскую драму А. Хучбарова как характерную в общем трагическом контексте 30-х годов: «Как известно, в борьбе со «старым миром» большевики применяют не только механические средства воздействия, но, одновременно, стремятся переродить психику масс, вековые нравственные устои, искусственно поощряя для этого и беря под свое покровительство различные элементы, нравственно менее устойчивые и легко поддающиеся разложению. На этой почве происходят эпизоды, полные трагизма… Горский быт подвергся брутальной ломке. Советские реформаторы решили изжить вековые традиции «одним ударом, приспособив их к обычаям народа, образовавшего первое в мире «пролетарское отечество…».
…Отчуждение человека от собственности, мужчины от чувства хозяина, женщины от очага и семьи, тотально насаждаемое в 20-е – 30-е годы, дали свои «обильные» всходы к концу века, надломив и искалечив генофонд ингушского народа (как и других), познавшего «счастье социализма».
Формально Ахмед Хучбаров ушел в вечные бега, скрываясь от советского «правосудия», а по существу – он, как и многие другие горцы, не захотел войти в синхрон с новыми законами и моралью государственной системы.
Уход Хучбарова в 1929 году в абреки был прежде всего самозащитой от «правосудной» машины, а затем – осознанным, питаемым личным драматическим опытом, последовательным сопротивлением политике и практике бесчеловечного «социального эксперимента» конца 20-х – начала 30-х годов на Северном Кавказе.
Ахмед Хучбаров и другие осуществляли вооруженное сопротивление как регулярную войну, имевшую собственную тактику и стратегию. Будучи стихийными, врожденными стратегами, не прошедшими штудий Генштаба, Хучбаров и бойцы грамотно использовали естественные природные условия территории Ингушетии и прилегающих к ней районов со стратегическими задачами конкретных военных операций.
Грамотной была и «национальная политика»: в разное время в отряде А. Хучбарова находились, помимо ингушей, чеченцы, дагестанцы, русские, грузины, осетины и др. Это говорит о здравомыслии «бандитов» и политически верном – объединительном – подходе к делу общей борьбы против режима. Естественном, не декретируемом сверху объединении кавказских повстанческих сил.
Отряд Хучбарова был подчинен жесткой дисциплине и порядку, иначе он не мог бы существовать столь долго и эффективно. Схроны, склады, базы с боеприпасами, пищей, собственными пошивочными мастерскими располагались во многих стратегических пунктах, которые находились в горах Ингушетии, Хевсуретии, Чечни.
По существу до 1955 года – в самый страшный и тяжелый по прессингу со стороны полицейско-карательной власти период – Хучбаров был неуловим для спецслужб, потому что имел, во-первых, несомненную поддержку у земляков и был недосягаем для провокаций, во-вторых, он квалифицированно пресекал инфильтрацию в ряды своего отряда.
Подполковник Полонский… пишет: «Банды и бандиты, укрывающиеся в селениях, имели широкую пособническую базу и легко пополнялись «переменным» составом, который жил на легальном положении, работал в колхозах. Как правило, чеченцы и ингуши очень редко сообщают органам о появлении банд и совершенных ими преступлениях…».
В 30-е годы вооруженная борьба Хучбарова была регулярной войной на изнурение с Советами как безбожной, бесчеловечной и противоестественной системой. Эта борьба еще не была освободительной и абсолютно бескомпромиссной войной на уничтожение, какой она стала в 40-е годы, особенно после депортации ингушей в 1944 году. Это очень важно отметить, потому что эволюция самой борьбы указывает на то, что Хучбаров и многие другие повстанцы стихийно и самостоятельно (без какой-либо идейной и материальной помощи извне) становились непримиримыми идейно-политическими врагами советской власти, выходя из узких рамок социального протеста.
Ахмеда Хучбарова не удалось арестовать в самые «истребительные» для повстанцев годы – с 1944 по 1948, когда «…органами МВД Грозненской области легализовано, выведено из гор и задержано 2213 чеченцев и ингушей. В процессе фильтрации и следствия было арестовано и привлечено к уголовной ответственности за бандитизм 348 человек и за побеги из мест поселений 22 человека. Остальные 1843 чел. были задержаны и отправлены под охраной к местам поселений чеченцев и ингушей, …из 1843 задержанных 1818 чеченцев и ингушей уклонилось от переселения и большинство их скрывалось в горах 57. Остальные 25 чел., в том числе 8 несовершеннолетних и один старик, бежали из мест поселений и скрывались до их задержания в горах… Из них 16 чел. органами МВД в 1945-1946 гг. были легализованы, обработаны для склонения к легализации и вывода из гор уклоняющихся от переселения и после завершения этой работы, вместе с задержанными по оперативным соображениям, были направлены к месту поселений чеченцев и ингушей…».
Среди «обработанных» значились Хасан Шишханов, Курейш Белхароев, Хучбаровы Асхаб и Абубакар. Но среди них не было Ахмеда Хучбарова. Его так и не смогли «обработать», но коварно обмануть и арестовать после двухлетней (с 1953 по 1955 годы) спецоперации КГБ – удалось.
Если отбросить всю типично гэбешную шелуху и идеологическую трескотню из чекистского учебного пособия генерала-майора В. Шадури, то в «сухом остатке» выкристаллизовывается следующее.
Во-первых, во время войны, особенно после 1942 года (отступление немцев с Северного Кавказа), отряд Хучбарова стал многочисленным и высокопрофессиональным с точки зрения ведения войны с опергруппами и истребительными отрядами УНКВД в горах. В его отряде находились: Хучбаров Солтмурад (двоюродный брат), Хучбаров Абубакар (племянник, завербованный после ареста в 1944 г. УНКВД Грозненской области), Бати и Соип Хашиевы (или Ханиевы), Иби Алхастов, Бадафар Курбанов (дагестанец), Малышев Александр, Магомед Исраилов (сын Хасана Исраилова — Терлоева), Хунариков Муса, Чока и Сейд Хожаевы, Ахмадов Татар, Муртаз (фамилия неизвестна), Пайзулла (аккинец), 18-летний грузин.
Во-вторых, Ахмед Хучбаров и Хасан Исраилов (Терлоев) были человечески и идейно связаны друг с другом, что имело непосредственные практические результаты в общей борьбе. Хучбаров имел общие военные цели и совместные акции также с легендарным Хасухой Магомадовым (пережившим Ахмеда на 20 лет) и Абумуслимом Дидиевым.
В-четвертых, мобильное и хорошо вооруженное повстанческое формирование Хучбарова, находясь на нелегальном положении, фактически активно действовало на территориях Ингушетии, Чечни, Осетии, Дагестана и трех районов Грузии (Душетском, Казбегском и Ахметском).
В-пятых, эффективная деятельность, по существу война, Ахмеда Хучбарова против советской власти на Северном Кавказе вплоть до 1955 года причинила «не только значительный политический и экономический, но и ни с чем не сравнимый морально-нравственный ущерб».
22 августа 1942 года 29-ый топографический отряд Закавказского фронта в преддверии депортации ингушей осуществлял рекогносцировку местности в районе сел Гули и Ляжги Галашкинского района. Отряд попал в засаду, которой руководил Хучбаров. Офицеры и несколько солдат в количестве 7 человек были убиты.
Хучбаров вел прицельную войну на поражение именно со специальными частями НКВД, которые «зачищали» горы Ингушетии от «антисоветского элемента».
В книге «Щит – надежный, меч – острый. Чекисты Грузии на страже завоеваний Великого Октября. Под общей редакцией героя Советского Союза генерал-полковника А.Н. Инаури» бывший начальник отдела КГБ Грузии В. Шадури пишет: «Хучбаров Ахмед со своими единомышленниками и наиболее преданными ему бандитами специально выслеживал сотрудников органов НКВД, участвовавших в борьбе с бандитизмом, и принимал меры по совершению их убийств.
Так, в июне 1943 года Хучбаровым в с. Гули Галашкинского района был убит старший оперуполномоченный отдела борьбы с бандитизмом НКВД Чечено-Ингушской АССР младший лейтенант Назиров Мухадин Назирович, смелый молодой чекист.
В том же году на хуторе Джараго, тогда Ахалхевского района (Грузии), бандиты Хучбарова обнаружили на привале отряд внутренних войск и, открыв по нему огонь, расстреляли 23 солдата а затем, совершив вооруженный налет на летние пастбища, угнали более двух тысяч овец, принадлежащих колхозам и совхозам…».
9 июня 1944 г. у с. Малари Хамхинского сельсовета отряд Хучбарова уничтожил опергруппу НКВД под руководством лейтенанта Голика, «зачищавшую» от остававшихся в горах после всеобщей депортации ингушей.
Выполнение задания группы Голика заключалось в убийстве старика Бочалова Абукара Хуниевича и его сына – малолетки: их отрезанные головы чекисты забрали с собой для отчетности в конторе. Хучбаров сотоварищи расстрелял военных преступников и, приложив головы к обезображенным труппам отца и сына, похоронил их, согласно мусульманскому ритуалу. У генерал-майора В. Шадури об этом сказано следующее: «…все 5 человек зверски были убиты. Убитыми оказались командир 2-го взвода 9-ой роты 236-го стрелкового полка войск НКВД младший лейтенант Голик Григорий Михайлович, пулеметчик Козлов Иван Семенович, солдаты Дмитрий Трофимов, Александр Икрянников и Геннадий Суворов».
(Вспоминает Тагир Ахмадов, житель п. Серноводск: Помню рассказ Солтмурада о том, как они втроем уничтожали группу солдат внутренних войск, которые везли с собой отрезанные головы убитых ими ингушей, в том числе и голову маленького мальчика. Для этого абрекам пришлось совершить очень тяжелый переход, устроить засаду так, чтобы не дать никому из палачей уйти живым. Мстители вернулись с головами к месту убийства, приложили их к телам, похоронили. Должен сказать, что в своей жизни не видел более ужасной картины, чем человеческий труп без головы…).
(Вспоминает Оздоев Джабраил Исакович, 1928 г.р.: В селе Пялинг Цоринского сельского Совета проживал пожилой Бочалов Абукар Хуниевич со своим сыном: остался после выселения 1944 года. Абукару было 60 лет, сыну – 12 лет. При прочесывании гор солдаты их обнаружили и отрезали обоим головы. Хучбаров в бинокль видел эту жестокую казнь. Когда солдаты возвращались, Хучбаров открыл бой и уничтожил отделение солдат…).
Подобные карательные акции НКВД осуществлялись по специальному решению правительства, и в них было задействовано 19 тысяч оперативных работников Наркомата внутренних дел и до 100 тысяч офицеров и бойцов войск НКВД. По специальному указанию Л. Берии для ликвидации «бандитизма» в выселенных районах Ингушетии, Чечни войсками НКВД создавались войсковые гарнизоны, формировались разведывательные и оперативные группы.
За свою обезлюдевшую и обескровленную Родину Ахмед Хучбаров сражался как идейный борец и опытный воин уже после победы Сталина над Германией, что представлялось еще более трудной задачей, потому что победители усугубили и ужесточили методы и характер своей борьбы с непокоренными. И поэтому деятельность отряда Хучбарова в конце 40-х –начале 50-х годов в горах тем более беспрецедентна по своей дерзости, мужеству, силе духа и высокому профессионализму.
Бойцы Хучбарова продолжали истреблять оперуполномоченных карателей госбезопасности:
6 июня 1946 года у ингушского села Хамхи была уничтожена опергруппа из 5 человек, шедшая «из Казбегского района по заданию партийных и советских органов».
На территории Ахметского района Грузии отряд Хучбарова ликвидировал сотрудников районного отдела внутренних дел, в горах Хевсуретии – сотрудников и осведомителей госбезопасности.
«В мае 1947 года бойцы Хучбарова в Душетском районе Грузии уничтожили группу работников милиции и их пособников. В 1948 году в Пригородном районе отряд Хучбарова попадает в засаду, устроенную большим отрядом НКВД. Партизанам с боем удалось вырваться из окружения, но в бою героически погиб всеобщий любимец и бесстрашный воин двоюродный брат Ахмеда Солтмурад. Он умер, успев прочитать суру «Йа-син», которую знал наизусть. Каратели отрезали и унесли голову Солтмурада.
В результате смелых рейдов в горах Ахметского и Ахалхевского районов Грузии народные мстители уничтожили карательный отряд НКВД из 23 человек и опергруппу из 5 человек. …
В январе 1949 года одна из групп отряда Хучбарова, во главе с Иби Алхастовым в Верхней Хевсуретии, проведя смелый рейд, уничтожает так называемых «активистов» и гэбистов.
Для захвата группы Алхастова из 5 человек была создана специальная группа во главе с начальником одного из райотделов Тбилиси Хоргуани, горцем из Свенетии. Отряд Алхастова был во время ночевки в шалаше окружен и в жарком бою погиб…».
Исследователь С. Хамчиев, перечисляя факты деятельности повстанцев Хучбарова делает убедительный вывод о том, что «действия хучбаровцев являлись прямым следствием депортации и зверств карательных органов», поэтому «не знаем такого случая, чтобы он и его товарищи обидели мирное население. Но зато они яростно сражались с карателями».
Из текста В. Шадури мы узнаем о том, что послевоенная борьба отряда Хучбарова, с карательной системой СССР на небольшом горном пятачке была по существу продолжением войны органов госбезопасности с повстанческим движением: с 1944 по 1953 год бойцами А. Хучбарова было проведено около 30 операций против карателей из войск НКВД и НКГБ. Лично А. Хучбаровым за эти годы уничтожено не менее 100 оперативников спецслужб.
Целых два года, с 1953-го по 1955-ый, под руководством КГБ СССР в МВД Грузии разрабатывалась спецоперация «по ликвидации социально опасной уголовной и политической банды А. Хучбарова». Спецплан ставил перед сотрудниками КГБ и МВД Грузии конкретные задачи: сбор и обработку имеющейся и поступающей информации об Ахмеде Хучбарове и его отряде; вербовку в Ахметском, Душетском районах и бывшей Чечено-Ингушетии агентуры для соответствующей работы по внедрению в отряд Хучбарова; поиск и специфическую обработку посредников-парламентов для переговоров (с целью обмана) с самим Хучбаровым, а также с Хасухой Магомадовым, Абумуслимом Дидиевым, которые спокойно пересекали границы Чечни, Ингушетии и Грузии для совместных боевых операций.
В сентябре 1954 года в Тбилиси под руководством министра внутренних дел Грузии А.Н. Инаури (ставшего после этой операции председателем КГБ Грузии) был утвержден план мероприятий по ликвидации отряда Хучбарова. В группу «ликвидаторов» вошли В.И. Шадури – начальник отдела КГБ Грузии, А. Квашели – заместитель министра внутренних дел, Г. Гучмазашвили – начальник уголовного розыска Управления милиции МВД Грузинской ССР.
Из казахстанской тюрьмы в 1953 году был привезен соответственно обработанный органами Абубакар Хучбаров, который целый год вел переговоры с Ахмедом о сдаче. Это были весьма тяжкие переговоры, долго не дававшие результата «ликвидаторам». Лишь в январе 1955 года через Абубакара Ахмед Хучбаров согласился на встречу с Шадури и тем самым дал вовлечь себя в коварную игру по собственной нейтрализации (сначала ареста, а затем расстрела).
Целый год шло следствие. На суд, который состоялся в 1956 году в Тбилиси, из Казахстана было привезено более 30 ингушей. «Террористическая» и «диверсионная» деятельность Ахмеда Хучбарова, согласно статьям военного трибунала Закавказского военного округа, за которую он был расстрелян по приговору, через 50 лет стала оцениваться совершенно по-иному.
Объективно-историческое осмысление феномена повстанчества в горах Северного Кавказа в серьезных исследованиях 90-х годов прошлого века осмысливаются как право на сопротивление карательным акциям, которые «вызвали протест у репрессированных народов. Часть из них скрывалась в горах и, объединившись в повстанческие группы, организовала сопротивление. По сводкам НКВД, они проходили как бандитские группы, хотя у них были иные цели и задачи, … их действия в большинстве своем были направлены на сохранение национальной государственности и территориальной целостности своих республик и областей».
Навряд ли Ахмед Хучбаров, горец-крестьянин и правоверный мусульманин, мыслил и действовал согласно фарисейским догмам современного ему «государственного права», но абсолютно точно самим фактом своего существования в XX веке утвердил Богом данное безусловное право личности на самоотверженную защиту человеческого и национального достоинства, которое обязывает бороться за свободу своей единственной Родины.
Марьям Яндиева
Декрет Ахмеда Хучбарова
Осетины, казаки, грузины, дагестанцы, русские и другие, которые заняли наши опустевшие ингушские села. Наш народ в изгнании, и когда Бог вернет его домой, я не знаю. Все, что накопили наши отцы и отцы наших отцов, досталось вам. Пользуйтесь, Бог с вами, раз так получилось в этом проклятом государстве. Но мой народ вернется домой, обязательно вернется! И помните это.
Для вас, чужаков, на нашей земле я издаю декреты, которые обязательны для вашего исполнения, а то вам будет плохо:
Весна 1944 года.
Хучбаров Ахьмад Осиевич, тамада народных мстителей.
Подпись, печать.
Дала гIалгIай лаьтта бокъо йоацаш мел дезар, вIала бокъо йоацаш шийна кхаьча из лаьтта юха дала ца тугар а, тахан цунагI бокъо йоацаш алсам дакъилг даьккхар а, тIехьагIа из ший кара дерзаде мел гIертаргвар а Дала Ший бекхамах ма воаккхалва! Бицбеннаб уж лаьтто мара шоай бIаргаш дуза даргдоацильга.
Как и писал Ахмед Хучбаров, ингуши вернулись. С их земель, из их домов ушли все, кроме осетин. Меня уже многие годы терзает мысль: «Неужели для осетин нет ничего святого, неужели для них ничего не значит Слово Всевышнего?» Как можно столько десятилетий надругаться над Его заповедями? Неужели, осетины, чужое добро, ложь государства, Галазовых и прочих богоненавистников, вам дороже Господа. Почему ушли все, а вы нет. Нелепый вопрос. Ответа не будет, ибо Осетию накрыла невыносимая вонь от мертвечины И. Сталина, А. Галазова и прочей нечисти.
Обложка романа «Къаман турпал» (Ахьмад Хучбаров).
Кто такой хучбаров ахмед
Свидетельства и воспоминания родных и знакомых о Ахмеде Хучбарове
Свидетельство Хучбаровой Маинат Сосиевны, родной сестры Ахмеда Хучбарова, жительницы п. Карца:
Свидетельство Тамасханова Хаматхана Мухтаровича, 1940 г.р., родного племянника Ахмеда Хучбарова (сына Маинат Хучбаровой), проживающего в п. Карца:
Ахмед Хучбаров постоянно был окружен людьми органов госбезопасности. Они, как псы, шли по его следам днем и ночью. В 1935 году, поверив обещаниям не трогать его и родных, он даже хотел вернуться в Онгушт. Но Ахмеда обманули, и до 1955 года он больше не верил НКВД.
Я знаю, что в 1957 году в Казахстане родной брат Ахмеда получил одно письмо из Баку, в котором говорилось, что в Бакинской городской тюрьме во 2-ом корпусе находился Хучбаров.
Мне лично врач железнодорожной больницы Владикавказа Татаонов Бексултан рассказал, что как-то к ним привезли двоих тяжело раненых мужчин, один из которых умер на операционном столе. Все военные части города были в этот день подняты по тревоге…
В 1966 году я ездил в Казбеги, где жил Шадури и говорил с ним. Я также ездил в Тбилиси, где разговаривал с Ревазом – автозаправщиком. По их рассказам я знаю, что Ахмед и его двоюродный брат Абубакар Хучбаров (сын родного дяди Паци) сами после переговоров приехали в 1955 году на правительственную дачу в окружении чекистов.
Они жили на этой даче две недели, потом их отпустили, а на автозаправке арестовали. Выманили, потом начали ломать и увезли.
В 1996 году в Архотском ущелье я разговаривал со многими хевсурами, которые дружили с Ахмедом, охраняли его и помогали, чем могли. Они рассказали мне, что у Ахмеда и его людей были свои настоящие базы в Панкисском и Архотском ущельях с мастерскими, скотом, запасами кукурузы и т. д. Хевсурка по фамилии Борчошвили среди тех, кто рассказывал об этом.
Свидетельство Ахмадова Тагира, жителя п. Серноводск:
Свидетельство Оздоева Джабраила Исаковича, 1928 г.р.
Свидетельство ответработника ЧИ АССР
…Что касается братских могил, то старик рассказал, что один из офицеров комендатуры стоял у него на постое и в строго доверительной форме поведал о том, что накануне переселения ингушей житель урочища Пялинг Бочалов вместе со своим сыном-подростком пошел в гости к своим родственникам в урочище Акки. Когда началось выселение, он вместе с сыном заторопился домой, чтобы что-нибудь прихватить с собой в неминуемую дорогу. А в жилище у них сидела засада из 13 карателей. Они поймали их обоих: мальчика сбросили в глубокую пропасть, в которой он разбился насмерть, а у отца отрубили голову и положили в мешок как вещественное доказательство, что они уничтожили махрового бандита. За это полагалось крупное поощрение.
Всю эту трагическую сцену увидели Ахмед Хучбаров и его люди, и ни один из этих 13 головорезов не ушел живым: они были уничтожены Ахмедом Хучбаровым и его людьми……
По истечении продолжительного времени мне довелось встретиться с родным старшим братом обезглавленного тогда Бочалова. Обстоятельства гибели своего брата и племянника он подтвердил. Точно так же, как говорил старик. Кстати, этот Бочалов до недавнего времени проживал на хуторе Синий камень совхоза «Назрановский». Ныне его нет в живых.
Думаю, что довольно подробно о Хучбарове можно узнать через его близких родственников, проживающих в станице Орджоникидзевская Сунженского района, а также через лиц старшего поколения, ныне проживающих в селении Ангушт Пригородного района…
Свидетельство Нагадиева из с. Новый-Редант
Ингушское сопротивление: Ахмед Хучбаров в контексте времени
Повстанческие отряды не имели политической и военной помощи с Запада, антисоветские организации которого, идейно и материально хорошо структурированные, вели конкретную оперативную и пропагандистскую работу на Украине, в Туркестане и Закавказье. Ингушское повстанческое движение, как и другие северокавказские, в 30-е годы имели лишь моральную поддержку в Европе, например со стороны Лиги «Прометей»34, Фронта и Совета35 Кавказской Конфедерации, Союза политических организаций Северного Кавказа, Азербайджана и Грузии, Комитета за независимость Кавказа. В каждой из этих организаций состояли ингуши, бывшие цветом политической эмиграции: В.-Г. Джабагиев, Дж. Албогачиев, М. Куриев и др.
Они были внимательны ко всем событиям, происходящим в Ингушетии, на Кавказе, во всем многострадальном Союзе ССР. Оценка, анализ и прогностические выводы, которые делали политики-эмигранты, имеют непреходящее значение до сих пор. Вышеперечисленные входили вместе с другими в межнациональное движение – Лигу «Прометей».
Эта прометеевская идея по освобождению насильно присоединенных к империи народов до их полноценного независимого существования (по мнению прогрессивно мыслящей политической эмиграции, к которой относились и ингушские демократы), заключалась в следующем: до тех пор, пока народы, находящиеся под сталинским гнетом, не освободятся от власти коммунистической империи, – не будет свободной и Европа, особенно Восточная Европа. Верность этой мысли доказала сама история: в 90-х годах XX века начавшееся в СССР освобождение от тоталитаризма привело к свободе лишь часть Европейского континента. Дальнейшее, весьма трагическое высвобождение России от тяжелейших имперских пут неминуемо приведет к освобождению всей Европы, частью которой является и Северный Кавказ 41.
За эту дорогую свободу, используя весь доступный морально-политический, материальный и личностный ресурс, боролись лучшие представители ингушского народа в первой половине прошедшего столетия как за пределами сталинской тюрьмы, так и внутри ее.
#5OFFLINE Ингушка
Новичок
TOPIC STARTER