Статья 242. Незаконные изготовление и оборот порнографических материалов или предметов
Информация об изменениях:
Федеральным законом от 29 февраля 2012 г. N 14-ФЗ наименование статьи 242 изложено в новой редакции
Статья 242. Незаконные изготовление и оборот порнографических материалов или предметов
ГАРАНТ:
См. комментарии к статье 242 УК РФ
Информация об изменениях:
Федеральным законом от 29 февраля 2012 г. N 14-ФЗ часть 1 статьи 242 изложена в новой редакции
наказываются штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на тот же срок.
Информация об изменениях:
Федеральным законом от 29 февраля 2012 г. N 14-ФЗ статья 242 дополнена частью 2
наказываются лишением свободы на срок от двух до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до десяти лет либо без такового.
Информация об изменениях:
Федеральным законом от 29 февраля 2012 г. N 14-ФЗ статья 242 дополнена частью 3
3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные:
а) группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;
б) с использованием средств массовой информации, в том числе информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»);
наказываются лишением свободы на срок от двух до шести лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пятнадцати лет либо без такового.
Информация об изменениях:
Федеральным законом от 29 февраля 2012 г. N 14-ФЗ статья 242 дополнена примечанием
Уголовная ответственность за оборот порнографических материалов и предметов: незаконность действий
Приведенный материал подготовлен с учетом последних тенденций правового толкования норм российского законодательства, базируется на сложившейся правоприменительной, а также личной практике автора – адвоката Павла Домкина. Комментарий к настоящей статье не является юридической консультацией и руководством для принятия самостоятельных процессуальных решений. При возникновении правовых вопросов, а также перед принятием любого юридически значимого действия, читателям рекомендуется получить соответствующую юридическую консультацию у автора публикации.
Публикация от 09.08.2011
Update: О новых тенденциях практики применения статьи 242 УК РФ читайте в публикации от 07.02.2017.
Статья 242 Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает возможность привлечения к уголовной ответственности за ряд действий, связанных с незаконным оборотом порнографических материалов и предметов, а именно:
Приведенный перечень уголовно-наказуемых деяний является исчерпывающим.
В соответствии с базисным принципом, закрепленным в статье 8 УК РФ, основанием для уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного Уголовным кодексом РФ. Иными словами при осуществлении уголовного преследования орган следствия обязан доказать каждый признак состава преступления. Применительно к рассматриваемой статье таковыми будут не только такие очевидные признаки как изготовление, распространение, торговля и т.д., но такой ключевой признак – как «незаконность« действий субъекта.
Из изложенного следует что, не всякое действие, связанное с оборотом порнографического материала будет являться уголовно-наказуемым, а лишь то, которое идет в разрез с действующим законом. Виновное лицо может быть привлечено к ответственности лишь в том случае, если оно нарушает действующий закон Российской Федерации, регламентирующий порядок изготовления, распространение, рекламирование, торговлю, а также иные действия с указанным материалом.
Процессуальная недоказанность признака «незаконность» является прямым безусловным основанием для прекращения уголовного преследования и юридического оправдания лица.
На основании вышеизложенного возникает правомерный вопрос, нарушение какого именно закона должно быть доказано при осуществлении уголовного преследования по статье 242 УК РФ?
Обращаясь к нормативной базе действующего законодательства, автор вынужден констатировать, что на момент публикации настоящего материала подобного закона в Российской Федерации не существует. За всё время действия рассматриваемой статьи Уголовного кодекса РФ (с 1997 года) законодатель так и не установил правила гражданского оборота в отношении порнографического материала. Безусловно, что данная брешь в правовом поле может быть использована при постановке вопроса о привлечении к уголовной ответственности по статье 242 УК РФ.
Следует также отметить, что довод об отсутствии в действиях лица признака «незаконность» не применим в отношении изготовления и оборота материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних (статья 242.1 УК РФ), поскольку диспозиция данной статьи устанавливает прямой запрет на какой-либо оборот подобного контента, исключая возможность его легитимного обращения.
Представляется ошибочным распространенное бытовое мнение о невозможности привлечения к уголовной ответственности в силу законодательного отсутствия определения «порнографического материала». В Уголовном кодексе РФ неоднократно встречаются определения и термины, не имеющие четкого законодательного толкования.
Так, например, статья 164 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за хищение предметов, имеющих особую ценность. Поскольку термин «предмет особой ценности» законодателем не описан и юридически не закреплен, ценность похищенного предмета устанавливается путем проведения соответствующей экспертизы, которая в правовом смысле придает ему историческую, культурную, научную и т.д. значимость (ценность). По аналогичному пути пошла правоприменительная практика и в отношении материалов порнографического характера.
Как правило, по изъятой следствием продукции категории «Для взрослых» органом следствия назначается искусствоведческая или иная подобная экспертиза, в ходе которой специалист делает вывод об отнесении контента или предмета к числу порнографических. Ввиду отсутствия критериев и методик проведения подобных исследований соответствующие выводы по каждому случаю делаются экспертом в индивидуальном порядке. На практике российские суды в целом доверяют подобным экспертным исследованиям и кладут их в основу обвинительных приговоров.
Таким образом, «ставка» на отсутствие законодательного определения термина «порнографический материал и предмет» как на основание невозможности привлечения к уголовной ответственности, зачастую является ошибочной.
Как указывалось ранее, именно юридическая невозможность доказывания действий по обороту порнографической продукции как нарушающих действующий закон (признак – «незаконность») представляет собой более перспективный путь процессуальной защиты от предъявляемого обвинения.
Пункт «б» ч. 3 ст. 242 УК РФ, пункт «г» ч.2 ст. 242.1 УК РФ: толкование и судебная практика
Публикация подготовлена по состоянию норм российского законодательства на 01.01.2017 и базируется на сложившейся правоприменительной, а также личной практике автора – адвоката Павла Домкина. Изложенный материал не является достаточным основанием для принятия самостоятельных юридически действий. Использование содержания публикации разрешается автором при наличии активной ссылки на первоисточник.
Сложившаяся практика расследования уголовных дел, связанным с незаконным оборотом порнографических материалов в сети «Интернет», повсеместно сопровождается безусловным инкриминированием обвиняемым лицами пункта «б» части 3 статьи 242 УК РФ или пункта «г» части 2 статьи 242.1 УК РФ, то есть предъявлением обвинения в совершении преступления «с использованием средств массовой информации, в том числе информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть „Интернет“).» Более того, подобную практику представители стороны обвинения (следователи, прокуроры) расценивают как неоспоримую, ориентируясь на значительное количество вступивших в законную силу судебных решений. Можно предположить, что появление судебных решений, закрепивших правомерность вменения пунктов «б» и «г» указанных статей, — это последствия слепого признания обвиняемыми лицами предъявленного обвинения в полном объеме и избрания ими особого порядка рассмотрения судом уголовного дела в целях минимизации назначаемого наказания.
Несмотря на сложившийся порядок вещей автор настоящей публикации предлагает ещё раз обратиться к вопросу правомерности инкриминирования указанных квалифицирующих признаков, если преступление в виде незаконного распространения порнографических материалов, в том числе с участием несовершеннолетних лиц, действительно было совершено с использованием ресурсов сети «Интернет».
Детальный анализ положений уголовного закона очевидно свидетельствует, что диспозиция статьей 242 и 242.1. УК РФ предполагает возможность применения рассматриваемого квалифицирующего признака только в том случае, когда противоправное деяние совершено с использованием интернет ресурсов, зарегистрированных в качестве средств массовой информации.
Из дословного толкования содержания п.»б» ч.3 ст.242 УК РФ и п.»г» ч.2 ст. 242.1 УК РФ следует, что законодателем при конструировании норм закона между словосочетаниями «с использованием средств массовой информации», и «информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть „Интернет“)» использован присоединительный оборот с союзом «в том числе», который в соответствии с правилами толкования русского языка употребляется при присоединении члена предложения, являющегося частью целого, о котором говорится в первой части предложения (См.толковый словарь Ефремовой Т.Ф.).
Таким образом, словосочетание «информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть „Интернет“)» является частью от целого, то есть составной частью словосочетания — «средств массовой информации». Из вышеизложенного следует, что п.»б» ч.3 ст.242 УК РФ и п.»г» ч. 2 ст. 242.1 УК РФ применимы в уголовной квалификации деяния только в тех случаях, когда противоправные действия были совершены с использованием сайтов, являющимися средствами массовой информации.
Согласно статье 2 Закона РФ от 27.12.1991 № 2124-1 «О средствах массовой информации» таковыми признаются периодическое печатное издание, телеканал, радиоканал, сетевое издание и т.д. В свою очередь, под сетевым изданием понимается сайт в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», зарегистрированный в качестве средства массовой информации в установленном законом порядке.
Изложенная позиция автора публикации находит своё подтверждение в частных мнениях представителей судебной власти высшего звена. Так, из содержания официального отзыва №3-ВС-4225/15 от 08.07.2015 Заместителя Председателя Верховного Суда РФ В.А. Давыдова следует, что квалифицирующий признак, предусмотренный пунктом «г» части 2 статьи 242.1 УК РФ в действующей редакции, — «с использованием средств массовой информации, в том числе информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть „Интернет“)» распространяется только на те интернет ресурсы, которые зарегистрированы в качестве средств массовой информации.
Учитывая изложенное, инкриминирование органами следствия пункта «б» части 3 статьи 242 УК РФ и пункта «г» части 2 статьи 242.1 УК РФ, построено на ошибочном понимании, что совершение преступления с использованием ресурсов сети «Интернет» является альтернативным квалифицирующим признаком совершению преступления с использованием средств массовой информации. Подобное толкование закона применимо только в том, случае, когда такая возможность прямо предусмотрена в диспозиции уголовного закона. Например, в части 2 статьи 280 УК РФ законодателем установлен квалифицирующий признак — «с использованием средств массовой информации либо информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». Схожие по содержанию формулировки квалифицирующего признака содержатся в ч.2 ст.205.2 УК, ч.2 ст.280.1 УК РФ, ст.282 УК РФ.
Статья 242. Незаконные изготовление и оборот порнографических материалов или предметов
1. Незаконные изготовление и (или) перемещение через Государственную границу Российской Федерации в целях распространения, публичной демонстрации или рекламирования либо распространение, публичная демонстрация или рекламирование порнографических материалов или предметов —
наказываются штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на тот же срок.
2. Распространение, публичная демонстрация или рекламирование порнографических материалов или предметов среди несовершеннолетних либо вовлечение несовершеннолетнего в оборот порнографической продукции, совершенные лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, —
наказываются лишением свободы на срок от двух до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до десяти лет либо без такового.
3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные:
а) группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;
б) с использованием средств массовой информации, в том числе информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»);
в) с извлечением дохода в крупном размере, —
наказываются лишением свободы на срок от двух до шести лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пятнадцати лет либо без такового.
Примечание. Доходом в крупном размере в настоящей статье, а также в статье 242.1 настоящего Кодекса признается доход в сумме, превышающей пятьдесят тысяч рублей.
Комментарий к Ст. 242 УК РФ
1. Общественная опасность данного преступления состоит в вульгарно-натуралистическом, циничном изображении сцен полового акта вопреки нормам нравственности, препятствующим нормальному физическому и нравственному развитию несовершеннолетних.
Преступления, предусмотренные ч. 1 комментируемой статьи, относятся к категории преступлений небольшой тяжести; ч. 2 — к категории преступлений средней тяжести; ч. 3 — к категории тяжких преступлений.
2. Объектом данного преступления является не только психическое здоровье населения, но и общественная нравственность.
3. Предметом преступления являются порнографические материалы и предметы, за исключением материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних, которые являются предметом преступления, предусмотренного ст. 242.1 УК.
Порнографическими материалами могут быть кино- и видеофильмы, печатные издания, изображения, фотографии, т.е. живописные, графические, литературные, музыкальные и иные произведения, основным содержанием которых является изображение анатомических или физиологических потребностей сексуальных отношений.
Порнографическими предметами могут быть статуэтки, макеты половых органов и т.п. Для установления порнографического характера материалов или предметов необходимо проводить искусствоведческие экспертизы. Выводы экспертов должны основываться на специальных познаниях, а не на вкусовых оценках экспертов на уровне бытовых представлений без учета специфики киноискусства.
4. Объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 комментируемой статьи, выражается в следующих действиях: а) незаконное изготовление в целях распространения, публичной демонстрации или рекламирования; б) незаконное перемещение в целях распространения, публичной демонстрации или рекламирования; в) незаконное распространение; г) незаконная публичная демонстрация; д) незаконное рекламирование.
Незаконное изготовление предполагает создание любым способом материала или предмета порнографического содержания без соответствующего разрешения либо в нарушение установленных правил с целью ознакомления других лиц с ними независимо от формы такого ознакомления.
Перемещение через Государственную границу РФ предполагает перемещение материалов или предметов, которое осуществляется через Государственную границу РФ в любом направлении (ввоз, вывоз). При этом под Государственной границей РФ понимается линия и проходящая по этой линии вертикальная поверхность, определяющие пределы государственной территории (суши, вод, недр и воздушного пространства) РФ, т.е. пространственный предел действия государственного суверенитета Российской Федерации (ст. 1 Закона о Государственной границе).
Распространение — доведение в нарушение установленных правил или без соответствующего разрешения до сведения других лиц порнографических материалов или предметов. Незаконная торговля, т.е. реализация порнографических материалов и предметов иным лицам за определенную плату лицом, не имеющим лицензии, в запрещенных местах, в нарушение порядка торговли, в том числе продажа несовершеннолетним и т.п., также расценивается как незаконное распространение.
Публичная демонстрация — показ в присутствии нескольких лиц.
Незаконное рекламирование — в нарушение установленных правил или без соответствующего разрешения сообщение иным гражданам о наличии таких материалов и предметов, их содержании, условиях приобретения и т.п. Реклама — информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке (ст. 3 Федерального закона от 13.03.2006 N 38-ФЗ «О рекламе» ).
———————————
СЗ РФ. 2006. N 12. Ст. 1232.
5. Объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 2 комментируемой статьи, выражается в следующих действиях: а) распространение, публичная демонстрация или рекламирование порнографических материалов или предметов среди несовершеннолетних; б) вовлечение несовершеннолетнего в оборот порнографической продукции.
Среди несовершеннолетних — означает совершение обозначенных действий в присутствии или для двух и более несовершеннолетних.
Вовлечение несовершеннолетнего в оборот порнографической продукции — действия, направленные на склонение несовершеннолетнего к перемещению порнографической продукции через Государственную границу РФ или к ее распространению, к публичной демонстрации или к рекламированию, которые возбудили у несовершеннолетнего желание участвовать в совершении хотя бы одного из указанных действий. Способы вовлечения могут быть различны, в том числе обещание, обман, угроза.
6. Преступление считается оконченным с момента изготовления хотя бы одного материала или предмета порнографического характера. Перемещение через Государственную границу РФ с целью распространения, публичной демонстрации или рекламирование образуют самостоятельные составы преступлений, даже если они были совершены лицом, их не изготовившим. Оконченными эти преступления будут с момента ознакомления с соответствующими материалами или предметами хотя бы одного лица или с момента получения информации о них хотя бы одним лицом. Распространение признается оконченным преступлением с момента реализации хотя бы одного материала или предмета.
7. Субъективная сторона преступления — в форме прямого умысла. Виновный осознает, что незаконно изготавливает, перемещает через Государственную границу РФ с целью распространения, публичной демонстрации или рекламирования порнографических материалов или предметов, распространяет, публично демонстрирует или рекламирует порнографические материалы и предметы, и желает этого. Изготовление или перемещение через Государственную границу РФ порнографических материалов и предметов для личных нужд не образует состава данного преступления.
8. Необходимо установить цель распространения или рекламирования таких материалов и предметов при изготовлении. Изготовление или приобретение порнографических материалов и предметов для личных нужд не образует состава преступления.
9. Субъект преступления — вменяемое физическое лицо, достигшее 16-летнего возраста. При совершении преступления должностным лицом действия виновного квалифицируются по совокупности преступлений, предусмотренных комментируемой статьей и ст. 285 УК.
10. О понятии группы лиц по предварительному сговору или организованной группы см. коммент. к ст. 35.
11. Использование СМИ означает использование периодического печатного издания, сетевого издания, телеканала, радиоканала, телепрограммы, радиопрограммы, видеопрограммы, кинохроникальной программы, иной формы периодического распространения массовой информации под постоянным наименованием (названием) (см. ст. 2 Закона РФ от 27.12.1991 N 2124-1 «О средствах массовой информации» (в ред. от 14.06.2011) ).
———————————
СЗ РФ. 2011. N 25. Ст. 3535.
12. Извлечением дохода в крупном размере признается получение дохода в сумме, превышающей 50 тыс. руб.
Адвокат добился отмены приговора осужденному в особом порядке за распространение порнографии
Судебная коллегия по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции своим определением отменила обвинительный приговор гражданину С., осужденному за распространение порнографических материалов (в том числе с участием несовершеннолетнего лица) посредством интернета и отменила производство по делу за отсутствием составов преступлений.
Адвокат АП Новосибирской области Андрей Власов, защищавший С., рассказал «АГ» об особенностях дела и о том, как ему удалось добиться оправдания доверителя.
Первая инстанция рассмотрела уголовное дела в особом порядке
По версии следствия, не позднее 19 июня 2018 г. С. установил себе на персональный компьютер программу-клиент пиринговой файлообменной сети Direct Connect, дающую пользователям возможность обмена файлами при подключении к файлообменным серверам.
Следствие полагало, что до этого гражданин скопировал из интернета порнографические материалы (в том числе с несовершеннолетним лицом) на свой компьютер, и тогда же у него возник умысел на незаконное распространение таких материалов, что и было сделано с помощью файлообменной сети. Это, по версии следствия, сделало доступным порнографическое видео для неограниченного круга пользователей.
Тем самым, как было указано в обвинительном заключении, С. совершил незаконное распространение порнографических материалов с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, а также распространение материалов с порнографическими изображениями несовершеннолетнего, не достигшего 14-летнего возраста. В итоге С. были предъявлены обвинения по ст. 242 и 242.1 УК РФ.
Уголовное дело рассматривалось в Советском районном суде г. Красноярска в особом порядке. После изучения материалов дела суд счел, что предъявленное подсудимому обвинение является обоснованным и подтверждается собранными по уголовному делу доказательствами. В качестве смягчающих обстоятельств суд учел активное способствование обвиняемым раскрытию и расследованию преступления, неудовлетворительное состояние его здоровья, чистосердечное раскаяние виновного.
«Обстоятельства, отягчающие наказание подсудимого, отсутствуют. С учетом фактических обстоятельств совершенных С. преступлений, степени их общественной опасности, суд не находит оснований для изменения их на менее тяжкую. Суд убежден, что целям восстановления социальной справедливости, а также исправления и перевоспитания подсудимого С., не оспаривающего факт совершения рассматриваемых преступлений, раскаявшегося в содеянном, предупреждения совершения им новых преступлений, в полной мере соответствует наказание в виде реального лишения свободы», – отмечено в приговоре от 4 марта 2019 г. (есть у «АГ»).
Как пояснил суд, запрет на назначение условного наказания распространяется в том числе на преступления, предусмотренные ст. 242.1 УК РФ, совершенные в отношении несовершеннолетних лиц, не достигших 14-летнего возраста. Таким образом, суд приговорил С. к двум годам и двум месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
В апелляционном порядке приговор не обжаловался и вступил в силу 14 марта 2019 г.
Кассационное обжалование приговора
Позднее родственники осужденного обратились к адвокату Андрею Власову, который подал в интересах С. кассационную жалобу (имеется у «АГ»). В ней он напомнил, что при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию событие преступления, а также виновность лица в совершении преступления: «Данные обстоятельства должны были быть установлены органом предварительного следствия и отражены в предъявленном С. обвинении».
Защитник подчеркнул, что предусмотренные ст. 242 и 242.1 УК РФ деяния могут быть совершены только с прямым умыслом, когда виновный осознает, что он распространяет материалы с порнографическими изображениями, в том числе с изображениями несовершеннолетних, и желает этого. «Совершение указанных действий с косвенным умыслом, когда лицо осознает общественную опасность своих действий, предвидит возможность наступления общественно опасных последствий, не желает таких последствий, но сознательно допускает эти последствия либо относится к ним безразлично, не влечет уголовную ответственность по ст. 242, 242.1 УК РФ», – отмечалось в кассационной жалобе.
Как отметил Андрей Власов, указывая в приговоре на то, что С. скачивал в открытую папку видеозаписи порнографического характера, содержимое которой могли видеть и скачивать все пользователи файлообменной сети, суд не учел, что, скачивая и храня файлы на своем персональном компьютере, обвиняемый никому их не предлагал и не передавал. Со ссылкой на кассационное Определение Верховного Суда по делу № 16-УД19-7 он отметил, что высшая судебная инстанция фактически пресекла порочную практику, в результате которой лица по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных вышеуказанными статьями Кодекса, привлекались к уголовной ответственности только за то, что размещали в открытой папке файлообменной сети порнографические видеофайлы, при этом не совершая умышленных действий по передаче этих файлов третьим лицам.
«Из обжалуемого приговора видно, что в нарушение ст. 73 УПК РФ в описательной части приговора отсутствует указание о том, что С. кому-то передал имеющиеся у него видео файлы с порнографическим содержанием, т.е. совершил умышленные действия, направленные на распространение! Так как описательная часть приговора повторяет предъявленное С. обвинение, следует вывод, что данное обстоятельство (умышленные действия, факт передачи видео файлов с порнографическим изображением третьим лицам) органом предварительного следствия установлено не было. Как видно из обжалуемого приговора, удовлетворяя ходатайство С. о рассмотрении дела в особом порядке, суд не удостоверился в том, что по делу имеются доказательства, подтверждающие совершение С. умышленных действий, связанных с распространением видеофайлов порнографического содержания», – отметил Андрей Власов в своей жалобе.
Защитник добавил, что следователь самостоятельно изменил норму уголовного права, исключив из диспозиции п. «г» ч. 2 ст. 242.1 и п. «б» ч. 3 ст. 242 УК РФ упоминание о средствах массовой информации, включающих в себя сеть «Интернет». В жалобе Андрей Власов отметил, что из дословного толкования содержания этих пунктов следует, что законодателем при конструировании норм закона между словосочетаниями «с использованием средств массовой информации» и «информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть “Интернет”)» использован присоединительный оборот с союзом «в том числе», который в соответствии с правилами толкования русского языка употребляется при присоединении члена предложения, являющегося частью целого, о котором говорится в первой части предложения. «Таким образом, словосочетание “информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть “Интернет”)” является частью от целого, т.е. составной частью словосочетания “средств массовой информации”. Из вышеизложенного следует, что п. “б” ч. 3 ст. 242 и п. “г” ч. 2 ст. 242.1 УК РФ применимы в уголовной квалификации деяния только в тех случаях, когда противоправные действия были совершены с использованием сайтов, являющимися средствами массовой информации», – отмечено в кассационной жалобе.
Кассация согласилась с доводами защитника
В своем определении Восьмой кассационный суд общей юрисдикции перечислил основания, служащие для отмены обвинительного приговора. Как отметила кассация, уголовное дело в отношении С. было рассмотрено судом в особом порядке, однако первая судебная инстанция не учла, что субъективная сторона преступлений по ст. 242 и 242.1 УК РФ характеризуется наличием у виновного прямого умысла, т.е. последний должен был осознавать общественную опасность своих действий (бездействия), предвидеть возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желать их наступления.
«Однако фабула предъявленного обвинения и описательно-мотивировочная часть приговора не содержат данных о том, что С., скачивая (копируя) и храня материалы порнографического характера на своем персональном компьютере, кому-либо их предлагал или передавал; доказательства, подтверждающие то, что видеофайлы с изображениями порнографического характера, в том числе несовершеннолетних, указанные в приговоре, были распространены осужденным, т.е. получены или просмотрены другими конкретными лицами в результате целенаправленных действий осужденного, в материалах дела также отсутствуют. Судом не учтено, что наличие у С. компьютерной программы, позволяющей скачивать и раздавать файлы другим пользователям в автоматическом режиме, и его осведомленность об этом сами по себе не свидетельствуют о прямом умысле на совершение преступлений, предусмотренных ст. 242 и 242.1 УК РФ, поскольку на момент приобретения (скачивания, копирования) им данных файлов они уже были распространены в сети “Интернет” и находились в свободном доступе», – указано в кассационном определении.
Как заметил кассационный суд, нижестоящая инстанция не учла, что квалифицирующий признак данных преступлений «с использованием средств массовой информации, в том числе информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть “Интернет”)» распространяется только на интернет-ресурсы, которые зарегистрированы в качестве СМИ. «Однако фабула обвинения и описательно-мотивировочная часть приговора не содержат данных о том, что С., используя принадлежащий ему персональный компьютер, на котором хранились файлы порнографического характера, был зарегистрирован в качестве пользователя средств массовой информации», – указано в судебном акте.
Таким образом, заключила кассация, выдвинутое против С. обвинение, как оно было сформулировано органами предварительного следствия, объективно добытыми в ходе предварительного расследования доказательствами не подтверждено. В свою очередь суд первой инстанции не обсудил вопрос о необходимости рассмотрения уголовного дела в общем порядке, хотя в нем имелись основания для этого.
«Между тем обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, толкуются в пользу обвиняемого», – заключил Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, отменив обвинительный приговор С. и прекратив уголовное дело за отсутствием в его действиях составов преступлений.
Защитник прокомментировал решение кассации
«Следовательно, суд кассационной инстанции мог не вдаваться в оценку виновности осужденного. При этом сам приговор был вынесен 4 марта 2019 г., поэтому обжалование в кассационной инстанции было возможно только в порядке выборочной кассации. С учетом указанных обстоятельств при подаче кассационной жалобы акцент был сделан на нарушения уголовно-процессуального закона и, в первую очередь, на несоответствие предъявленного обвинения диспозиции п. “б” ч. 3 ст. 242 УК РФ, п. “а”, “г” ч. 2 ст. 242.1 УК РФ», – пояснил защитник.
Адвокат отметил, что в качестве существенного процессуального нарушения он акцентировал внимание на то, что орган предварительного следствия, чтобы не доказывать, являются ли файлообменные сети СМИ, самостоятельно изменил нормы уголовного закона. «В настоящее время часто стали встречаться подобные уголовные дела, где следственные органы, чтобы не доказывать квалифицирующий признак, интерпретируют уголовный закон на свое усмотрение. Считаю, что это судебное решение дает шанс на пересмотр уголовных дел по аналогичным статьям, которые были рассмотрены в особом порядке, а также позволит в будущем пресекать незаконные действия при расследовании подобных дел», – резюмировал Андрей Власов.
Эксперты «АГ» прокомментировали выводы кассации
Адвокат, младший партнер АБ «ЗКС» Виктория Буклова полагает, что вмененные С. составы преступления являются самыми массовыми в гл. 25 УК РФ, конкурируя только с составом преступления «организация занятия проституцией». «Исходя из сводных статистических сведений о состоянии судимости в России за 2019 г. Судебного департамента при ВС РФ, можно констатировать, что наказание за данные преступления судом обычно назначается в 50% случаев в виде реального лишения свободы», – отметила она.
По словам эксперта, выводы, изложенные в определении кассационной инстанции, коррелируют с позицией Верховного Суда по делу № 16-УД19-7 и окончательно формируют судебную практику, согласно которой факт скачивания порнографической продукции из интернета, ее сохранение и предоставление доступа к ней неограниченному количеству пользователей Сети посредством файлообменной программы не свидетельствуют ни о наличии прямого умысла на распространение, ни о факте распространения таковой.
«По мнению высших судов, скачивание обвиняемым материалов уже указывает на их наличие в Сети, а поэтому вменить в вину распространение того, что уже имеется в Сети, невозможно. Действия по скачиванию порнографических материалов пользователями Сети производятся самими пользователями, а не обвиняемым, что исключает прямой умысел у него на эти действия. Осознание обвиняемым возможности совершения таких действий пользователями Сети также не образует прямого умысла», – заключила Виктория Буклова.
Управляющий партнер АБ «Правовой статус», адвокат Алексей Иванов полагает, что данного уголовного дела не должно было быть. «Защита по уголовным делам – это дорога по минному полю, где под каждым камнем спрятана ловушка, которая может сработать в любой момент. Суд первой инстанции полностью игнорирует отсутствие состава преступления и выносит обвинительный приговор по сфабрикованным доказательствам. Абсурдная ситуация, кажется, что это должно быть очевидно даже ребенку, но не суду! Работая, как раз и навсегда запущенный механизм, система ниппель – в одну сторону: тратится масса энергии и ресурсов на пустое и неправомерное действие – обвинительный приговор, который суду вынести гораздо легче, чем увидеть правду и оправдать невиновного», – отметил он.
Эксперт считает, что в таких ситуациях защита вынуждена «сворачивать горы и поворачивать реки вспять», ведь механизм суда – громоздкая система, утратившая изначальный смысл – судить по справедливости. «Сфальсифицированные факты принимаются безоговорочно, а оправдательный приговор – настолько редкое явление, что стал подобен чуду. Благодаря квалифицированным действиям защиты суд кассационной инстанции усмотрел отсутствие доказательств вины и прямого умысла у подзащитного и, применив принцип презумпции невиновности, принял решение об оправдании. Справедливость торжествует, но сколько энергии потребовалось – хватило бы с лихвой на запуск ракеты в космос! По данным Судебного департамента Верховного Суда РФ в 2019 г. вынесли 2256 оправдательных приговора (0,36%). Так держать!» – резюмировал Алексей Иванов.